ЛитМир - Электронная Библиотека

— Не говори ей так, — заговорщицки шепнул Гарри, — она ненавидит, когда ее с кем-то сравнивают.

— А ты? Ты ведь тоже так похож на Джеймса. И внешне, и даже немного характером.

Гарри мечтательно улыбнулся. Ему об этом говорили и не раз. Но все равно было приятно, на секунду он словно чувствовал себя частью той семьи, которой у него уже нет.

— Сириус, — попросил Гарри. — Расскажи мне, что тогда произошло.

Блэк, до этого сидевший с запрокинутой головой, поменял позу: облокотился на колени, рассматривая то ли идеальный газон, то ли свои ботинки. И, тяжело вздохнув, начал повторять ту же историю, только уже не так сухо, как для газет.

Как сразу после выпуска война стала особенно яростной, буквально забирая у людей возможность оставаться в стороне. Как Волдеморт нарушал неписаные правила магического мира, убивая даже тех, кто не мог себя защитить. И как они втянулись в эту войну, вступили в Орден Феникса, начали сражаться. Как проходила свадьба Джеймса и Лили — маленькая часовня, мало гостей, островок радости посреди кошмаров войны. Как родился Гарри, как его баловали все знакомые, как все радовались, что и в войну есть такие светлые и радостные моменты. И как шаткое равновесие между ужасом и счастьем было нарушено.

— Было произнесено некоторое пророчество, — вздохнул Сириус. — Мы сначала не поверили Дамблдору, но на нас, Лонгботтомов и Кентов участились нападения. Пришлось менять жилье. Твои родители тогда жили в небольшом домике на побережье, он был разрушен практически до фундамента. Лонгботтомам повезло чуть больше — у них атаковали основное поместье и оно выстояло, а вот Кенты погибли всей семьей…

— Кенты? — уточнил Гарри.

— Эрик Кент был чуть старше нас, у них был сын, он родился двадцать девятого июля. Эрика и его семью убили пожиратели, они ничем не могли им противостоять: все занимались магозоологией, абсолютно мирные и беззащитные люди. Дамблдор говорил, что они даже под пророчество не подходили.

— А что потом?

— Вы какое-то время переезжали, пока я с Джеймсом готовили дом в Годриковой впадине. До Фиделиуса вы там прожили месяца три, а то и больше. А потом мы решились на эту защиту, что и стало концом всего.

Сириус замолчал. Он не считал, что стоит щадить возраст крестника, скрывать от него правду: это никогда, в итоге, не работает. Не в таких случаях. Но и что говорить дальше, Сириус тоже не знал. Это ведь предположения, неясные намеки, даже, скорее ощущения.

Лили еще на последних курсах увлеклась ритуалистикой. Тогда еще в медицинских целях, искала себе тему для работы над зельем, а оказалось, что магия может вылечить почти все, только не зельями и заклинаниями. Она начала изучать, искала информацию, в Ордене даже познакомилась с Дорказ, та давала ей какие-то книги, они переписывались на тему Магии Крови. Этот раздел ритуалистики всегда был «на грани», его то и дело хотели запретить, но всегда есть куча послаблений, благодаря которым ритуалисты продолжают эту магию творить.

— Мы планировали бежать, — признался Сириус. — Очень переживали за тебя, к тому же многие наши знакомые погибли. И твоя мама проводила очень сложные ритуалы, которые бы смогли спрятать тебя и тех, кто с тобой в кровном родстве. Оставалось еще два ритуала, вам нельзя было переезжать, поэтому мы использовали Фиделиус.

— Фиделиус — это такое заклинание?

— Да, — кивнул Сириус. — Сложное, многоступенчатое, проводится строго в определенное время, силы требует много… И имеет свои недостатки. Из-за него у дома нет внешней защиты.

— Внешней защиты?

— Ммм… Ну представь, что у магов внешняя защита дома — это как забор, только с… не знаю… с колокольчиками. Оповещает, если кто-то пытается войти внутрь.

— Сигнализация? — усмехнулся Гарри.

— Не знаю что это, поэтому соглашусь, — подмигнул Сириус. — Ну так вот. Фиделиус накладывается на дом и небольшое пространство перед ним, слишком мало места, чтобы наложить чары защиты. Накладывать внешний круг шире — будет странно, что защита стоит вокруг пустого места. Внутри же практически бесполезно.

— Тогда почему этим Фиделиусом, — Гарри неуверенно произнес название заклинания, — все равно пользуются?

— Потому что в идеале он убирает возможность найти этот дом. Понимаешь, Фиделиус — это заклинание не только на дом, но и на человека. Назначается Хранитель, который и знает, где находится дом. И рассказать эту тайну он может только добровольно. Даже если он напишет простую записку с адресом, это не будет ничего значить — записка должна писаться с мыслями о том человеке, которому она адресована.

— То есть узнать тайну сложно? — нахмурился Гарри.

— Формально говоря, способа два: пытки и уговоры.

Мальчик замолчал, обдумывая услышанное. Дальше и так понятно. Неудачный Хранитель тайны, который выдал секрет Волдеморту… одна ошибка и у Гарри нет той жизни, которая могла бы быть. Жили бы где-нибудь в Австралии, учился бы в другой школе, клянчил игрушки у Крестного. Наверное.

— А этот Питер… где он теперь?

— Я не знаю, — признался Сириус. — Но очень хочу его найти.

— А магу легко спрятаться? — допытывался Гарри. — Он живет под оборотным зельем? Или есть какая-то страна, где может спокойно жить преступник?

— Не думаю, что он покинул остров, — качнул головой Сириус. — Думаю, он скрывается в образе анимага.

Гарри уже читал истории о том, что Сириус и его папа были анимагами. Даже прочитал кучу информации по данному вопросу и пообещал себе непременно этим заняться позднее. Даже нашел единомышленника. У него с Гермионой был пока единственный камень преткновения: регистрироваться или оставить все в тайне? Сириусу пришлось зарегистрироваться. Вообще-то анимагов, не прошедших регистрацию, просто допрашивают с сывороткой правды, а потом требуют штраф в зависимости от тяжести использования преимущества. Штраф Сириуса был значительным: он ведь благодаря «преимуществу» сбежал из тюрьмы.

— А опиши и мне его, — попросил Гарри. — Мне ведь, наверное, стоит знать, как он выглядит.

На улице уже давно стемнело, практически все звуки затихли, только Гарри и Сириус продолжали сидеть на скамейке в саду и говорили, говорили, говорили. Петунья стояла у окна, скрываясь за шторой, и с грустной улыбкой смотрела на крестного и крестника.

— Позвать их в дом? — спросил Говард. — Давно уже там сидят.

— Нет, не стоит, — покачала головой Петунья. — Он такой счастливый, я редко вижу его таким радостным…

Говард, взглянув в окно, вздохнул. Петти права. Не смотря на вполне себе нормальное детство, на игрушки, кучу книг, друзей, ежегодный отдых заграницей, Гарри не был из тех детей, что часто смеются. Он был таким маленьким старичком. Серьезный, часто язвительный и даже несколько саркастичный. Он всегда казался не просто старше своих одиннадцати, но и словно мудрее, даже порочнее, если так можно выразиться. А тут — смеется, улыбается и явно говорит не о науке и мировых проблемах.

========== Глава 18. Зимний день ==========

Дом, который Сириус купил «перекантоваться», оказался очень шумным и холодным. Ступени и двери здесь скрипели, в окнах завывал ветер, а камины не желали прогревать комнаты этого дома. К сожалению, это волновало только Ремуса.

Улочка, на которой располагается этот коттедж, называется Солнечной. Быть может, летом это и так… хотя Ремусу больше верилось, что Солнечной ее назвали в желании заманить сюда побольше солнца. Зимой здесь было снежно и пасмурно. Коттеджи прятались за одинаковыми каменными заборчиками, такими низкими, что взрослый мужчина без труда перешагнет его. У всех коттеджей похожие ворота, входные двери, абсолютно везде под гнетом снега прозябают незанесенные в дом скамейки. Быть может, летом здесь лучше?

Нимфадора, часто заглядывающая навестить Беллу и Сириуса, не соглашается с Ремусом. Она говорит, что дело не в доме, а в той атмосфере, что здесь царит. В чем-то она права. Привычно язвительный Сириус называет это место «приютом неудачников». Три взрослых мага, без семьи, работы, призвания… оборотень и два уголовника. Та еще компания. Сириус постоянно пропадает где-то. Белла в депрессии: сидит у окна, либо копается в библиотеке. А у Ремуса единственное развлечение — заниматься ремонтом дома, да тренировать Нимфадору на заднем дворе. Впрочем, их скучная жизнь обещала подойти к концу. После Рождества Гарри должен был прийти в гости. Разумеется, не один.

31
{"b":"589731","o":1}