ЛитМир - Электронная Библиотека

— Что там? — устало спросила Меда, опускаясь на полюбившийся им с Беллой диван у камина.

Она пришла так быстро, как смогла. Напоила сестру успокоительным, а потом и снотворным, с ужасом поняв, что Белла теперь боится Того-кого-нельзя-называть даже больше, чем Андромеда и ее муж вместе взятые.

— Им на вечернем собрании рассказали, что Квирелл был одержим духом, предположительно Волдеморта. В кабинете директора, из-за обилия чар, колдовство профессора МакГонагал рассеялось, дух вырвался на свободу.

— Что Квирелл? — уточнила Меда, уже зная ответ.

— Погиб.

Конечно, если дух покидает тело сам, да еще столь быстро, спасти может лишь квалифицированный колдомедик, причем он еще должен знать, что делать и как. И Андромеда сомневалась, что мадам Помфри, при всех ее достоинствах, способна на что-то подобное. Они ведь учились в Мунго вместе. И Андромеда смогла сдать экзамены на целителя. Даже проработала в Мунго какое-то время… пока ее с позором не уволили за систематическое применение не рекомендованной магии. Меда, быть может, смогла бы спасти недотепу-учителя, как раз таки нежно любимыми «не рекомендованными» методами. Помфри же — маловероятно. Талантливая ведьма, она даже не захотела доучиваться на полноценного колдомедика… впрочем, Помфри, ушедшая после первой практики, работает в лазарете Хогвартса. Андромеда, прошедшая все круги ада в Мунго, в итоге занимается тем же в школе-пансионате для юных ведьм.

— Еще что-нибудь написал? — Меда мотнула головой, отгоняя неприятные мысли.

— Нет, — выдохнул Сириус. — Ничего полезного, не смотря на три страницы текста мелким почерком.

— Думаешь, это Волдеморт? — дрогнувшим голосом спросила Меда.

— Ты же и сама знаешь ответ, — недовольно произнес Сириус. — Зачем задавать такие вопросы?

Андромеда не ответила. Мужчины, что с них взять. Кузен, быть может, ее младше, ведет себя временами, будто так и не повзрослел, но он все же интуитивно воспринимался ею как некая опора. Пережиток прошлого, наверное. Вспоминался папа, который всегда был готов утешить. Впрочем, Сириус просто раздражен. Андромеда давно заметила, что Сириус крайне болезненно воспринимает любые угрозы жизни крестника. И сейчас как раз такой момент.

Сам же Сириус устало массировал виски. Последние дни выжали его досуха, а тут такое. Он надеялся, что сможет отдохнуть, отогреться в разговорах кузин, вновь обрести оптимизм, читая письма Гарри… Три дня назад он, следуя своему обещанию, отправился принимать обязанности главы рода. Процедура, сама по себе простая до скукоты, приносила некоторые проблемы в виде перепадов магических способностей, некоторой неуравновешенности, сильной физической усталости. Вот только Сириусу было тяжело еще и морально — он, на самом деле, хотел этого избежать.

С самого детства он слышал, что должен принять ответственность за род, поэтому должен многому научиться, должен быть внимательным и собранным, должен вести себя прилично, должен уже сейчас заводить необходимые связи. Оглядываясь назад, Сириус понимал, что он был одновременно избалован и затюкан правилами. Любое желание исполнялось в мгновение ока, любой человек готов был стать его другом, родственники буквально хороводы вокруг него водили. А он, как и положено избалованному нахальному мальчишке, мечтал сбежать на свободу, подальше от всего этого. Он готов был принять свою семью вместе со всей тьмой, если бы его семья позволила ему быть собой. Но Блэки не хотели знать того Сириуса, которым он был по складу характера. Они хотели видеть ответственного парня, который поведет, дословно, их Род к величию. На самом деле, Сириус бежал не столько от семьи, сколько к тем людям, которые были готовы принять его настоящего.

И он был даже немного счастлив, когда смог вырваться из всего этого. Регулус, спокойный и уравновешенный, стал бы хорошим Лордом Блэк. Его, конечно, поздно начали учить всему тому, что годами вдалбливали в Сириуса, но ведь отец и дед еще не спешили на тот свет. Сириус по инерции интересовался своей семьей, переживал, отправлял всем тщательно подобранные подарки на все праздники. Он не мог избавиться от чувства, что он все же за них ответственен. Надеялся, что еще годик-другой, Регулус заберет эти обязанности себе и тогда-то уж Сириус будет абсолютен свободен. Но все равно продолжал каждую первую субботу месяца отправлять матери букет с черными розами. Магические цветы сохраняли свежесть примерно в течении тридцати дней, а Вальбурга так их любила… Сейчас Сириус понимал, что и сам не был готов отказаться от обязанностей, которые ему навязывали с самого детства.

Но все же сопротивлялся до последнего, лелея мечту когда-нибудь оказаться абсолютно свободным от этих рамок. А как от них оказаться, когда он — последний Блэк мужского пола, а Белла желает избавиться от брака? Кто поможет Андромеде и ее семье? Кто позаботится о Нарциссе? Кузины были последними членами его семьи, и они нуждались в нем.

В принятии ответственности нет ничего невероятного. Спускаешь в подвал, к камню-алтарю. Когда-то Лили высказала предположение, что родовой алтарь — огромный такой каменюка, на котором волшебники творят всякие непотребства. Сириус и Джеймс, помнится, тогда хохотали до слез. На родовом алтаре можно только что голову отрубить. Или курицу зарезать. Впрочем, барана, наверное, тоже можно, но этим не занимаются около родового алтаря. Подобные ритуалы проводят на открытом воздухе, под небом, а к алтарю приносят лишь некоторые дары — пищу, золу, иногда кровь. А уж творить непотребства, на которые намекала Лили, в холодном каменном зале, практически на полу… даже древние маги предпочитали места более романтичные, чем это.

Для создания алтаря все же требуются убийства, без этого, увы, никак. Член рода добровольно приносит себя в жертву, соглашаясь вечно служить своим потомкам. И нет, это не может быть ребенок, или какой-нибудь отщепенец семьи. Себя в жертву приносили сильные мужчины, потому что от личности того, кто охраняет род, зависит сила всех потомков. Служение Роду вообще отметает хитрости и подлости в отношении членов семьи. В нем не существует понятия «я». Здесь есть только «мы». Причем иногда не сегодняшние «мы», а те «мы», что еще не родились.

Когда будущий глава спускается к алтарю, он лишь приносит клятву, рассекает ножом ладонь и позволяет каплям крови попасть на родовой алтарь. Тот немного засветится — едва заметно, гораздо больше почувствуется волна магии, что омоет помещение. Новый глава принят. Лорд Блэк вновь ходит по этой земле.

Это потом Сириусу стало плохо. Магия несколько перестраивала его организм, выравнивая то, что было испорчено. Лорд должен жить долго, да и болеть ему не положено. И поэтому три дня Сириус недовольно пил литры чая и курил. Белс тогда веселилась, считая забавным заботиться о кузене. Он ворчал и плевался ядом, но сил сопротивляться у него не было. Ему вспомнилась какая-то старая книга о жизни в арабских странах, и теперь ему казалось, что он, вместе с домами и богатством, получил в наследство еще и гарем. А Белс и Меда, веселясь, называли его «наш господин», поэтому Сириус уже пожалел, что поделился с кузинами возникшей ассоциацией.

— Что будем делать? — прервала затянувшееся молчание Андромеда.

— То же, что и планировали, — ответил Сириус, доставая из пачки еще одну сигарету. — Учиться. Попробуем создать как минимум малый круг. Блэков сейчас как раз пятеро, дождемся лета и начнем пытаться объединить усилия. Детей будем натаскивать. Дору тоже нужно подтянуть.

— Все время стеснялась спросить, — хмыкнула Андромеда, — когда Орион перестал тебя учить?

— А он не переставал, — с горькой усмешкой ответил Сириус. — Последний раз я получил копию книги по темным искусствам за пару дней до ареста. Видимо, папа был уверен, что я в итоге нагуляюсь и вернусь.

— Ты почти все, получается, выучил? — уточнила Андромеда.

— Ты эту библиотеку видела? — ответил вопросом на вопрос Сириус.

Действительно. Выучить все, что в теории изобрели и усовершенствовали Блэки, просто невозможно. Но Сириусу отправляли не те книги, что стоят на общих полках, где могли рыться и гости дома. Нет, Сириус изучал книги из личной библиотеки Лордов Блэков. Ему еще предстоит вернуться в основное поместье и хорошенько порыться на тех полках. Там всего-то около тысячи крайне редких книг.

45
{"b":"589731","o":1}