ЛитМир - Электронная Библиотека

– Три пойманных пожирателя сидят в камерах под охраной авроров, – отчитывался Фабиан, – Все оформили по закону, слепки воспоминаний о задержании сняты, Малфой-старший уже отправил свою сошку доставать сына.

– А самого его нет? – уточнил Джеймс

– Нет.

– И не будет, – подытожил Сириус, – Если сошке не удастся вытащить Люциуса, то тот будет вынужден рассказать все.

В прошлом с зельями не допрашивали. Это право выбил Альфард после нападения на Мунго и его до сих пор не отменили. Да и сильного ментального мага в Англии не было. И хотя по-настоящему допросить Малфоя все равно не удастся, то хотя бы какую-то часть они узнают.

– Я уже пригласил журналистов, – продолжал докладывать Фабиан. – Все лояльны Министерству.

– И что бы я без вас делал? – привычно отвечал Альфард, забирая несколько листков из рук секретаря.

– Уже бы утонул в этом море информации, – самодовольно и тоже весьма привычно отвечал Фабиан.

Люциус Малфой, как и два других чревоугодника, сидели в небольших камерах в отделе авроров. Мимо них, радостно скалясь, прохаживался Грюм. Он стучал по каменному полу сапогами и посматривал на задержанных так, будто размышлял кого есть первым и как мариновать остальных. Люциус, сохраняя положенную аристократу невозмутимость, был бледен, на лице не было никаких эмоций, а глаза смотрели в одну точку. Прекрасно знает, что попал по-крупному. И что при нынешнем Министре вырваться отсюда будет удачей.

– Господин Министр! – Грюм отвесил свой привычный шутовской поклон и отошел в сторонку.

Он по-прежнему был ярым сторонником Дамблдора, но и против Альфарда бы ни за что не пошел. Просто потому что аврорат был его любимым местом в мире, и благодаря настоящему Министру это место получало все необходимое в самые короткие сроки. Их можно даже назвать друзьями, если не брать во внимание два факта: Альфард ни за что не доверит Грюму свою жизнь, а тот не снимет ни один из десятка ментальных амулетов.

– Что с ними? – Альфард направился к заместителю главы Аврората, а Сириус, напротив, подошел поближе к камерам.

Камеры совсем небольшие и отдельные. Внутри лишь одинокая лежанка у стены, ведь пленники здесь не проводят больше нескольких часов, аврорат все же не тюрьма. Люциус, несколько потрепанный, но все равно сохранивший остатки элегантности, сидел, закинув ногу на ногу. Когда Сириус подошел вплотную к клетке и, едва высунув палочку из рукава, наложил легкое заклинание тишины, тот поднял взгляд на него.

– Не для газет и протокола. Что ты здесь делаешь?

Тот криво усмехнулся, но промолчал. В глазах на краткое мгновение проскользнула паника, но тут же сменилось привычным брезгливо-отсутствующим взглядом. Сириус даже проникся некоторым уважением к этому павлину, как хором называли его бывшие невесты. Понимает же, что ситуация – хуже не придумаешь, но никак этого не показывает. Сириус вспомнил историю своего ареста: сначала ржал как сумасшедший, потом заявил, что виноват и занимался самобичеванием. Ну и видок был, наверное.

Малфоя вывели из камеры, сняли все амулеты, предложили зелья. Альфард должен был следить за состоянием допрашиваемого, но Сириус не надеялся узнать многое. Белла рассказывала, что все четкие планы оглашались лишь с клятвой или контрактами о неразглашении, а это почти стопроцентная защита информации. Альфард, конечно, сможет узнать и то, что под клятвой, вот только маг умрет.

– Что вы делали в госпитале имени Найтингейл?

– Демонстрация силы. Было приказано запугать маглов, сквибов и маглорожденных.

– Почему именно этот госпиталь? – прервал аврора Сириус.

– Он раньше принадлежал магам, сейчас в нем работают несколько сквибов.

Сириус и Альфард переглянусь. Тед рассказывал им об этом. Заметили еще лет сто назад, но назвать это правилом все же было нельзя. Есть ряд больниц и школ, где работают сквибы или маглорожденные, выбравшие мир без магии. И в такие больницы, часто совершенно необоснованно, стремились матери маглорожденных со своими детьми. В среднем, акушерка-сквиб принимала за время своей работы с десяток маглорожденных. И даже если в больнице работали только “взрослые” врачи, все равно что-то тянуло матерей поближе к местам, где могут помочь с магическими болячками. Судя по всему, госпиталь имени Найтингейл был именно таким.

– Кто в основном пострадал? – обратился Альфард к Фабиану.

– Ммм… Они называют это отделением педиатрии. Это ведь дети?

– Пусть медики проверят всех детей и родителей, это важно.

Фабиан кивнул и тут же отправил маленького бумажного вестника.

– Что там делал ты? – обратился Сириус к Малфою. – Ты ведь не должен был там находиться?

– Это была моя инициатива

Сириус кивнул. Ожидаемо. Даже аристократы иногда желают простых мирских радостей. В случае с Люциусом – издевательств над тем, кто слабее. По немногочисленной информации из стана пожирателей Сириус знал, что Оз не отправляет ближний круг на такие дела. Бережет. Вряд ли самих магов, скорее силу их родов. Почему тому же Малфою удалось избежать Азкабана в прошлом? Потому что не попадался. Дамблдор если и знал об истинном значении метки, молчал, поэтому многие и считали, что ее можно поставить против воли. Немного золота и вот уже министерство, истощенное войной и проблемами, готово признать, что Империусу подвержены все без разбора.

Люциус Малфой знал немного. Может он знал и больше, но клятвы и договоры тщательно скрывали эти тайны. И Альфард просто не имел права вламываться к нему со всей силы. Если при допросе умрет сын и наследник члена Визенгамота это, в первую очередь, ударит по Альфарду. Пока его позиции почти нерушимые, но во время войны ошибок быть не должно.

Поэтому выяснить удалось немного. Нападение планировали давно, спланировал все сам Темный Лорд. Целью было показать, что пожиратели готовы перейти в атаку. Темный Лорд переходит в наступление. Пока один из авроров вел допрос, перед Сириусом возник патронус Регулуса. Крупный лис отчеканил быстро и по делу:

– Нас с Барти пытались схватить, когда мы были на Косой Аллее. Переместились в Блэк-хаус. Ждем тебя.

Альфард, как и все присутствующие в комнате, посмотрели на Сириуса с долей испуга. О том, что Регулус Блек близок с Краучем-младшим знали многие. Как и то, что они внезапно превратились в весьма неплохой тандем. Со стороны напоминали чуть более спокойную версию дуэта Сириус-Джеймс, что особенно веселило всех домашних. И вот сейчас они умудрились куда-то влипнуть.

– А какой был замечательный день, – покачал головой Сириус. – Я пошел туда, потом расскажешь.

– Куда ж я денусь, – хмыкнул Альфард под улыбки подчиненных.

========== Глава 62. Контрабандисты ==========

Регулус и Барти были изрядно помяты. Просто уйти у них все же не получилось, поэтому Блэк красовался внушительной ссадиной на скуле, а Барти не мог унять икоту после снятого проклятья.

– И куда это вас понесло? – постарался быть строгим Сириус.

– В Лютный, – вынужденно признался Рег, – мы договорились забрать некоторые ингредиенты и попали в засаду.

– Хорошо хоть вдвоем пошли, – рассеянно бросил Сириус.

– Да помним мы, помним, – сквозь икоту проговорил Барти. – Не ходить по одному, не лезть куда не попадя и быть осторожными. Но кому-то же надо было забрать ингредиенты? Или надо было тебя просить? Вот смеху-то было бы, если бы Лорда Блэка поймали в Лютном.

– Не больше, чем если бы там поймали сына председателя Визенгамота, – так же отстранено бросил Сириус.

Барти мог раздражать этим. Он вечно все спрашивал, пререкался и защищал всех и вся. Поэтому часто попадал в переделки. К тому же он был крайне непостоянным и увлеченным, легко следовал за своим идейным лидером, хоть и несколько в этом переусердствовал. В этом времени молодой Барти Крауч так и не попал к чревоугодникам, потому что познакомился с Регом. А потом его кумиром стал Сириус, что заметно смущало последнего. Барти было важно знать, что думает его кумир в отношении абсолютно всего, что он считает правильным, а что нет, кого защищает, кого ненавидит, почему он так поступает и почему так не поступает… Многочисленные вопросы заставляли Сириуса чувствовать себя несколько неуютно, но в целом, он тоже любил разговаривать с Барти. Он перенимал не саму жизнь, а, скорее, ценности и убеждения. Так мятежный подросток стал терпимее к отцу и заметно добрее к матери. Видя как ученик воплощает в жизнь девиз Сириуса, что семья – самое важное, Сириус и сам стал больше времени проводить с матерью, узнавая ее с самых неожиданных сторон.

121
{"b":"589733","o":1}