ЛитМир - Электронная Библиотека

Не волнуйся. Я освоюсь и начну посылать тебе письма с рассказами о новых однокурсниках и сплетнях здешней аристократии. Все веселее, чем привычное болото жизни в Колдотворце. Придется немного догонять программу по некоторым предметам, поэтому я однозначно не заскучаю. Правда, здесь нет факультативов. Поэтому никакой артефакторики и ментальной магии. Мы с Касси решили учить теорию, а на Новый Год я приеду домой и ты мне поможешь на практике.

Чувство, что мне стоит находиться именно здесь не проходит. Ты ведь знаешь, бабушка всегда учила доверять своей интуиции. Но ты, пожалуй, прав: меня сюда гонит не опасность и не поиск чего-то определенного. Кажется, здесь я встречу свою Судьбу. Да, вот так пафосно я чувствую. Но ты ведь меня простишь, если я в мужья выберу англичанина? В России все парни либо противны, либо заняты, либо уже влюблены. Пожелай мне удачи в нахождении своего девичьего счастья.

Знаю, ты не любишь, когда я об этом говорю, но меня переполняет это ожидание чего-то щекочаще-волшебного, притягательного и желанного. И мне не с кем поделиться этим. Потому что Касси — нахохлившийся воробышек, который вот-вот взорвется, потому что хранит какую-то тайну, а она их не умеет хранить.

Целую. Не болей, учи нумерологию.

За ужином Арктурус интересовался жизнью в России, их учебой в Колдотворце, спрашивал о некоторых известных фамилиях. Отвечала в основном Ольга. Кассиопея мало интересовалась политической ситуацией в стране. Зато охотно интересовалась модой.

Девушки отправились спать, отчаянно зевая — обычно в это время они уже давно спят, а тут только идут в спальни.

— Знаешь, одно хорошо, — зевая на ходу говорила Блэк. — В Англии один часовой пояс и теперь нам не придется перестраиваться еще и между школой и домом.

Оля лишь сонно кивала. На прикроватном столике ее ждало редкое, но очень полезное зелье — кроме здорового восьмичасового сна оно еще и выравнивало режим дня. Вот только шторы на окнах пришлось плотно задвинуть — закатное солнце устало щурилось прямо в окна комнаты.

А вот Лорд Арктурус Блэк допоздна сидел в библиотеке. Там, у камина в дальней части зала, стояли два кресла. Крупные, на толстых ножках в виде львиных лап, с массивной спинкой, широким сиденьем и высокими подлокотниками. Ножки и бока из темного дерева, а сами обитые невероятно мягкой на ощупь замшей. Два кресла по двум сторонам камина, между ними стоял низкий столик. Сейчас на нем лежало не так уж много книг и стояла бутылка огневиски. Правое кресло занимал Арктурус. Левое пустовало уже многие годы. Раньше в нем сидел брат Арктуруса — Игнотус, дедушка эмоциональной Кассандры. А до него там сидел сам Финеас — один из самых известных Лордов семьи Блэк. И, что уж скрывать, Лорду Блэку очень не хватало компаньона по подобным посиделкам в библиотеке.

Но сейчас Арктурус не задумывался о пустующем кресле. Его мысли были заняты внезапно вернувшейся родственницей и ее подругой. Черновы написали ему, что Ольга — наследница женского рода. В Англии подобного богатства не осталось. Женский род не нуждался в месте силы, тщательном подборе партнера для брака, им не нужны были дома и условия. Их магия была подчеркнуто женской — они были женами и матерями. Всегда несущие в себе какой-то редкий талант, как правило — не очень сильный, а также впечатляющие способности к магии. И всегда было заранее известно, сколько детей будет у представительницы рода, кроме непосредственно наследницы. В семье Ольги был старший брат. Значит, и она принесет своему избраннику двух детей — мальчика и девочку. И лорду очень хотелось, чтобы ее избранником был Сириус.

Но как заставить непокорного мальчишку сделать что-то на благо семьи? Нет, Арктурусу нравилась эта энергия старшего внука. И его сила. Он был сильнее даже Финеаса. Он вообще был очень силен. А еще решителен, инициативен и талантлив. Идеальный Блэк. Если бы еще его мамочка, Мордред побери ее француженку-мать, не разожгла в мальчишке такую ненависть к семейному факультету, родовым дарам и семье в частности. А после смерти жены Арктуруса мальчишку вообще стало невозможно контролировать. Что было бы хорошо, если бы… если бы мальчишка был более привязан к семье. И ведь без толку наседать на Вальбургу в вопросах воспитания наследника — она теперь старшая женщина в роду и он даже приказать ей не может. И глава рода не видел способов привязать к семье внука. Во всей громадной семье Блэков он любил лишь двух человек — Кассиопею и дядюшку Альфарда. Но Кассиопея шла за Сириусом слепо, ее поэтому и спровадили в Россию — она настолько сильно привязалась к брату на эмоциональном уровне, что стала практически зависима от него. А Альфард сам как мальчишка. Не ко времени умер его отец, Регулус. Может он смог бы утихомирить и свою дочь, и призвать к порядку сына. И еще более жаль, что Поллукс, самый прожженный интриган среди Блэков, теперь не принимает участия в семейных делах.

С долей горечи Лорд Блэк признавался себе, что род его несколько растратил свою главную силу — единство. И что этим даром обладают лишь трое из семьи — Орион, Сигнус и Альфард. Но увы, с ними рядом нет достойных женщин, которые бы смогли воспитать наследников. Младшие Блэки плясали каждый под свою дудку и вскоре разбегутся по разным углам. Какой род достанется наследнику Сириусу? Да и останется ли в живых мальчишка, столь отчаянно лезущий на рожон?

Отбросив крайне невеселые мысли, Арктурус вновь вернулся к мисс Солоу. Ему вдруг подумалось, что Сириус и так захочет привлечь внимание русской. Ее внешность была непривычна для Англии, но, наверное, именно такую девушку назвали бы Златовлаской. Ее волосы действительно были словно из золота. Толстая коса была как-то мудрено завита вокруг головы, но легкие шелковистые пряди выбивались из достаточно строгой прически. Даже ее кожа — не привычная для Англии аристократичная бледность, а что-то типично русское. Кажется, там такое называют «кровь с молоком» — кожа нежная, светлая, но с ярким румянцем. И глаза — синие-синие. Но, в отличие от многих Блэков, у Ольги глаза были теплыми. А вот брови и ресницы — черные-черные. Она походила то ли на дорогую фарфоровую куклу, то ли на лесную фею. Хотя черты лица и нельзя было назвать кукольными. Чувственные губы, крупные глубоко посаженные глаза. В ней сочеталось что-то невинное и порочное одновременно.

Конечно, его беспутный внук соблюдает некоторый кодекс чести, которому молчаливо следуют все мужчины рода Блэк. Они любили охотиться на охотниц: тех глупеньких аристократок, которые наивно пытаются завести сильных магов под венец с помощью различных ловушек. Популярностью пользовались и высокомерные красотки, считающие мужчин недостойными их красоты и ума. И на третьем месте плелись те девушки, которые и сами были не против повеселиться. Но ни один Блэк не начинал осаждать девушку со строгим воспитанием и приверженностью традициям. Хотя бы потому, что среди девиц Блэк было принято выходить замуж невинными, и Блэки-мужчины считали нечестным использовать свою неотразимость на истинных леди. А Ольга Солоу была леди.

А еще Арктурус помнил его разговор с внуком на озере. Сириус тогда только переехал из Блэк-хауса в Блэк-мэнор и был угрюм и неразговорчив. Вытащить его из этого состояния было непросто, вплоть до появления Джеймса… Но именно в те несколько месяцев, между переездом из Блэк-хауса и появлением сына Дореи, Арктурус больше всего общался с мальчиком. Они гуляли по берегу озера, Сириус любил делать бумажные кораблики, а потом катать их по воде, призывая магию. Мальчику было всего пять, но уже тогда он умел ладить со своей силой. Арктурусу иногда удавалось разговорить молчаливого внука, с переменным успехом. Примерно в одну из тех прогулок и состоялся их разговор:

— Моя жена будет похожа на бабушку Кассиопею, — говорил Сириус, медленно гоня по волнистой глади озера свой ярко-зеленый кораблик.

— Ты так обижен на маму? — дед тогда радовался, что внук вообще хоть что-то говорит.

— Да. Она неправильная. А моя жена будет любить меня и моих детей.

5
{"b":"589733","o":1}