ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Несомненно, что важным фактором в благоприятном для Ленина изменении соотношения сил была находившаяся в его руках большевистская газета «Пролетарий». Однако в глазах Богданова любая форма сближения с Плехановым становилась «предательством», в то время как Ленин однозначно считал неприемлемым «фракционерством» стремление Богданова сделать из «левых большевиков» самостоятельную организационно-политическую силу. К тому же принципиальные политические дискуссии осложнялись финансовыми разногласиями, которые в эмиграции всегда приводят к мелочным спорам. Хотя цитированный автор прав в том, что в 1907–1909 гг. две группировки большевиков вели борьбу за денежные средства фракции[439] и газету «Пролетарий», было бы неверно преувеличивать значение денежных проблем в расколе большевистской фракции. Еще на Лондонском съезде 1907 г. был создан Большевистский центр (БЦ), в рамках которого возникла «финансово-техническая группа» в составе Богданова, Красина и Ленина, державшая в руках финансовый контроль.[440] 13 (25) июня 1907 г. была осуществлена печально известная операция, в ходе которой закавказские боевики под руководством Камо и при участии Сталина захватили в тифлисском банке 241 тысячу рублей. В июле-августе 1907 г. Камо передал Красину в Куоккале 218 тысяч рублей. В связи с этой «противозаконной» операцией Биггарт поставил вопрос, что было бы, если бы Ленин не получил доступа к альтернативному источнику финансирования, поскольку лишь финансовая независимость позволила ему порвать с его прежними товарищами.[441] Однако на самом деле речь шла о другом.

Когда Ленин с конца 1907 г. «подчинил» газету «Пролетарий» интересам думской фракции и объединился с Дубровинским против Богданова, уже ясно обозначились принципиальные идеологические и политические разногласия. Однако Ленин считал открытый разрыв несвоевременным, подчинив философскую дискуссию политической целесообразности. Об этом не стоит морализировать, как не стоит морализировать и о том, что Богданов поставил на службу своим фракционным интересам известные партийные школы на Капри и в Болонье,[442] где в центре обучения находились вопросы «культурного развития рабочего класса». Хотя редакция «Пролетария» решила придерживаться нейтралитета в философских спорах, в апреле выяснилось, что сблизить точки зрения сторон невозможно. Обе стороны стремились укрепить свою позицию, и не стоит говорить о моральном преимуществе какой-либо из них.[443]

Под воздействием опубликованной в сборнике «Карл Маркс» статьи Ленина «Марксизм и ревизионизм», заключавшей в себе нападки на эмпириомонизм, идеологическая и политическая дискуссия приняла такую остроту, что Богданов покинул редакционную коллегию «Пролетария», считая, что эмпириомонизм не противоречит теоретическим основам большевистской фракции. Со своей стороны, Ленин, Дубровинский и другие оценили ситуацию как попытку Богданова «образовать официальную оппозицию».[444] В июне 1909 г. ленинцы исключили Богданова из Большевистского центра. В ответ на это «левые большевики» создали в декабре 1909 г. на Капри группу «Вперед», с некоторой ностальгией ссылаясь на одноименную большевистскую газету 1904 г. и одновременно считая себя хранителями истинно большевистских традиций.[445]

3.2.2. Философский фон политической дискуссии

Ленин не любил смешивать философско-идеологические дискуссии с политическими и тактическими разногласиями, больше того, часто критиковал такое смешение с принципиальной и методологической точек зрения. Это свое мнение он сохранял и в феврале-марте 1908 г. Об этом свидетельствуют его письма к А. М. Горькому. 25 февраля он писал: «Мешать делу проведения в рабочей партии тактики революционной социал-демократии ради споров о том, материализм или махизм, было бы, по-моему, непростительной глупостью. Мы должны подраться из-за философии так, чтобы «Пролетарий» и беки, как фракция партии, не были этим задеты».[446]

Однако тем временем Ленин был вынужден прочитать много материалов по этой теме, поскольку фракционная борьба обострялась, что вскоре принудило и самого Ленина совершить ту «глупость», о которой он писал Горькому. Философское значение дискуссии было сформулировано им с характерной для него ясностью: Маркс не может быть дополнен Кантом, так как философская концепция Маркса не имеет кантианских, «агностических» корней. Позднейшее обращение Ленина к Гегелю, происшедшее в 1914 г., объясняет его точку зрения 1908 г., согласно которой кантианская «добавка» всегда воплощала в себе философскую и теоретическую ревизию марксизма, как это показала, начиная с 80-х гг., борьба против народников и, в конечном итоге, против Бернштейна.[447] Значение гегелевских посылок в философии Маркса состояло именно в применении диалектического метода, однако философская проблематика диалектики оставалась «в тени» во время полемики Ленина против «эмпириомонизма» и «религиозного атеизма» Луначарского и его единомышленников. Как оказалось, Плеханов, а вслед за ним и Ленин еще в 1903–1904 гг. обратили внимание на философские разногласия с Богдановым и его единомышленниками, что нашло свое выражение и во время личной встречи с Богдановым.[448]

Постепенно тактическая и фракционная борьба в партии настолько пропиталась философскими вопросами,[449] что Ленин решил разом убить двух зайцев и защитить позиции материалистической философии, одновременно осуществив или, по крайней мере, углубив политическую и организационную критику фракции, возникшей внутри партии. В этом его поддержал и Плеханов, ведь речь шла о защите традиционного, «буржуазного материализма» против махизма.[450] Практический материализм Маркса и Энгельса, связавший философию с революционной практикой, соединивший диалектику с гносеологической и онтологической точкой зрения и — путем сочленения философии с рабочим движением — в конечном итоге превративший философию в теорию, не мог получить существенной роли в теоретической борьбе вокруг махизма.[451] Ставка в этой дискуссии была иная. Для того, чтобы защитить позиции «буржуазного материализма», Ленин отказался от невмешательства в философские споры, хотя, как мы уже видели, отнюдь не считал себя специалистом по этой отрасли науки. В «Эмпириокритицизме» он мобилизовал не столько Марксову, сколько плехановскую философскую традицию, в которой материалистическая точка зрения формулируется в рамках монистической теории отражения. В этом произведении историческая диалектика оттеснена на задний план своего рода «естественнонаучной закономерностью», что отчасти объясняется политической природой философской дискуссии.[452] Позже шли споры по поводу философского толкования этой работы, в ходе которых особо выделялись аутентичное толкование Грамши и «социологизированная» критика Паннекука. Грамши уже при определении понятия материи полемизировал со специально-научной ограниченностью и философствованием, оторванным от общественных отношений: «…Философия практики не может воспринимать “материю” ни в том смысле, как ее понимают естественные науки… ни в том, как она интерпретируется в различных вариантах материалистической метафизики… Таким образом, материю надо рассматривать не саму по себе, а как социально и исторически организованную для производства, а естественные науки, следовательно, надо считать по существу исторической категорией, выражением отношений между людьми».[453]

вернуться

439

За этой борьбой стояло сложное дело о наследстве Н. П. Шмита. Владелец мебельной фабрики на Пресне Николай Павлович Шмит, принимавший участие в революционных событиях 1905 г., 13 (26) февраля 1907 г. умер в Бутырской тюрьме, оставив большевикам значительную сумму денег. Исполнителями его завещания стали его сестры Екатерина и Елизавета. Первая передала часть наследства Большевистскому центру в 1908–1909 гг., а вторая — в 1909–1911 г. Эти деньги стали предметом сложной фракционной борьбы, и в конце концов после январского пленума ЦК 1910 г. большевики передали основную часть наследства под контроль т. н. «держателей» (К. Каутского, К. Цеткин и А. Бебеля). За вычетом расходов передавшей деньги Елизаветы Шмит Большевистский центр, представлявший собой расширенную редакцию «Пролетария», получил всего 275 984 франка. См. об этом следующие документы: Расписки В. И. Ленина, Г. Е. Зиновьева, В. Л. Шанцера в хозяйственную комиссию Большевистского центра о получении денег. 4 (17) ноября 1908 г. — 2 (15) октября 1909 г.; Протокол передачи Большевистскому центру части наследства Н. П. Шмита. 8 (21) февраля 1909 г.; Постановление Исполнительной комиссии Большевистского центра о расчете с Ел. П. Шмит // В. И. Ленин. Неизвестные документы. С. 29–32, 37–39.

вернуться

440

Издание «Пролетария» было прекращено по решению январского пленума 1910 г. См. об этом Письмо заграничному бюро ЦК РСДРП. 18 (31)января 1911 г. //В. И. Ленин. Неизвестные документы. С. 61–62. В письме, подписанном по поручению Ленина и Каменева Зиновьевым, выдвигалась инициатива созыва нового пленума, что вытекало из решений январского пленума 1910 г. Поскольку, по мнению большевиков, меньшевики к концу 1910 г. не выполнили постановлений этого пленума, появилось основание для возвращения денег большевикам. 5 декабря 1910 г. Ленин, Каменев и Зиновьев, выступая от себя и по доверенности И. П. Голь-денберга (Мешковского), обратились в ЗБЦК (заграничное бюро ЦК) с требованием созыва пленума ЦК для решения вопроса о деньгах. Позже они обратились по этому вопросу к К. Каутскому, но решение так и не было принято. Об историческом фоне этого дела см.:

Kautskys russisches dossier. Frankfurt am Main-New York, 1981.

вернуться

441

Биггарт Дж. Предисловие. С. 9. Другую интерпретацию этой истории см.:

Donáth Р. А csak politikailag releváns Kanonizált Nagy Elbeszéléstöl a tanulsagos kis törtenetékig. In: 1917 és ami utána történt. P. 80–84.

вернуться

442

История партийных школ была разработана еще в 1970-х гг. Юттой Шерер:

Scherrer J. The Relationship of the Intelligentsia and workers: the cas of Party scools in Capri and Bolgna.

http://repsitories.cdlip.org/cgi/

вернуться

443

Donáth Р. А csak politikailag releváns…

Философский и теоретический фон этой проблематики освещен в поныне сохраняющих свой интерес, «дополняющих» друг друга статьях двух венгерских авторов:

Szabó A. Gy. A proletórforradalom vilógnézete. A filozófia birólata. Magvetö, Budapest, 1977. Глава 2. A leninizmus világnézeti nóvuma. P. 74–181; Sziklai L. A materializmus és empirokriticizmus történelmi tanulságai. In: Történelmi lecke haladóknak. Magvetö. Budapest, 1977. P. 197–224.

По мнению Биггарта, когда в апреле 1908 г. Ленин на Капри встретился с Богдановым (на встрече присутствовал А. М. Игнатьев, который участвовал и в операции Камо, и в деле Шмита), он уже был уверен в получении суммы примерно в 200 тысяч рублей. Якобы поэтому он и мог позволить себе порвать с группой Богданова и сблизиться с Плехановым. Конечно, это обстоятельство могло повлиять на отношения сторон, но едва ли могло затронуть основные направления, ведь сближение Ленина с Плехановым было давней проблемой. Ленин всегда хотел восстановить отношения с Плехановым!

вернуться

444

Биггарт Дж. Предисловие. С. 12–13. Богданов был заменен в редколлегии Шанцером. После декабрьской конференции 1908 г. «антибойкотистский центр» с помощью финансового давления боролся с влиянием «левых большевиков». В феврале 1909 г. редакция «Пролетария» нарушила «философское перемирие», и Л. Б. Каменев опубликовал статью, направленную против Луначарского: Каменев Л. Не по дороге // Каменев Л. Между двумя революциями.

вернуться

445

Извещение о создании этой группы, помеченное 28 декабря 1909 г., см. в кн.: Неизвестный Богданов. Кн. 2. С. 36.

вернуться

446

Ленин В. И. ПСС. Т. 47. С. 145.

вернуться

447

Там же. С. 141.

вернуться

448

«С Плехановым, когда мы работали вместе, мы не раз беседовали о Богданове. Плеханов разъяснял мне ошибочность взглядов Богданова, но считал это уклонение отнюдь не отчаянно большим. Превосходно помню, что летом 1903 года мы с Плехановым от имени редакции “Зари” беседовали с делегатом от редакции “Очерков реалистического мировоззрения” в Женеве, причем согласились сотрудничать, я — по аграрному вопросу, Плеханов — по философии против Маха. Выступление свое против Маха Плеханов ставил условием сотрудничества… Плеханов смотрел тогда на Богданова как на союзника в борьбе с ревизионизмом, но союзника, ошибающегося постольку, поскольку он идет за Оствальдом и далее за Махом». Там же. С. 141–142.

вернуться

449

Ласло Сиклаи правильно пишет, что ленинский ответ на «основной вопрос философии», данный в «Материализме и эмпириокритицизме», коренился в самих событиях эпохи. Речь шла не просто о выходе на передний план религиозных идей, а о том, что «философские школы и идейные течения, которые опирались на теоретические выводы, сделанные из подрыва традиционной физической картины мира», искали «спасение» в отказе от «старого материализма». Одностороннее выделение отношения между материей и сознанием, гносеологического аспекта, вытекало из указанной идеологической задачи.

Sziklai L. A materializmus es empirokriticizmus történelmi tanulságai. P. 218–219.

вернуться

450

В цитированном письме к Горькому Ленин писал по поводу вышедших тогда «Очерков философии марксизма»: «Я прочел все статьи…, и с каждой статьей прямо бесновался от негодования. Нет, это не марксизм! (…) Уверять читателя, что “вера” в реальность внешнего мира есть “мистика” (Базаров), спутывать самым безобразным образом материализм и кантианство (Базаров и Богданов), проповедовать разновидность агностицизма (эмпириокритицизм) и идеализма (эмпириомонизм), — учить рабочих “религиозному атеизму” и “обожанию” высших человеческих потенций (Луначарский)…! Нет, это уже чересчур». Ленин В. И. ПСС. Т. 47. С. 142–143.

вернуться

451

См.: Szabo A. Gy. A proletárforradalom világnézete. Р. 22–26 и далее.

вернуться

452

Марсело Мусто в одной из своих статей

(Musto М. Korunknak cimzett birálat: Karl Marx újrafelfedezéséhez.. In: Eszmelet, № 76. P. 69–83)

верно сослался на А. Грамши, отметившего, что в вышедшей в 1921 г. книге «Теория исторического материализма» Н. И. Бухарин вернулся к этой «недиалектической» концепции, которая к тому времени уже вызвала и несогласие Ленина. Бухарин «социологизировал» марксистскую философию, а диалектику подменил «вульгарным эволюционизмом» и «законом причинности». См.: Gramsci A. Filozofiai l'rasok. Р. 179–181, 190, 194.

вернуться

453

Там же. Р. 227–228. В 1938 г. с марксистской критикой Ленина выступил А. Паннекук

(Lenin as Philosopher, A Critical Examination of the Philosophical Basis of Leninism. New York, 1948).

В его работе, вызвавшей очень противоречивые оценки специалистов, понимание Лениным религии «социологизировано», определено как «материализм среднего класса».

42
{"b":"589755","o":1}