ЛитМир - Электронная Библиотека

Annotation

Продолжение романа "Эффект отражения". Спустя два года Лиза возвращается в Теменск, чтобы найти истоки новых, ещё более пугающих и необъяснимых кошмарных снов... 31.08 добавлена 4 глава

Наталия N

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Наталия N

Чёрный дом в чёрном лесу

Чёрный дом в чёрном лесу

Глава 1

- Слишком мало крови! - вынес безапелляционный вердикт главный редактор газеты "Цейтнот" Андрей Сомов, прочитав мой с трудом вымученный репортаж. - Добавь. Пусть будут брызги на стенах и лужа на полу. И экспрессии маловато. Ты ведь сама там была, рядом с кассой стояла, а написала какую-то сухую оперативную сводку. Где эмоции, Лиза? Читатели любят эмоции!

Я опустила глаза и почувствовала подступающую дурноту, погрузившись в недавние воспоминания. В памяти, быстро сменяя друг друга, замелькали яркие картинки: большое светлое помещение магазина парфюмерии, куда я зашла выбрать подарок маме, разноцветные коробочки и блестящие флаконы всевозможных форм и размеров на стеклянных витринах, немногочисленные покупатели и двое мужчин в чёрных масках, стремительно ворвавшиеся в двери. У одного в руках был пистолет, у второго - нож. Нам всем велели не двигаться, а продавщице - сложить деньги в протянутый пакет.

Дальше всё происходило как в плохом боевике: побледневшая женщина торопливо открыла сейф и принялась перекладывать деньги, но, видимо, попыталась нажать тревожную кнопку, скрытую под кассой. Этого ей не простили. Лезвие ножа стремительно вошло в тело, и она упала, не успев даже вскрикнуть.

В магазине началась паника, громко заплакал ребёнок, молоденькая брюнетка сползла по стене и потеряла сознание, пожилой мужчина схватился за сердце, к счастью, грабители, забрав деньги, скрылись. Большая часть покупателей тоже метнулась к выходу. Оставшиеся торопливо вызывали скорую и полицию, а я машинально склонилась над лежащей на полу продавщицей, пытаясь понять жива ли она.

От вида растекающегося по белому шёлку блузки алого пятна, резко закружилась голова и потемнело в глазах - крови я боялась всегда. С трудом заставила себя прикоснуться к её запястью и нащупала пульс. А потом женщина вдруг протяжно застонала, открыла глаза, беспомощно заелозила ладоням по ране, сфокусировала на моём лице мутный взгляд и неожиданно вцепилась в подол моего платья. На голубой ткани отпечатался чёткий кровавый след.

Все эмоции остались там, в магазине, а позже просочились в сны - ещё более странные и пугающие, чем два года назад. Так что на текст их уже просто не хватило.

- Лиза, ты меня слушаешь? - в голосе Андрея прозвучало нетерпение. Видимо, моё молчание чересчур затянулось.

- Да. На стенах крови не было, и лужи на полу - тоже.

- Ну и что? Кто об этом знает, - пренебрежительно отмахнулся мужчина. - А пара живых предложений заметно украсит текст и заинтересует читателей. Пойми, пресса сейчас должна работать, как хороший ресторан. Наша задача приготовить и подать блюдо повкуснее, чтобы потребитель вернулся за добавкой именно к нам.

Я раздражённо передёрнула плечами (не тому нас в универе учили) и сухо возразила:

- Этот сюжет уже показали по телевидению, там были записи с видеокамер, где всё очень чётко видно. Я не буду писать заведомо ложную информацию ради украшения текста.

Андрей недовольно поджал губы и нахмурился. Молодой амбициозный редактор, всего лишь полгода назад сменивший на этом посту своего отца очень не любил когда ему перечили. Особенно я, вчерашняя выпускница, и особенно после того как посмела пресечь его настойчивые попытки завязать короткометражный служебный роман.

- И финал тоже нужно переделать. У этой кассирши есть дети? Напиши, что из-за жадности двоих негодяев они в любую секунду могут потерять мать и остаться сиротами.

- Не могут. Я звонила в больницу - она поправляется.

- Но ведь её ещё не выписали - всё может случиться, это будет просто безобидное предположение. И эффектное завершение статьи. Кстати, можно ещё добавить, что ты, несмотря на риск, хотела вызвать полицию и нащупывала в кармане телефон, когда ранили продавщицу. Этого точно никто опровергнуть не сможет.

Я вспыхнула, вспомнив, что даже не подумала тогда сделать нечто подобное - слишком испугалась.

- Телефон был в сумочке, а я не собиралась играть в супер-героиню, уж извините.

- Почему ты постоянно споришь? - рассердился мужчина.

- Потому что ответственность за достоверность материалов несёт автор, и в суде, если нам выдвинут обвинение, отдуваться придётся мне, а не вам, - огрызнулась, уже не скрывая раздражения. Не люблю самовлюблённых позёров, а этот ещё и руки распускает.

- Скажи мне, Лиза, тебе работа вообще нужна? Что-то не похоже, - вкрадчиво начал Сомов. - С таким отношением к делу и к... руководству ты здесь надолго не задержишься? Я и так пошёл на уступки - дал тебе время прийти в себя. Ты этот текст, если помнишь, должна была сдать ещё три дня назад. И что в итоге?

Головная боль, нахлынувшая внезапно, оказалась неприятным сюрпризом. После случая в магазине она беспокоила меня только по утрам, как последствие ночных кошмаров, а теперь атаковала днём. Я растёрла виски ладонями и тоскливо подумала, что просить отпуск бесполезно. В "Цейтноте" работаю меньше трёх месяцев, а за любую поблажку Сомов потребует расплатиться натурой.

- Я ещё не пришла в себя - голова болит и кошмары снятся.

- Так это потому что одна спишь, - по холёному лицу Андрея вдруг расплылась неприятная масляная улыбочка, а его взгляд недвусмысленно упёрся в мою грудь. - Наша газета - отличный старт для будущей карьеры. Пожалуй, я дам тебе ещё один шанс, только уж постарайся меня больше не разочаровывать.

Я поняла что за этим последует и решила, что не так уж нужна мне такая карьера. Лучше вернусь в "Будуар современной леди" - в октябре сотрудница еженедельника переезжает в другой город, и меня приглашают на постоянную работу. Конечно, платят там меньше и писать приходится в основном на сентиментальную и романтическую тематику, зато жить спокойнее и проще.

Резко ударив по нагло тянувшейся к моим коленям руке начальства, я с трудом подавила желание испробовать на Сомове пару приёмов, разученных на курсах самообороны, и холодно отчеканила:

- Я думала, журналистика - это вторая древнейшая профессия, а не первая! Видимо, ошиблась изданием, прощайте!

Из "Цейтнота" я без особых сожалений уволилась, но искать новую работу (до октября ведь нужно чем-то заниматься) не спешила. Сначала следовало разобраться с ночными кошмарами - за несколько дней они извели настолько, что мне сложно было на чём-то сосредоточиться. Каждую ночь память чётко, до мельчайших подробностей, воспроизводила сцену в магазине, но когда я склонялась над раненой кассиршей, её внешность менялась, и на меня полным боли взглядом смотрела молоденькая сероглазая блондинка. Это в её тело вонзался нож, это она истекала кровью и хватала меня за платье, оставляя на нём влажный алый отпечаток, вокруг были разбросаны жёлтые ирисы, а вместо витрин и белого кафеля нас окружали тёмные бревенчатые стены какой-то старой хижины...

К концу следующей недели робкая надежда на то, что со временем всё нормализуется, рухнула окончательно. Сны повторялись, обрастая новыми деталями и вызывая приступы мигрени. Пить снотворное бесконечно я не могла, да и помогало оно далеко не всегда, вот и решила снова ехать в Теменск. Только там я смогу понять, что именно мне снится - обычные кошмары, спровоцированные стрессом, или новые картины из жизни Вики Соболевой - моей прошлой жизни.

1
{"b":"589777","o":1}