ЛитМир - Электронная Библиотека

Но я не заметил, что внизу, на съезде, торчал кусок арматуры. Он зацепил мое колесо.

Я помню только, что велосипед остался позади, а сам я и вправду летел, в этот момент полностью выключившись из этой реальности.

Я попал в странное состояние, оно было еще насыщеннее, чем то, что я переживал в детстве. Я видел все стороны одновременно, и пространство вокруг было словно вязкая темная каша, однако постепенно это ощущение рассеялось, и я увидел себя в какой-то комнате.

Я видел две стены и большое окно прямо перед собой. За окном были горы и деревья.

Когда я очнулся, надо мной стояли друзья и звали по имени. 'Слава Богу, ты очнулся! Честно говоря, ты нас здорово напугал!' - что-то вроде этого, обычно так говорят, когда с близкими или друзьями случается нечто из ряда вон и тот теряет сознание.

Мой велик валялся довольно далеко от меня, со смятыми колесами, и странно, но мое тело было в полном порядке. Я не чувствовал никаких последствий падения.

С тех самых пор я иногда вижу эту комнату. Не знаю точно, будущее это или прошлое. Иногда я просто ходил по дому или выходил в сад в этом видении, но недавно я увидел, как тону в этом доме...

- Тонешь?

- Да, звучит очень странно, но я увидел, как с неба обрушился невероятно мощный поток воды и затопил все вокруг. А тогда, в больнице, я впервые увидел молодого человека, который зашел в дом. Мне показалось, что я его знаю...

- Ты знаешь, я очень удивлена сейчас.

- Да, я понимаю, - усмехнулся Ясон.

- Дело не только в твоих видениях, я верю в такие вещи, я же художник. Но дело в том, что сегодня я весь день рисовала картину с похожим сюжетом! Обычно картины сами приходят ко мне, но некоторые детали я додумываю сама. Сегодня я все решала насчет дома, будет ли он на этой картине... Но сам сюжет меня очень удивил: я словно увидела этот невероятный поток, который стремительно падает с небес со всех сторон и затопляет горы, фруктовые сады, дом и людей в нем...

- Иша, теперь ты меня удивляешь! - воскликнул Ясон. Нечто магическое повисло в воздухе между ними. Солнечный шар поднялся уже достаточно высоко, и Ясон, посмотрев прямо на него, поймал глазами прыгающие черные точки. Неожиданно он сказал:

- Послушай, я в Индию еду. Ты поедешь со мной?

Минуту Иша раздумывала:

- А почему бы и нет? Если ты серьезно - то поеду.

Ясон улыбнулся, но ничего не ответил и снова стал задумчивым.

Он не стал пока рассказывать Ише про первый опыт любви, наложивший глубокий отпечаток на его восприятие женщин.

Ему было почти шестнадцать, когда рыжеволосая Марина, приходящая к отцу, стала с плотоядным интересом бросать на него свои жгучие зеленые взгляды.

Потом, вдруг, случилась неожиданная нежность прикосновений посреди коридора необъятной отцовской квартиры. В двери начал проворачиваться ключ, и Марина, отпрянув с ловкостью нимфы, уже, казалось, с полчаса спокойно пила чай, сидя на просторной кухне под раскидистой пальмой, бурно разросшейся необычно знойным для северных широт летом.

А Ясон так и остался растерянно стоять в прохладном полумраке.

Ему показалось, что внутри себя он начал собирать какой-то томительный паззл, и новое, смутно-мучительное желание заволокло все своей мерцающей дымкой. Отец был весел и Марина тоже была весела в тот день, они непринужденно общались, а вечером пошли куда-то гулять.

Ясон же, проворочавшись полночи в болезненном состоянии, заснул только ближе к утру.

Много позже Ясон узнал, что отец придерживался весьма свободных взглядов, и, возможно, он даже сам попросил Марину соблазнить своего неопытного сына.

Но в тот момент мучительный стыд, смешанный с желанием близости, обжег его сердце.

То лето было очень жарким, с горячими днями и душными ночами.

Марина была ненасытна и опытна в любви. Она без труда взломала хрупкую сокровищницу мальчишеской невинности, завладев не только инструментом любви, но и, прежде всего, самой любовью. Опытная и искусная, она сразу открыла для Ясона многие запретные двери, который после общения с ней довольно быстро охладел к любовным утехам. Отец только удивлялся тому, как холоден его сын.

Жгучим красоткам-моделям, прикладывающим массу усилий для того, чтобы растопить его холодность, иногда это удавалось, но дальше одной ночи дело шло очень редко.

Теперь рядом сидела Иша, и Ясон чувствовал, что она была совсем другой.

Сейчас ему казалось, что он ждал ее, искал этой простой чистоты, но не понимал пока, как обращаться с этой чистотой.

- Послушай, пойдем к метро, - предложила Иша.

- Да, я готов, - Ясон вышел из оцепенения своих мыслей и радостно принял эту идею. - Да я сто лет не ездил в метро! - засмеялся он.

Тем же путем они спустились вниз, вышли из дома, и оказалось, что Иша хорошо знает, куда нужно идти. Они прошли пару улиц, Ясон только успел отметить в сознании длинное здание из красного кирпича, которое казалось смутно знакомым.

Ему хотелось спать.

Вход в метро был похож на космическую станцию, окруженную безлюдным утренним пейзажем.

Разве что одинокая дворничиха мела заплеванную ночью мостовую да убирала пустые бутылки, явно оставленные разнузданной веселой компанией, которая, прочертив пьяную и грязную траекторию своих передвижений, уже давно отправилась спать.

Спускаясь на эскалаторе, они услышали печальные и зовущие к себе звуки музыки. Внизу, в пустынном переходе, на флейте играла лысая девочка. На вид ей было около шестнадцати лет.

Они, хотя и немного сонные, как зачарованные остановились перед ней, слушая меланхоличную мелодию утра. Ясон вытащил из кармана несколько бумажек и бросил в шляпу.

Она сразу перестала играть:

- Спасибо, добрые путники. Не знаю, кто вы и откуда идете, но сейчас вы меня воодушевили. Я прямо замечталась сразу: как соберу денег да махну в Индию, наплевав на все.

- В Индию? - спросил Ясон удивленно.

- Да, это замечательная страна. Мне рассказывали. Хотя скорее, сегодня я буду, как и всегда, пить вино, заедая сыром и виноградом Изабелла. Кстати, меня так и зовут, Изабелла. И ни в какую Индию не поеду никогда, - сказав это, она засмеялась заливистым смехом, как малое дитя.

- Изабелла, а почему ты думаешь, что никогда не поедешь в Индию? - спросила ее Иша, которой понравилась эта странная девочка.

- Все просто. За меня решили добрые белые доктора. Они говорят, что я умираю от рака, но какого черта, думаю, я еще так молода! Я ушла от них. Эта система, мне она ни к чему. Я просто играю здесь в переходе и собранные деньги пропиваю с друзьями. Что мне еще остается? Пока мне весело и вовсе не хочется тухнуть в больнице. Я не боюсь умирать. Живу сегодняшним днем. Рано встаю. И пою всем и каждому мелодию моего сердца. Может, кто-то вспомнит потом?

13
{"b":"589780","o":1}