ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Через неделю он выгреб за порог пустую тару, вымыл свой видавший виды и вина стакан, выбросил его в форточку и со словами «Рубикон перейден», завалился на кушетку, прихватив любимый томик Булгакова. Заглянув к Семену через месяц я увидел завалы книг. Вся комната была забита ими — книги лежали на столе, стульях, кушетке и на полу, а сам Семен, как говорят, «лыка не вязал», хотя бутылок нигде не было видно. «Неужели напился?» — с удивлением подумал я, не представляя, как он это сделал.

— Я-я не п-п-пил, — почувствовав мое присутствие пробормотал Семен, еле ворочая языком. — П-п-просто к-книги п-п-прочитанные вот в такой последовательности, — и он сунул мне список из десятка книг, — дают эф-ф-фект н-не хуже б-бутылки водки.

— Так ведь читать-то их долго, — не поверил я, заметив в списке «Войну и мир» Льва Николаевича и «Властелина колец» Джона Рональда Руэла.

— А я в п-первую очередь с-скоростным чтением овладел, — отмахнулся Семен и быстро-быстро залистал последнюю из списка книгу, называвшуюся, кстати, «О вреде алкоголя».

Перелистнув последнюю страницу, то есть, дочитав до конца, он упал на кушетку и захрапел.

Начитанный-начитанный…

Марина и Сергей Дяченко

Маклер и магия

Почти сутки он не сводил глаз с монитора — и вот наконец-то в игре наступил перелом. Последним ходом удалось разменять трехкомнатную в блочном доме на две хорошие двухкомнатные — сработал полезнейший артефакт под названием «доплата». В одной из «двушек» не было телефона, зато другую сразу можно было апгрейдить до евроремонта. Его маклеры набрали нужную форму. Саракин нашел на заброшенной стройке артефакт «антиочередь к начальнику ЖЭКа» и теперь посещал жилищно-эксплуатационные конторы одну за другой, отчего флажки над их крышами меняли цвет с синего на зеленый. Второй маклер, Сандро, с боем вышиб противника из ИТК (инженерно-техническая контора) и поставил у входа бойцовых пенсионерок, пять отрядов по двадцать монстров в каждом: ну-ка, вражий риэлтер, попробуй-ка заверить хоть один технический план! Итого — шестнадцать квартир, налажены связи с нотариальной конторой и газетой «Авизо». В десяти квартирах — постояльцы, две — под офис, в четырех ремонт. Наконец-то накопились ресурсы для покупки того особняка, с химерами. А вот когда он купит особняк и сдаст под офис шестикомнатную в центре…

Он не сразу заметил, что его теребят за плечо.

— Что там еще?!

— Пора…

Он скрипнул зубами. Сохранил игру; поднялся, не пытаясь скрыть раздражения. Опять из прекрасного цветного мира — в эту серую тупую повседневность…

И вышел на крыльцо. Рыцари приветствовали его. Ветер играл боевыми штандартами, ржали закованные в броню кони, пахло железом и дымом, а над горизонтом поднималось неторопливое кровавое солнце. И он воздел над головой фамильный меч:

— Верные! Наш час настал. Пришло время постоять за дело Света, отбить отцовский замок у изменника-брата.

Сохраненная на диске игра ждала своего часа…

Антон Кадман

Адвентюра

— Все-таки ты тупой, — заявил аспирант Сергей с ноткой превосходства в голосе.

— Наверное, да, — согласился я, признавая это самое превосходство.

— Повторяю еще раз для… особо одаренных, — сказал аспирант Сергей. — Игра эта весьма примитивна. Все «адвентюры» примитивны.

— Да знаю, — сказал я. — Только вот эту самую пройти не могу.

— Хорошо, расскажу, — смилостивился Сергей. — Только слушай внимательно: второй раз рассказывать не буду.

— Угу, — я кивнул. — Весь — внимание.

— Значит так. Уровень первый. Выходишь из метро и сразу налево к пятиэтажному белому зданию — видел его уже?

— Видел.

— Поднимаешься на третий этаж. На другие лучше не заходить: на первом там якобы бытовуха нарисована: столовка, парикмахерская — отравят или побреют до пяток. В «Справочную» тоже не суйся: запутают — себя не узнаешь. На втором этаже охрана, хотя, если надыбаешь кодовое слово, они тебя пропустят, и бонус можно будет срубить.

— А какое «кодовое слово»? — спросил я.

— Ага, — ответствовал Сергей, — и ключи от квартиры. Все тебе скажи. Знаешь сколько я побегал, прежде чем слово получил? То-то… В общем, иди сразу на третий. Для начинающего — самый прямой путь. На этаже иди направо до упора. Другие двери не открывай и внутрь не заглядывай: там сплошняком монстры — вынесут в начало, не заметишь.

— Понял, — сказал я. — Третий этаж, направо, до упора.

— Там будет дверь. Открываешь ее, заходишь. Слева сразу увидишь — миловидная такая девица сидит. Она тебя спросит: «Вы куда?» Возможно несколько вариантов ответа, но лучший: «Я к начальнику». Статус у тебя в начале невысокий, поэтому не выпендривайся. Ответив так, как я тебе советую, ты подчеркиваешь, что новичок, но в то же время сюжет этот знаешь. Заигрывать с ней тебе предложено, но не пытайся — бесполезно. Она тебе улыбнется и покажет рукой направо. Справа, за большим коричневым шкафом, нарисуется еще одна женщина. Она и должна тебе инструкцию по второму уровню дать.

— А что на втором уровне? — поинтересовался я.

— Сам увидишь. Второй уровень проще, — сказал аспирант Сергей. — Hу давай, ни пуха тебе. Вернешься — расскажешь, как прошло.

— К черту, — сказал я и пошел.

Пошел подавать документы в аспирантуру нашего института.

Святослав Логинов

В одной волшебной стране

То была необыкновенная страна! Здесь в глухих чащобах ворочались ленивые чудища. Пейзане, ковырявшие скудную землю, вечерами рассказывали ледянящие душу истории о хозяине ближнего замка, а девственная красавица неясной этиологии прозябала в своём доме возле окошка и печально разглядывала пустынную даль.

И вот однажды у горизонта взвихрилась пыль и появился всадник. Неделю округа ходила ходуном, и когда герой покинул страну, в ней не оставалось ничего сказочного. Замок лежал в развалинах, вместо глухих чащоб образовался вывал леса, а девственные красавицы в этой местности перевелись.

И лишь пейзане продолжали ковырять скудную землю и рассказывать вечерами ледянящие душу истории.

Евгений Лукин

Конец ледникового периода

Пещерная хроника 004

Не повезло племени лярвов с вождем. Ну, что суров — ладно, а вот то, что при нем холодать стало… Летом — снег, льды какие-то громоздятся на горизонте. Выйдешь поутру из пещеры — зябко. Опять же добычи мало, бизоны стадами на юг уходят. Оголодало племя, осунулось, однако вслух еще роптать не решались. Хряп он ведь такой. Хряпнет разок — и нет тебя. Поэтому сами охотники к вождю не пошли, а послали юного Миау. Во-первых, слов много знает, а во-вторых, так и так ему пропадать. Опять отличился разрисовал изнутри всю пещеру. Такую Бизонью Мать изобразил, что дрожь берет. Вроде корова коровой, а присмотришься: морда — как у Хряпа.

— Короче, вождь, — дерзко сказал Миау, Сын Пантеры, приблизившись к горящему посреди пещеры костерку. — С завтрашнего дня объявляем забастовку…

Услышав незнакомое слово, Хряп хмыкнул и даже отложил кремневое рубило, которым как раз собирался раскроить череп наглецу. О своем сходстве с запечатленной в пещере бизоньей коровой вождь, правда, не догадывался, поскольку изображена она была в профиль. Честно сказать, он там и рисунка-то никакого не углядел — просто видел, что стенка испачкана.

— А?.. — переспросил Хряп, грозно сводя лохматые брови.

— Холодно, — объяснил Миау. — Бизоны уходят. Совсем скоро не станет. Сделай тепло, тогда и охотиться будем…

Хряп взревел, но, пока тянулся за опрометчиво отложенным рубилом, юный Сын Пантеры успел выскочить наружу.

А на следующий день, как и было обещано, ватага охотников начала первую в истории человечества забастовку. Вроде бы вышли на бизона, а сами взяли и попрятались в лесах… На вторые сутки подвело у племени животы. Да и у вождя тоже…

20
{"b":"589800","o":1}