ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В инструкции о перевыборах 1924 г. отдельный пункт был посвящен лицам, лишённым избирательных прав за службу в полиции. В нём был приведен обширный список должностей, пребывание на которых, должно было стать основанием для устранения человека от участия в политической жизни. Сюда были включены все административные должности, связанные с Министерствами внутренних дел царского и временного правительств, а также антибольшевистских режимов. Избирательных прав лишались бывшие министры внутренних дел и их товарищи, генерал-губернаторы, военные и гражданские губернаторы, вице-губернаторы, губернские и уездные предводители дворянства, чиновники для особых поручений, прокуроры и товарищи прокуроров судебных палат, земские, крестьянские и уездные начальники, исправники, служащие тюремного ведомства министерства юстиции и т. д. Остальные бывшие чиновники и деятели царского и различных контрреволюционных правительств избирательных прав не лишались, но особо оговаривалось, что «если отдельные лица из них своей службой или деятельностью не доказали своей лояльности в отношении советской власти, они могут быть вносимы избирательными комиссиями на основании статьи 23 Конституции РСФСР, в список лиц, лишенных избирательного права»[62].

Выборы в местные Советы РСФСР начались в сентябре 1924 г. Они проходили на фоне активно разворачивающейся общественно-политической кампании «Лицом к деревне», инициатором которой было партийное руководство страны. Одной из главных составляющих этой кампании явилось движение за оживление деятельности сельских советов, которые должны были стать своеобразными «маленькими парламентами», в которых крестьяне изживали бы свою индивидуалистскую психологию и получали необходимый политический опыт. Это предполагало побуждение населения к более активному участию в избирательной кампании, а также уменьшение контроля над деятельностью советов со стороны партийных комитетов. Центральная власть учитывала при этом требования деревенского населения. Летом-осенью 1924 г. «секретные сводки ОГПУ отмечали повсеместное нарастание радикальных настроений среди крестьянского населения». Помимо прочих претензий к руководству крестьяне на своих сходках и собраниях регулярно и повсеместно выдвигали и требование «всеобщего, прямого и тайного голосования»[63].

С сентября по декабрь 1924 г. выборы прошли в 49 губерниях, областях и автономных республиках РСФСР. Но их результаты вызвали большое неудовольствие центральной власти. Явка избирателей на выборы оказалась низкой. С мест поступали многочисленные жалобы на нарушение избирательными комиссиями инструкции о перевыборах. Эти нарушения касались и лишения избирательных прав. Как признавал впоследствии один из руководителей партии и государства Л. М. Каганович на выборах 1924 г. «под видом кулаков лишали избирательных прав середняков, которые по тем или иным причинам неугодны были тому или иному администратору»[64].

29 декабря 1924 г. ЦИК СССР принял постановление об отмене результатов выборов в 39 губерниях и проведении вторичных выборов в первой половине 1925 г[65]. В это же время планировалось провести выборы и в тех регионах, где они ещё не состоялись.

В ходе вторичных выборов, 13 января НКВД РСФСР разослал на места циркуляр, в котором, констатируя рост количества граждан лишенных права голоса за нелояльность к советской власти, требовал срочного предоставления сведений о том «кто включается в категорию „лиц, лишенных избирательных прав, которыми они пользуются в ущерб интересам Революции“ и в категорию „прочие“»[66]. В постановлении ЦК РКП(б) от 10 февраля 1925 г., посвященном проходящей избирательной кампании, говорилось: «Последние выборы показывают, что в деревне имеется ряд случаев неправильного, незаконного устранения от выборов отдельных крестьян, в той или иной мере критиковавших действия местных органов советской власти. Такое устранение от выборов не только нарушает советские законы, но оно политически вредно и недопустимо»[67].

К началу 1925 г. был подготовлен проект новой инструкции по организации выборов в советы. Его обсуждение стало одним из центральных пунктов совещания по вопросам советского строительства, организованного ЦИКом СССР и состоявшегося в начале января 1925 г. Выступая на его заключительном заседании, председатель СНК СССР А. И. Рыков, говоря о политике партии и правительства в деревне, заявил: «я хотел бы подчеркнуть необходимость сделать решительный переворот в сторону усиления выборности и в кооперации, и в советах, т. е. в привлечении большего количества крестьян к выборам и развитии большей активности массы крестьянства во время выборов. В целом ряде случаев это может дать нам и болезненные результаты (засилье кулаков). Но иногда, чтобы свергнуть власть кулака в деревне, может быть, лучше допустить его в совет. То же необходимо сделать и по отношению к кооперации»[68].

Целый ряд статей касавшихся лишения прав голоса в проекте новой инструкции был изменен в сторону смягчения. Это вызвало недоумение и недовольство у некоторых участников совещания. Во время доклада Я. А. Яковлева, редактора газеты «Беднота» и «Крестьянской газеты», посвященного изменению и дополнению к избирательной инструкции произошла следующая дискуссия: «Яковлев… В частности, для того, чтобы избежать неправильного применения пункта „г“ статьи 65 Конституции, разбирающей вопрос о лишении избирательных прав служителей культов, комиссия уточнила пункт 21 следующим образом: „Пункт „г“ статьи 65 Конституции РСФСР распространяется одинаково на монахов, духовных служителей религиозных культов всех вероисповеданий и толков, для которых эта работа является профессией“. Таким образом, мы исключаем возможность лишения церковного сторожа, или членов церковного совета, или поющих в церковном хоре (как это иногда, хотя и редко, бывает) избирательного права. Эту поправку комиссия приняла для того, чтобы исключить возможность исключения избирательного права того или иного верующего христианина, у которого те или иные услуги церкви не являются профессией.

Буценко. А их семьи?

Председатель (М. И. Калинин — Д. В.). Семьи не лишены прав.

Харитонов. А если семья находится на его иждивении?

Председатель. По закону она не лишается прав.

Буценко. Вы ограничиваете попа, дьякона и дьячка, а председателей и членов религиозного культа, избираемых религиозными общинами, вы восстанавливаете в правах. Я считаю, что нужно добавить: „Членов семей, которые находятся на иждивении священнослужителей“.

Председатель. Я предлагаю отклонить решительно. Вы знаете, что у нас масса старых коммунистов, находящихся в партии, у которых отцы — священники. А если сын попа комсомолец, как же тогда?

Голос. Если мы восстановим в правах жену попа, тогда она имеет право быть избранной в совет. Это приведет к возмущению крестьян.

Председатель. Мы никого не восстанавливаем в правах. Если они лишены вами, то вопреки закону. Никаких прав ни один человек не может быть лишен за преступление отца. Бывает, мы расстреливаем виновного человека, а семью берем на иждивение государства. Как может ребенок отвечать за проступки отца? Представьте себе, что мы попа расстреляли за контрреволюцию, но оставшихся детей мы должны взять в свой приют. Поэтому нельзя говорить, что семьи лишаются прав»[69]. В результате голосования все предлагавшиеся поправки и дополнения были приняты большинством голосов.

В своей заключительной речи на совещании М. И. Калинин, фактически повторяя мысли, высказанные ранее А. И. Рыковым, отметил, говоря об изменениях в избирательной инструкции: «Если даже в известном месте противники советской власти пройдут в исполком, если на территории нашего Союза, где с одного конца солнце восходит, а на другом заходит, в несколько низовых исполкомов попадет пара кулаков или противников советской власти, то это не будет иметь большого значения. Но выигрыш от правильных всенародных (т. е. когда в них участвует большинство народа) выборов в советы, от выборов, где подвергаются всестороннему обсуждению и критике действия советской власти, этот выигрыш будет перевешивать зло, которое получится от того, что в совет попадет злостный человек. Да, наконец, есть целый ряд волостей, которые пробовали выбирать на место коммуниста кулачка, но они сами и переменили фронт»[70].

вернуться

62

С.У. и Р. 1924. № 71. Ст. 695.

вернуться

63

Ковалев Д. В. Политическая дискриминация крестьянства в нэповской России. // Вопросы истории. 2007 г. № 5. С. 140.

вернуться

64

Каганович Л. М. Партия и Советы. М.-Л. 1928. С.69.

вернуться

65

Правда. 1924 г. 30 декабря.

вернуться

66

Государственный архив Смоленской области (ГАСО). Ф. 13. Оп. 1 Д. 642. Л. 33.

вернуться

67

Справочник партийного работника, вып. 5. М., 1926. С. 295.

вернуться

68

Совещание по вопросам советского строительства. 1925 г. январь. М., 1925. С. 201.

вернуться

69

Там же. С. 213–214.

вернуться

70

Там же. С. 219.

10
{"b":"589805","o":1}