ЛитМир - Электронная Библиотека

Хвост Легиона наполовину окружил город, а тупая голова уже изогнулась к северу. Образ оставался в воображении, пока она спускалась во двор, рассекая толпу офицеров, ожидавших выхода Урусандера.

Ей не хотелось быть с ними. Пусть легионеры смотрят в рот командующему. Вера и ее святые слуги не склонятся перед военщиной, уже не отвечающей задачам времени. Пока Урусандер не стал Отцом Светом, он всего лишь вождь армии.

"Эта змея - моя, и мы, святые слуги Света, поведем караван. Мы будем ее клыками, ее слепящим ядом. Лучше бы Урусандеру понять это немедля. Нужно довести урок до каждого офицера здесь и каждого солдата внизу.

Низменные стремления к землям и богатствам слишком ничтожны, перед нами совсем иные задачи".

Хунн Раал так и не показался.

"Если не был первым, станет последним. Смертный Меч жаждет большой аудитории, полагаю я. Или лежит без чувств в каком-то переулке... хотя не стоит надеяться на столь явный позор.

Я найду дестрианта веры. Нужно выбрать своего поборника, достойный контраст для Смертного Меча. Среди знати или в самой Цитадели".

Пройдя под аркой ворот в торжественном молчании, верховная жрица и ее паства, облаченная во все белое, начали спускаться по мощеному тракту.

- Шлюха умеет себя подать, - пробормотала Тат Лорат, следившая за прохождением процессии. Факела и лампады, плывущие рясы тонкой отбеленной шерсти с узорами звезд, кожа столь бледная, что они похожи на трупы. - Смотрите, какими мы кажемся бескровными.

Инфайен Менанд ухватила лошадь за морду, давая ему вдохнуть свой запах. Уже давно они не скакали в битву. Лошадь застоялась. "Может меня подвести и пасть. Подходящая участь для нас обеих. Но я покажу ей свое желание убивать домовых клинков, предателей, слишком легко продавшихся знати. Она послужит мне еще раз".

- Я нахожу эту веру легковесной, - тихо бормотала Тат Лорат. - К счастью, некому разбить наш фарфор. Похоже, я из равнодушных.

- Если Свет благословляет, - отозвалась Инфайен, - то всех без различий. Он обрисует любую сцену, ему сладки и победы, и ужасы поражений. Разведчики не заметили возвращения вашего мужа. Вы встревожены?

- Поистине да. Некомпетентность не сулит нам побед.

- А если бы вас послали ловить Шаренас Анкаду?

Тат Лорат оскалилась: - Ее голова украсила бы ротное знамя, успев сгнить к нынешнему утру.

Инфайен нахмурилась. - Халлид вполне способный командир. Вы порочите ее совсем по иным причинам, нежели выставляете. Презрение ослепляет не его одного.

Тат Лорат глянула на дочь, стоявшую неподалеку, изящно прислонившись к стене крепости.

Видя это, Инфайен нахмурились сильнее. "Лучше бы Шаренас сразу пошла в твой шатер. Но ладно. Дочку тебе уже не загнать под крыло".

Инфайен жаждала предстоящей битвы. Первое пролитие благородной крови сделало честь ее руке, да, и этого никто не отнимет. "Хотя солдаты потеряли дисциплину. Клан Энес сражался слишком хорошо. Кровь текла рекой, особенно после явления Крила Дюрава. Изнасилование... это слишком. Что ж, даже война вызывает сожаления.

Но мы навалим достаточно знатных туш, составив роду Энес компанию. Иногда привилегированных нужно хорошенько вздуть, чтобы послание было явным. И теперь знамена злости вьются над обеими сторонами. Битва будет жаркой.

Молюсь лишь о том, чтобы скрестить клинки с Андаристом, а лучше с Сильхасом или Аномандером". Многие до сих пор спорят, кто из троицы лучше владеет мечом. Но Аномандер кажется ей самым впечатляющим. "Вот бы найти его раненым или утомленным. Захватить неожиданно. Пока он бредет, спотыкаясь в кровавой грязи".

Такие подробности забудутся. Правда должна быть простой. "В день падения знати и ее домовых клинков, Инфайен Менанд сразила лорда Пурейка на поле брани, и так погиб Первенец Тьмы.

Удивительно ли, что оставшиеся братья уничтожили ее? Да, кровная линия Менандов была обречена с давних пор..."

- Какая холодная улыбка, Инфайен Менанд.

Она поглядела на Тат Лорат. - Как думаете, где будет место?

- Чего?

- Битвы, чего же еще?

- Тарн.

Инфайен кивнула. - Да, Тарн. Урусандер позаботится.

- Они не рискнут самим Харкенасом. Ведь город стал главным призом.

"Город ничего для меня не значит. Была бы счастлива его сжечь дотла" . - И там Урусандер станет королем.

- Отцом Светом.

Инфайен дернула плечами. "А меня интересует лишь один титул. Инфайен Менанд, Убийца Первого Сына Тьмы". Случайный взгляд упал на Шелтату Лор. Дочь Тат лениво ей улыбнулась.

Тревога Инфайен была быстро вытеснена видом лорда Урусандера.

Командир не славился красноречием, но Инфайен испытала неожиданный подъем духа и предвкушение. Наконец дела пошли. "Мы маршируем к Харкенасу, и да свершится там правосудие".

Удалось сделать лишь сто пятьдесят плетеных щитов, так что капитан Халлид Беханн объединил солдат в пары: один несет щит, другой с оружием. Опушка леса была неровной, изгрызенной причудами пожаров и прошлых вырубок. Снег выглядел грязным, но плотным и прочным, утренний свет не смог его расплавить.

"Утренний свет. Ну, какой есть. Что за богиня призвала на нас сумерки? Почему ее королевство столь тускло, словно все мы теряем сознание?"

Он еще пылал торжеством победы над монастырем, хотя та и оказалась более кровавой, чем он ожидал. И чувствовал неудобство оттого, что послал детей на юг, к Йедану. Зима не спешит отдавать власть, еще царят снег и холод. Но их хорошо одели, дали волокуши с провизией. Если не потеряли ориентацию, уже должны быть в монастыре, в тепле и безопасности.

"Нужды войны бывают жестокими. Я не мог взять их с собой, когда впереди настоящая битва.

Трусливые отрицатели с луками и засадами - мы их достанем.

И если удача улыбается дважды, найдем и Шаренас Анкаду, влившуюся в их преступное сообщество. Предатели ходят стадами".

Лейтенант Аркандас подъехала и отдала честь. - Сир, нас заметили.

- Отлично, - рявкнул Халлид. - Если будет необходимо, погоним их к берегу реки. - Лошадей они оставят позади, под охраной полдюжины солдат. Он ожидал подвижного боя, но противник скоро застрянет на неровной земле, среди глубокого снега и завалов выжженного леса.

Даже время не смогло избавить местность от запаха пожара - то ли это едкий смрад жженой смолы, то ли просто вонь гниющей древесины. Насилие запятнало землю. И все же, заметил себе Халлид Беханн, стаскивая белые перчатки, преступления не пятнают кожу, не портят цвет лица. "Отсюда урок: прощеные преступления как бы не существуют. Благословение делает лица заново невинными". - Лейтенант.

- Сир?

- Равнять строй. Мы идем к деревьям.

- Разведка докладывает: там скопилось много отрицателей, сир.

- На что и надеюсь! Да, они проявили изрядную смелость. Извлечем из этого выгоду?

- Да, сир!

Он поглядел на подчиненную. - Сомнения, Аркандас?

- Что они будут биться? Никак нет. Но мне не нравятся стрелы. Тогда нам придется бежать к ним, чтобы луки не дали преимущества над железными клинками.

- Именно. Будем лить их кровь, пока не смешаются. И тогда начнем погоню.

Она чуть помедлила с ответом. - Сир, возможно, Урусандер уже ведет Легион по южной дороге.

Морщась, Халлид кивнул. - Едва закончим тут, выступим на юг.

- Да, сир. Солдаты будут рады.

- А сейчас не рады? Тогда напомните им, лейтенант: у каждого дня свои наслаждения.

Она ушла выполнять приказы. Халлид Беханн вынул меч и подозвал солдата со щитом. - Держись рядом и смотри в оба, Сарторил. У негодяев нет чести.

157
{"b":"589877","o":1}