ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Конец радуг
Играй в меня, или Порочная расплата
Токсично. Как построить здоровые отношения и не вляпаться
Сильнобеременная. Комиксы о плюсах и минусах беременности (и о том, что между ними)
«Спасская красавица». 14 лет агронома Кузнецова в ГУЛАГе
Охотница
Удивительный мир птиц. Легко ли быть птицей?
Книга женского счастья. Все, о чем мечтаю
Земля будущего
A
A

Единственное, в чём я могу быть уверен: простого пути нет и не предвидится. За забором начинаются заросли, а после зарослей пустошь, намного больше той, через которую мы шли, и в ней квадратные пакгаузы без окон. Правее видны дома возле квадратного пруда с турникетами на берегу. Серое трёхэтажное здание смотрит на меня огромными окнами.

Канописа нигде не видно. Окрестности кажутся вымершими, здесь нет ни одной живой души и даже птиц не видно. Не видно и границ Академии - дальше, за зарослями, поднимаются новые строения, которых уже не различишь. Разлом отсюда не виден, его угадываешь на уровне интуиции. Вон там он должен быть, где виднеется квадратный выступ. Если это Факультативный, то разлом тянется там же, во-о-о-от по такой линии. Как бы касательная к дуге застройки.

Спускаюсь обратно. Надо возвращаться и ждать, когда вернётся Канопис.

Подхожу к воротам. Нет, я не надеюсь найти там этого хрупкого и нежного мерзавца... или на худой конец ключ к спасению из Академии. Просто створки прилегают неплотно и я хочу заглянуть внутрь, путь даже и уверенный, что там одна темнота.

Но внутри отнюдь не темно. Небольшие окошечки под крышей и над входом дают достаточно света, чтобы в полумраке можно было разобрать чёрную решётку каркаса, чугунные тумбы в на полу и жёлтое лицо - то самое, что я увидел во сне на старой электростанции. Гигантский шар с полуоткрытым ртом висит посередине ангара; в полумраке он кажется грязно-серым. Его тупые круглые глаза, словно нарисованные над условным носом, смотрят во всю ту же точку... и всё же я знаю: она заметил меня. И поднимается ветер.

Сначала он слаб, но с тяжёлым, железным привкусом. Сразу чувствуется, что он дует прямо из ангара, рождаясь из самой сердцевины этого нелепого гигантского мячика. И этот ветер несёт с собой что-то ещё... я не могу назвать его словами, но его достаточно, чтобы в первый раз всерьёз вдохнув воздух из этой струи, я заорал как бешенный и стремглав бросился прочь.

Я не бежал по узкоколейке - ещё во сне стало ясно, что тут я голове не конкурент. Конечно, странное дело оценивать шансы и боевые навыки неведомого морока, который ты видишь во второй раз в жизни и понятия не имеешь, чем именно он опасен - но нечто, живущее глубоко-глубоко внутри, подсказало мне, что шар хуже всего переносит тот путь, где много разнородных препятствий.

Двери ангара открываются сами. Петли скрипят, придавая всей сцене привкус самого обыденного кошмара. Голова выплывает наружу, приподнимается чуточку вверх и замирает, уподобившись солнцу в зените. А я уже возле железного забора, перелетаю его, словно иноходец и падаю прямиком в крапиву. За забором начинается спуск, а под ним ещё один парк, заброшенный давным-давно и почти непроходимый. Убегаю по нему пригнувшись, надеясь, что деревья если не остановят, то хотя бы задержат злобный шар.

Страх гонит меня, колет ужасом, как погонщик стрекалом. Я даже не оборачиваюсь, потому что чую самим нутром, животом и кишечником, что эта тварь опасней и беспощадней чем всё, что создавал человек, и хочешь оборачивайся, хочешь нет, остановить её взглядом ты всё равно не можешь.

Парк я не запомнил. Впечатлило лишь то, что он был на удивление холмистым и даже в причёсанном виде не очень-то годился для прогулок. Да и в общем я не ожидал, что у нас в Академии есть такие горы и впадины. Для меня ландшафт Академии всегда копировал ландшафт окрестностей родного города: огромная равнина и иногда лес.

Единственное, что могу вспомнить - я спотыкаюсь об опрокинутую статую, поднимаю взгляд вверх и вижу, как голова плывёт неторопливым воздушным шаром высоко над деревьями. Глаз не разглядеть, только жёлтое дно, но это не означает моей безопасности. Просто этой твари даже высматривать ни к чему.

И ещё ветер. Когда я в низине, он не чувствуется, но на каждом подъёме я ощущаю его тяжёлую руку и понимаю: он становится всё сильней и чувствуется, даже прореженный стволами и кустарником.

Открытое место. Парк закончился. Он больше меня не защитит. Дальше - декоративный заборчик и тот самый дом с громадными окнами. День подходит к концу, из леса за моей спиной наползает медленная тень, и закат отражается в окнах, превращая их в огненные квадраты. Ветер дует так, что скрипят сучья, а по траве бегают волны, словно по морю.

Открытое пространство кажется бесконечным. Поле, травы, взбесившийся ветер, крохотная фигурка - я - и круглая тень за мной по траве, которая всё больше и больше сливается с серостью подступающих сумерек. Я уже чувствую его жёлтые бока, эта неоднородная жидкость, похожая на прокисший суп, которпя пульсирует, булькает, слезится, сочится... живёт и готова пожрать! Её тень и совсем рядом, она почти настигла, холод ложится на мои плечи каменным одеялом, я уже представляю, как шар сливается с тенью, тень - с сумерками, сумерки пожираю весь мир, а шар пожирает меня и всё превращается в одну серую жижу и больше ничто не живёт, только сумерки, слизь и дикий ветер... но в последнюю секунду взлетаю на крыльцо, рву на себя дверь (она не заперта!) вбегаю внутрь и оказываюсь лицом к лицу с остроносой держурной. У неё кроличьи, по-детски торчащие вперёд зубы и отутюженная повязка на рукаве.

- Какая группа?

- Химия,- мне не хватает воздуха, я вдыхаю его большими кусками,- Химический, первая А.

Присвистнула.

- Эко тебя занесло. Здесь как бы биологи. Дверь-то отпусти, она не убежит.

- Там, там...

Она идёт ко мне. Сейчас откроет и это жёлтое... я визжу и загораживаю дверь, распячившись, словно морская звезда.

- Нельзя, там...

- Ты что, окончательно рехнулся в связи с сессией?

- Там Жёлтое!!

Она задумывается. Это получается у неё так естественно, что мне кажется, будто она мне поверила.

- Что за Жёлтое?

- Лицо!!

Она какое-то время раздумывает, а затем направляется к окну. Выглядывает. Смотрит вправо. Потом влево.

- Ни души,- констатирует она и захлопывает окно.

- Оно наверху!

- Ты точно с химического, а не из лазарета? Я конечно слышала, что у вас там что-то по ночам в лабораториях гонят, но чтобы до такой степени.

- ДА ВОТ ЖЕ ОНО!- ору я и распахиваю дверь.

За дверью - пустое темнеющее поле и запущенный парк, уходящий на холм. Лица нигде нет. Я делаю шаг наружу и изучаю небо. В небе ползут тучи, ночью, наверное, будет гроза.

Не осталось даже ветра.

Ещё один шаг я делать не риску, а вместо этого юркаю обратно в общагу. А вновь оказавшись в сумеречном фойе, осознаю, как никогда, какое это всё-таки счастье, когда рядом есть живые люди и ты ночуешь в жилом каменном доме, который не сдует никакой ветер. Я пытаюсь объяснить это дежурной, обнять её, сказать, как много я понял в этот миг. - но она визжит и убегает, перепуганная ещё сильнее, чем я минуту назад. Но я не обескуражен. Со спокойной душой выбираю кресло побольше, чтобы можно было прилечь, устраиваюсь в нём и засыпаю.

24
{"b":"589879","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
НЕ НОЙ. Только тот, кто перестал сетовать на судьбу, может стать богатым
Чужая жизнь
Агент на мягких лапах
Самообучающиеся системы
Бой бабочек
Порядочная женщина
Тот, кто приходит со снегом
Как улучшить память и развить внимание за 4 недели
В рассветный час