ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Господин Мани
Правила умной жены. Ты либо права, либо замужем
Конец конца Земли
Защита от темных искусств. Путеводитель по миру паранормальных явлений
Легенды «Вымпела». Разведка специального назначения
Призрак дома на холме. Мы живем в замке
Что мой сын должен знать об устройстве этого мира
Вознесение
Эффект ореола и другие заблуждения каждого менеджера…
A
A

Сталкиваюсь с ней в коридоре. Камрусена идёт из сушилки, в руках - стопка одежды.

- Хорошо, что ты зашёл.

Мы в комнате (меня немного злит, что стены обычные, белые, и по ним ничего не скажешь о тех, кто здесь живёт). Она протягивает свёрток из коричневой шуршащей бумаги.

- Это из ректората. Справка для тебя и для твоего Цветка. Ты должен будешь ему её отдать - такова традиция. Его зовут Канопис, он в пятьсот пятнадцатой комнате. Отнесёшь ему и скажешь, что всё в порядке.

- Камрусена, послушай.

- Что-то ещё?

- Можно как-нибудь встретиться с тобой и пообщаться? Мы ведь учимся вместе. С тобой так здорово, но мы с тобой почти не видимся. Только на лекциях и ещё на собраниях Совета, но там мы говорим о совсем других делах.

Быстрая тень пробегает по её лицу. Словно туча по небу.

- Потом об этом поговорим. У меня сейчас нет времени. Праздник скоро, сам понимаешь.

Она снова выходит из комнаты. У меня не получается придумать, куда.

2. Синяя Башня — 3:0 — Дедушка Ленин

Синяя Башня значит для меня очень много, пусть я никогда в ней и не был. Я почти уверен, что витой росток в середине нашего герба намекает именно на неё.

Синяя Башня - это флигель двухэтажного пансиона, где живут профессора и старшие лаборанты. Он примыкает к нашему кампусу, оставляя только узкую щель, всегда накрытую тенью. Левый угол пансиона, где проходит винтовая лестница, скруглён и надстроен большая иссиня-белой башня с высокими окнами. Не очень высокая, она взлетает в небо, словно ракета и захватывает дух у всякого, кто на неё посмотрит. Ещё на первом курсе я загорелся идеей туда попасть.

Первым препятствием оказались контрольные, из-за которых я целыми вечерами просиживал в библиотеке, тщетно стараясь хоть что-то запомнить. Окна коридора, который вёл к читальному залу, выходили на её сторону и я часто задерживался, чтобы посмотреть на её стройный силуэт на фоне догоравшего закатного неба. И она успокаивала меня, убеждая, что после контрольной времени хватит на всё.

Но это было самообманом. После контрольной оказалось, что весь наш поток должен переехать в другое здание, а здесь будут жить лингвисты и риторы. И даже если выдавался свободный вечер, я про неё забывал, а вспоминал слишком поздно, когда темнота за окном и подушка под головой уже обещают сладкие сновидения.

Но один раз я всё-таки к ней вышел. Нёс вещи в химчистку и решил посмотреть на неё вблизи. Свернул в проход между домами (он оказался на удивление коротким), вышел к подножью и задрал голову.

Никого, ничего. Дверной проём закрыт железной решёткой, прутья в виде расцвётших ромашек. Рядом щель для карточки. Вход только для прислуги и преподавателей.

Я обошёл её по кругу, но так и не увидел ничего, что помогло бы её понять. Даже когда ты в двух шагах, она хранит свою тайну. Как и большинство непостижимых вещей, Синяя Башня видна, как на ладони и всё-таки в неё не пробиться. Чего там - его невозможно даже приблизительно её окинуть взглядом! На любом из ракурсов её что-нибудь загораживает.

Многие науки, которые читали нам в Академии, были ничуть не доступней для понимания, чем Синяя Башня. Возможно, поэтому студенты и не обращали на неё внимания, как не замечали они и тысячи других красот, которых в Академии не мало. Сложно замечать красоту, когда ты завален наукой, и величайшие специалисты в данной области конопатят тебе мозги на четырёх-пяти лекциях в день.

Конечно, Башню не назовёшь самым высоким, заметным или хотя бы прославленным местом Академии. Нет Башни и на карте наших достопримечательностей. У неё даже названия нет - я сам придумал её так назвать.

Но в ней достаточно красоты и загадки, чтобы она стала символом Академии для меня одного. И это продолжалось очень долго, пока я вдруг не заметил, что рядом есть Камрусена. А она прекраснее любой науки и любой башни.

...Странное дело. Скоро начнётся обычная предпраздничная суета, везде развесят гирлянды, а в столовую завезут большие бочки сидра... Но в этом году праздник для меня словно задрапирован серым туманом. Раньше было предвкушение, теперь - чувство, что всё опять повторяется, и будет повторяться год за годом, пока крутится дальше это чёртово колесо времени.

И Жертвоприношение кажется мне теперь неважным, хотя моя роль в нём - это огромная честь и ответственность. Многие до сих пор верят, что без жертвоприношений мир разрушится. Да, Новому Солнцу нужна самая лучшая кровь, иначе оно так и остановится и начнёт убивать землю. Если встанет в зените - будет убивать зноем, если встанет ночью - холодом, а если встанет на закате - сыростью и кознями злобных демонов.

Но даже чудесное Солнце подёрнуто сейчас этой тоскливой и равнодушной дымкой. Оно ведь большое, сильное и горячее, множество веков ползёт оно по небу и насытившись этой весной, оно снова пойдёт по прежнему кругу, уходя всё дальше и дальше от нас и ничуть не приблизив меня к ней.

Камрусена не просто председатель Совета Кампуса. Она - девушка, которая хотела им стать и добилась своего. Теперь она на своём месте и продолжает смотреть вверх, не замечая меня.

...Что и говорить, влюбляться в Камрусену было глупо. Внутри всё горит, кажется, будто душа ободрана до крови. Но - странно. Раньше, пока я не был влюблён, мне никогда не было так хорошо.

Совсем растерянный, я спускаюсь по винтовой лестнице и оказываюсь в Белой Столовой, среди мрамора и деревянных панелей. Уборка в самом разгаре: низкорослый первокурсник Моми, которому ни за что не дашь больше тринадцати, и его бригада, все в фартуках и с подвязанными головами, увлечённо гоняют швабрами по полу пластмассовую крышку от ведра.

- Хай, Отокар!- Моми вытирает лоб и машет мне рукой.

- Как успехи в уборке?

- Три-ноль в нашу пользу.

Воротами для его команды служит стол для преподавателей, а ворота команды противника - тот, что стоит за поворотом основного прохода. Это придаёт игре особую остроту: пасы передают между ножками стульев, а на повороте вспыхивают неожиданные схватки.

Вот Моми прорвался за поворот, обошёл первого из противников и несётся в глубине территории противника. Один из его подопечных следует за ним, а второй присоединяется, перемахнув одним прыжком два сдвинутых стола, и даже не коснувшись расставленных приборов. Сильный упитанный мальчик бросается наперерез, но Моми ловко - он прирождённый фехтовальщик - поддевает его ручкой швабры и горе-нападающий отлетает в сторону, чтобы повиснуть на занавеске и чудом не обрушить карниз. Третий из команды противника пытается ему помешать, а тот, кого он обошёл вначале, пробует достать его шваброй - но сказывается несыгранность и неумелый соперник попадает шваброй прямо по переносице своего товарища. Моми перепрыгивает упавшего противника, ловко проводит крышку по дуге и одним броском посылает её в ворота противника.

Вопль «Гооооол» разлетается между белыми стенами. Четыре-ноль! Ура!! Моми издаёт победоносный вопль и начинает прыгать, потрясая шваброй, как копьём.

3
{"b":"589879","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Пражское кладбище
Месяц в небе. Практические заметки о путях профессионального роста
Скрытые чувства
Я – интроверт. Тихони начинают и выигрывают
World Of Warcraft: Военные преступления
Защита от темных искусств. Путеводитель по миру паранормальных явлений
Первая невеста чернокнижника
Пироговедение. Рецепты праздничной выпечки
Хозяин Черного озера