ЛитМир - Электронная Библиотека

— Давайте закончим этот разговор, — глава ФЭС перебила майора. — Все произошедшее этой ночью останется в этом кабинете. А если вы меня осуждаете, можете обратить в УСБ или СК, никого из вас или сотрудников Зиминой я не сдам.

— Галина Николаевна? — в глазах Тихонова мелькнула обида. — Никто вас не сдаст.

— Я рада, — женщина вновь отвела взгляд. — Почти шесть. Езжайте домой. Я дождусь начало дня и поеду в министерство.

— До свидания, — сотрудники ФЭС один за другим покинули кабинет начальницы. Галина проводила их взглядом и устало прикрыла глаза. Похоже, сегодняшняя ночь стала переломной. На душе была странная смесь удовлетворения, страха, тоски и отчего-то боли. Полковник и сама не заметила, как задремала. Сон был короткий, но тяжелый. Проснувшись с усилившейся головной болью, глава ФЭС проглотила пару таблеток и покинула офис. Ее ждал непростой разговор.

***

— Доброе утро, — замминистра указал на кресло. — У тебя что-то по Зиминой? Чай будешь?

— Не откажусь, — полковник кивнула.

— Ань, принеси нам чаю, — генерал дал указание секретарше. — Слушаю тебя.

— Мы провели тщательную проверку ее отдела, — Галина несколько раз в дороге, представляла себе диалог, но все равно казалось, что замминистра легко раскусит ее обман.

— И? — генерал кивнул секретарше и поставил чашки на стол. — Нашлись подтверждения?

— Нет, — Рогозина покачала головой и сделала глоток из чашки. — Нет, у них есть какие-то недочеты. Есть стукачи. Как в любом другом отделе, но нечего сверхъестественного мы не нашли. Некоторых сотрудников, при желании, можно было бы обвинить в превышении полномочий, но и то лишь по мелочевке. Да, есть мелкие бумажные махинации, но там практически ничего не удастся доказать. А уж тем более привлечь к ответственности Зимину. Кстати говоря, мне пришлось довольно много с ней контактировать, и я пришла к выводу, что ее просто демонизирууют.

— Вот как, — генерал нахмурился. — А с чего бы это?

— Отдел Ирины Сергеевны достаточно лакомый кусочек, — Галина задумчиво отвела взгляд. — Мне кажется, многие хотели бы занять этот пост. Например, Зотов, который, как выяснилось, внебрачный сын начальника московской полиции.

— Ясно, — замминистра кивнул. — Значит, закрываем дело?

— Не вижу необходимости его продолжать, — Галина пожала плечами. — Но если настаиваете.

— Нет, я тебе верю, — мужчина махнул рукой. — Ты сама как?

— Что? — Рогозина подняла на него удивленный взгляд.

— Бледная какая-то, — пояснил генерал. — Все переживаешь из-за своей сотрудницы? Как ее, Валентины?

— Да, — женщина кивнула. — Вчера были похороны. А этот, простите, урод так и остался на свободе.

— Я думаю, кара его настигнет, пусть и не от наших с тобой рук, — генерал откинулся в кресле. — А тебе, честно говоря, не помешало бы отдохнуть. Бери-ка выходной на сегодня и завтра.

— Спасибо, — Галина поднялась. — Тогда я пойду. И спасибо за чай.

— До свидания, мужчина кивнул.

***

Рогозина проснулась в холодном поту. В квартире уже царил полумрак. Сев в кровати, женщина отвела от лица прядь волос. Она не помнила, что ей снилось, но знала, что это был кошмар. Часы оповестили ее о том, что скоро десять. Несколько минут она сидела неподвижно. Вспоминая прошедшую ночь, вспоминая то, как переступила черту. И казалось, убила этим часть себя. Поняв, что больше не уснет, женщина поднялась и начала одеваться. В голову пришла совсем уж неожиданная мысль.

Дом Зиминой ей пришлось поискать. Пока поднималась в лифте, отчего-то мелькнула мысль, что это неправильно. Такая, как Ирина, не должна жить в простом доме. Надавив на кнопку звонка, полковник сделала шаг назад. Сначала осветился кружок глазка, а затем дверь распахнулась, выпуская на темную площадку яркий свет.

— Добрый вечер, Галина, — Зимина пропустила ее в квартиру. Рогозина чуть удивленно огляделась. Небольшая трешка с уютным ремонтом. Женщина мысленно сравнила ее со своей квартирой и поняла, что она на фоне Зиминой, будет выглядеть гораздо большим коррупционером. Зимина стояла, прислонившись к стене, в светлом махровом халате, с темными от влаги волосами и мягкой улыбкой. Если бы Галина сама не видела, как легко эта женщина выстрелила в живого человека, никогда бы не поверила в это. Ирина выглядела живой, теплой, настоящей. В отличии от самой Галины.

— Мам? — из комнаты выглянул подросток. — Здрасьте. Дай денег.

— Ты что, в одном свитере собрался? — Ира перевела взгляд на сына. — Проходите на кухню, — она кивнула Галине. — Надень ветровку.

— Мам, лето! — Саша возмущенно запыхтел.

— Надень, я сказала, — Зимина повысила голос. — Иначе никуда не пойдешь!

— Ладно, — Зимин схватил с вешалки куртку. — Все?

— И будь осторожен, — женщина поправила ворот ветровки. — И не вздумай отключать телефон.

— Хорошо, мам, — сын покорно кивнул и скрылся за дверью.

— Выпить? — Зимина приподняла бровь.

— Да, — Галина поставила на стол коньяк.

— Что, плохо? — Ирина без труда открыла бутылку и разлила алкоголь по бокалам.

— Плохо, — Рогозина кивнула. — Ирина,вот вы…

— Ты, — поправила ее Зимина.

— Ты, — эхом отозвалась глава ФЭС. — Ведь это не первый труп. И не второй. А твои ребята, они…

— Давай выпьем, — Ирина взяла в руки рюмку. — За жизнь, Галина, — с легкой усмешкой. - Так что с моими ребятами?

— Ведь Русакову убила ты, — Галина посмотрела на собеседницу в упор. —А Ткачев, он же был с ней. Как ты можешь работать с ним после этого? Смотреть ему в глаза.

— Он знает, — Ирина вновь наполнила рюмки.

— Как? — Рогозина не ожидала такого ответа. — То есть, он в курсе, что Русакову убила ты?

— Именно, — Зимина кивнула. — Удивлены, что он до сих пор со мной? Знаете, Галина, мы с моими ребятами прошли через такое, чего не пожелаю даже врагу. Мы связаны не только трупами, не только отделом. Мы уже прошли все этапы дружбы, любви, предательства, вражды. Мы, как бы это сказать, единое целое. Вы боитесь, что теряете своих? — Ирина, словно книгу, читала мысли собеседницы. — Думаете, они не примут вашего поступка? Знаете, а нашим первым убийством тоже ведь была месть. Месть за наших друзей, только в отличии от вас, я сразу сказала своим, что собираюсь сделать. И они приняли этот факт. У вас такие же верные друзья. Поверьте мне на слово. Они примут случившееся, дайте им время. И примите это сами.

— Я не могу, — Галина качнула головой. — Это неправильно. Я хочу признаться. Взять все на себя. Я уже сообщила, что не нашла в вашим отделе ничего криминального. Дело закрыто, а вот это убийство, — Рогозина прикрыла лицо рукой, понимая что окончательно запуталась.

— Это тяжело только в первые дни, — Зимина отстранено посмотрела в окно. — Потом пройдет. День, два, вы так же будете ходить на работу. Видеть своих коллег. Будут новые дела, разбирательства, отчеты. Напряжение само сойдет на нет. А увидев семью своей погибшей подруги, увидев ее могилу, вы вдруг поймете, что все было правильно. Это нужно было сделать. Перетерпите, ведь вам есть, ради кого.

— Вы знаете обо мне не меньше, чем я о вас, — Галина усмехнулась. — А если бы я не согласилась? Что тогда?

— Я бы убила вас и вашего начальника, — Зимина пожала плечами.

— Так просто? — Рогозина выпила.

— Да, — Ирина вздохнула. — Зачем что-то усложнять?

— Значит, нужно просто продолжать жить? — Галина с удивлением почувствовала, что напряжение начинает отступать, оставляя лишь хмель и усталость.

— Да, — Ирина кивнула. — Несмотря на то, что жизнь, она — сука еще та!

11
{"b":"589883","o":1}