ЛитМир - Электронная Библиотека

Я вошла в клуб, где наш поток собрался отметить годовщину выпуска. Вздохнув, я оглядела зал, тут же увидев знакомые лица, примелькавшиеся на совместных лекциях, и против воли хмыкнула. Народ, как всегда, разбился на кружки по интересам. Мне не было места на этом празднике жизни. Единственный человек, с которым я имела некое подобие дружественных отношений, еще не пришел, поэтому протиснувшись сквозь праздную толпу, я подошла к стойке и подняла руку, привлекая внимание бармена. Молодой человек улыбнулся, заинтересованно скользя взглядом в вырез моего простенького платьица.

– Две водки, пожалуйста, – на стойку легла фиолетовая купюра с изображением Архангельска.

Парень ухмыльнулся.

– Неожиданный выбор.

– Почему же? – спросила я в ответ, залпом выпивая первую стопку.

Бармен, было, открыл рот, но я перебила его:

– Постой, – разглядывая содержимое второй стопки в свете стробоскопа, проговорила я, – мне кажется, я знаю ответ. Как можно забыть, что бармен – лучший знаток человеческих душ?

– Язва, – улыбнулся он в ответ, оставляя меня ради другого клиента.

Проглотив содержимое стопки, я проследила за ним взглядом: худощавый, темноволосый, с тонкими пальцами и греческим профилем. Глаза, скрытые непослушной челкой, проникали, казалось, глубоко в твою душу, что только подтверждало мою ремарку о его профессии. Фирменная футболка была ему велика, и, мне подумалось, что это признак того, что такая работа – временное явление. Его руки с профессиональной непринужденностью порхали вокруг бутылок с крепким алкоголем, сладкими ликерами и шейкера, разливая по стопкам и бокалам коктейли. Я засмотрелась на это представление, разворачивающееся перед глазами. Правду говорят, бесконечно долго можно смотреть на три вещи: как течет вода, танцует пламя и работает другой человек.

– Эй, снежная королева, тебе повторить? – я киваю.

Мне отчаянно скучно. Макса пока нет, а бармен – так себе собеседник. И дело даже не в том, что он унесет домой приличные чаевые, на танцполе негде яблоку упасть, судя по его прищуру, он попытается вытянуть из меня тайны, делиться которыми я не планирую ни с одной живой душой. Алкоголь, скользя по пищеводу, дарит тепло. Вместе с этим приходит приятная легкость, и я на секунду забываю, кто я. Я почти решаюсь пойти танцевать, чем однозначно шокирую своих однокурсников, привыкших к моей угрюмости, как, вдруг, слышу у самого уха:

– Выпей со мной.

– Разве тебе не надо обслуживать страждущих?

– Моя смена закончилась, – улыбается бармен в ответ. Он старше, чем кажется на первый взгляд, но это не смущает. – Я угощаю.

Я неопределенно пожимаю плечами в ответ.

– Так почему водка? – наполняя очередную стопку, спрашивает он.

Четвертая, считаю я, прежде чем ответить. Я могу позволить себе еще одну, не больше.

– Ты же бармен, ты мне и ответь.

Парень смеется. У него красивая улыбка. Уверена, она пленила не одно сердце, вот только со мной этот номер не пройдет.

– Ты боишься обмана, поэтому выбираешь чистый напиток. Почему именно водка? Не думаю, что у тебя какая-то особенная любовь к горькой, скорее выбор был под настроение, – он замолчал, все так же улыбаясь, а я старалась сохранить лицо непроницаемым. – Вижу, что попал в самую точку.

– Возможно, – осторожно ответила я, не желая признавать его правоту. Я же знала, что эта игра не приведет ни к чему хорошему… Где, в конце концов, Макс?

– Мне не нужны твои секреты, – словно читая мои мысли, проговаривает мой новый знакомый, растягивая слова, облокачиваясь на барную стойку. – Мне просто понравилась блондинка в простом черном платье.

– Спасибо за комплимент, но я в них не нуждаюсь. Я отлично знаю, что вижу в зеркале по утрам.

Обычное мое язвительное настроение, наконец, вернулось. Я пытливо вглядывалась в толпу, тщетно стараясь найти Крылова. Если он не появится в ближайшие полчаса, оставаться здесь дольше не имеет смысла.

– Ты очень красивая, – упорствует парень. – Что привело тебя сюда?

– Видишь беснующуюся толпу бывших студентов? Я одна из них.

Бармен вновь смеется. Не в силах более сохранять серьезное лицо, я вторю ему, понимая всю абсурдность своей фразы. Я далеко не одна из них, и никогда не стану ею.

– Ты мне нравишься. Меня зовут Сергей, – руки, умеющие смешивать в идеальный симбиоз алкоголь и настроение, скользят по моей талии. – Потанцуй со мной.

– Я еще недостаточно пьяна, – улыбаюсь в ответ.

Вера, что с тобой? Откуда эти игривые нотки? Одно слово о твоей красоте, приправленное крепким напитком, и ты растаяла?

– Ой, брось. Не скромничай.

Я фыркаю. В то же время краем глаза замечаю Максима и какую-то девчонку, повисшую у него на шее. Во мне поднимаются негодование и обида, и я, в отместку, утягиваю Сергея в самое сердце толпы, принимая приглашение. Мои руки скользят по его плечам, отмечая внушительные мускулы, скрытые футболкой, а бедра движутся в такт музыке. Я чувствую пальцы мужчины, все еще скользящие по моей талии, словно спрашивающие можно ли спуститься ниже. Едва заметно улыбаюсь и прижимаюсь к бармену спиной, давая разрешение стать ближе. И вот уже его горячее дыхание на моей шее, а руки исследуют тело. Я закрываю глаза, наслаждаясь нечаянной лаской. Мне представляется, что это руки и губы Макса, кажется, что я даже слышу его голос…

– Отвали от нее.

Я замираю в полудвижении, оказываясь неготовой к встрече с гневным взглядом Крылова, но будучи верной себе, дразню его:

– Макс, прекрати. С тобой невесело.

– Слушай, малышка, – Сергей отстраняется, не желая учувствовать в конфликте, – тебе нужно было рассказать мне о своем парне.

– Он не мой парень. Нас и друзьями-то можно назвать с натяжкой.

– Серьезно? – складывает руки на груди Максим. – Сколько ты выпила?

Я не отвечаю.

– Вера. Сколько ты выпила?

Вместо ответа, закатываю глаза, и ухожу с прямой спиной, пресекая дальнейшие расспросы. Я убегаю. Это привычная тактика, ставшая моей второй натурой. Так проще избегать близких отношений, которых я панически боюсь. Оказавшись на улице перед клубом, я обхватываю голые плечи руками. Мысли путаются, выдвигая на первый план лишь одну: как он мог?! Моему раздражению нет предела. Оно заполняет душу, окропляя вроде бы затянувшиеся раны живительной силой злости, извечной спутницы моего давнего знакомого, вскрывая их, как нарывы. Внутри словно беснуется пламя, согревая меня выбросом адреналина. Я на пределе. Хотя, собственно, почему меня так волнует поступок Макса… Кто он для меня? Кем мы, в сущности, являемся друг для друга? Но стоит мне закрыть глаза, я все еще вижу Крылова, обнимающего в ответ ту девушку с совершенно невзрачной внешностью, одетую в вульгарное платье с глубоким декольте и непозволительно короткой юбкой. Зачем было приглашать меня?! Похоже, он неплохо проводил время и так…

И тогда, я с ужасом осознаю, что во мне говорит ревность.

Черт, я позволила ему войти в мою жизнь слишком глубоко.

Я позволила себе мечтать.

– Ненавижу! – кричу, что есть силы, и мой хриплый голос эхом разливается по пустынной улице.

– Ангел? У тебя все хорошо?

Привычное обращение, некстати привязавшееся ко мне после Дня всех Святых, сейчас подобно ножу в сердце. Он смеет произносить это нелепое прозвище?! Я разворачиваюсь на каблуках, готовясь выплюнуть этому красивому ублюдку прямо в лицо все, что я думаю о нем, но читаю в глазах искреннее беспокойство. Моя решимость тут же лопается мыльным пузырем.

– Конечно, – отвечаю, сложив руки на груди и стиснув от досады зубы.

– Почему же ты тогда разговариваешь с эхом, вместо того чтобы наслаждаться праздником?

Я смотрю на мужчину предо мной, а губы невольно расплываются в ухмылке. Он действительно ничего не понимает?

– Зачем ты меня пригласил? – наклоняю я голову. – В качестве кого? Твоей «плюс один»? Друга, чьим доверием ты беззастенчиво пользуешься? Или, – понизив голос до шепота, продолжаю я, – одной из твоих подстилок?

10
{"b":"589884","o":1}