ЛитМир - Электронная Библиотека

Снаружи около избушки — бочка с водой и кожаный ковш. Я зачерпнул полный ковш воды, горячей, как смола в аду, и облил парня. После чего он раздумал помирать и решил вернуться на бренную землю.

Сел на койке и смотрел на меня, ощупывая челюсть. И начал поливать меня самыми грубыми словами, какие только имеются в испанском языке.

— Слушай, гаучо, — сказал я. — Очень жаль, но мне придется огорчить тебя. Ты, брат, попался. Кто-то здесь довольно жестоко обошелся с моим другом, и мне это очень не нравится. Мой тебе совет: давай выкладывай все, что знаешь, иначе я напишу на твоем животе свои инициалы пулями вот из этой штуки. Понял?

Он сказал, да, сэр, хорошо понял, и начал плести какую-то ахинею о том, что он вроде как работает сторожем на гасиенде, присматривает за усадьбой, а сам живет в этой избушке.

На это я заявил, что он паршивый лгун: здесь совсем нет воды — та, которая в бочке, давно протухла; а у коня нет корма. И я посоветовал не морочить мне голову, а лучше поскорее все рассказать, а то я его сейчас на месте пристрелю.

Я спросил его, где он взял пистолет, он ответил: десять дней назад купил его у одного парня в Тортуале.

Он начал ходить взад и вперед по избушке, призывая в свидетели всех святых: он не собирается мне врать, даже если бы за это ему заплатили 100 песо; при этих словах он подошел к двери, быстро вынырнул наружу и помчался к лошади с такой скоростью, как будто ему вслед посылали молнии.

Я тоже выбежал из избушки, прицелился в него и спустил курок, но выстрела не последовало, так как пистолет не был заряжен, а он тем временем подбежал к лошади, развязал веревку, прыгнул на коня и полетел к подножию горы, как будто за ним гнались черти.

Я посмотрел ему вслед и пошел обратно к гасиенде. Пугливый пареньто оказался. Но, может быть, он действительно говорил правду? Если бы он забрал оружие у Пеппера, думаю, что он прихватил бы вместе с ним парочку-другую предметов из обмундирования.

Я вернулся в избушку Педро и буквально накинулся на бутылку текилы. Меня не особенно беспокоит этот парень, который удрал.

Не думаю, чтобы он прихватил каких-нибудь друзей, с которыми бы вернулся опять на гасиенду. Очень хорошо, что он испугался. От страха он не скоро сообразит, что можно со мной сделать.

Я вернулся на гасиенду, прихватив с собой бутылку, долго ходил вокруг, все вынюхивал, нет ли где воды. Наконец-таки нашел. Весьма хитроумный бак был вделан в каменный забор, на одну четверть он был наполнен водой. На вкус она оказалась о'кей.

Я нашел ведерко и кувшин, наполнил их водой и пошел поить коня. Потом привязал его на длинную веревку, чтобы он пошатался в округе; может быть, ему удастся найти что-нибудь пожевать.

После этого уселся в тени забора и решил все спокойно обдумать.

Отличная ночь. Полнолуние, и все предметы вокруг буквально залиты белым светом. Меня что-то разобрало поэтическое настроение, и я вспомнил одну красотку, с которой встречался в 1932 году в Техасе. На вид она была очень симпатичная девочка, одно плохо: очень уж у нее был скверный характер. Она всегда норовила изо всех сил хлопнуть даже вращающейся дверью.

Ох, и сердитая же была! Но и ее один раз ночью я здорово напугал. От испуга сердце у нее подпрыгнуло до самого горла и чуть было не выбило у нее собственные зубы.

Но она меня многому научила. Как-то она сказала мне: в то время как парень сидит где-нибудь в углу, напрягает свой мозг, придумывая какой-нибудь логический выход из создавшегося положения, женщина действует молниеносно и всегда правильно, потому что у нее есть инстинкт.

И один раз она мне чуть не доказала это. Как-то ночью сидел я у ворот, бросал нежные взгляды на комнату, в которой, как я полагал, спит эта милая птичка, и все думал, как бы мне от нее поаккуратней сбежать, пока она не подняла на меня всю округу. А она, оказывается, за домом запихивала в мои сапоги гремучих змей. Хорош бы я был, если бы впопыхах натянул их на себя!

Отсюда вы видите, ребята, что женский инстинкт — это такая вещь, к которой надо относиться с осторожностью. Особенно когда женщина подозревает, что тебе начинают надоедать контуры ее фигуры и ты начинаешь серьезно подумывать, а не подыскать ли тебе что-нибудь более обтекаемое.

Я не собираюсь учить вас, ребята, или читать вам лекции о женщинах, потому что вы, вероятно, сами уже не раз попадали из-за них в беду.

Я только хочу сказать, что 999 парней из тысячи уверены в том, что его красотка — самая милая, самая очаровательная на свете, прелестное бэби, и только тысячный парень, который пока находится в тюрьме, по выходе оттуда не будет верить в эти сказки.

Вообще-то женщины — интересные создания. Да, сэр! Девчонка будет с вами о'кей до тех пор, пока уверена, что вы буквально загипнотизированы ее красотой и ради нее бреетесь три раза в день. Но как только она заберет в голову мысль, что вы собираетесь учинить в отношении нее некоторое свинство, то есть попросту удрать от нее, смею вас уверить, ребята, она так рассвирепеет, что по сравнению с ней сам Вильгельм Завоеватель в полном обмундировании, в кольчуге и со щитом будет выглядеть неженкой, покупающим клубничный пломбир на ежегодном пивном балу сталелитейщиков.

Вот так, прислонившись спиной к забору, потягивая из бутылки текилу и запивая ее водой из кувшина, я задумался о Фернанде. И я решил, что эта бэби, безусловно, обладает женским инстинктом так же, как и огромной дозой логики.

Вы уже, наверное, поняли, ребята, что она и внешне хороша, и голова у нее работает отлично. Я начал припоминать весь наш с ней разговор и подумал, почему это она вдруг решила разыграть со мной трюк с портсигаром, сделанным в виде пистолета-автомата?

Конечно, это может быть просто милая шутка, но, с другой стороны, нужно обладать по меньшей мере довольно странным чувством юмора, чтобы приставлять парню к груди пистолет в тот момент, когда поблизости может оказаться немало желающих пустить в него настоящую пулю.

Но это дело можно рассматривать и под другим углом зрения. Фернанда разыграла этот трюк как раз в тот момент, когда я собирался задать ей целый ряд деловых вопросов, например, в каких местах она бывала с Домингуэсом, что ей известно о Пеппере.

Вы сами отлично понимаете, что когда она направила на меня пистолет, меня всего в дрожь бросило, да и кого не бросит? От испуга у меня все вылетело из головы, и с этого момента Фернанда направила нашу беседу так, как ей самой хотелось. С этой минуты говорила она и приказывала она. Это она говорила, где, по ее мнению, должен быть Педро и где он будет меня искать.

И ей очень хотелось немедленно выпроводить меня сюда, на гасиенду, чтобы меня не застал у нее Педро. Она отлично знала, что нет никаких особых причин, по которым мне не следовало бы встречаться с Педро. У меня ведь есть оружие, и если бы речь зашла о перестрелке, мы с Педро располагали бы в худшем случае равными шансами. Я бы даже сказал больше: я в любой момент могу отстрелить на этом парне штаны из детского 15-миллиметрового Томсона с перламутровой рукояткой.

Больше того. Она выпроводила меня из своего дома с такой поспешностью, что я даже уехал без пушки. Вы помните — вынув свой люгер из-за пазухи, я положил его на стол. Из чего вы можете заключить, что федеральный работник — это такой же человек, как любой другой, и ему свойственно совершать ошибки, и что Марк Антоний был не единственным парнем, который, увлекшись сладкими поцелуями Клеопатры, забыл о деле и не привел в действие свою артиллерию.

Вот так-то!

По-моему, мне теперь все ясно. Фернанде надобно было во что бы то ни стало поскорее выпроводить меня из своей хаты. Она не хотела, чтобы Педро застал меня у нее, но ей необходимо, чтобы я пришел к ней после того, как Педро уйдет, и нужно ей это по одной из двух причин. По какой именно, мне трудно сказать: когда речь идет о женщине, совершенно невозможно угадать, что именно толкает ее на тот или иной поступок.

Первая причина та, что, может быть, она действительно серьезно влюбилась в меня и не может допустить, чтобы Домингуэс убил меня. Может быть, она собиралась спровадить куда-нибудь Педро к тому времени, как я вернусь, чтобы мы могли обо всем договориться, после чего я уеду в Нью-Мехико. А потом, когда у меня будет свободное время, я вызову к себе эту прелестную куколку и мы продолжим наш разговор о любви.

12
{"b":"5900","o":1}