ЛитМир - Электронная Библиотека

Если Хинкс справится с той работой, которую я ему поручил, и если все будет сделано шито-крыто, тогда нам остается только дожидаться весточки от акционерного общества Фернанда-Жоржетта, заплатить им деньги и надеяться, что они честно выполнят свои обязательства в нашей сделке. Только я в это никак не могу поверить. Одна мысль, что эти две красотки способны честно выполнить свои обязательства, заставляет меня буквально лопаться от смеха.

Я расплатился с таксистом у самых ворот Армин Лодж и вошел в сад. Впереди — огромное здание, окруженное кустарником. К входной двери подходила асфальтовая автомобильная дорожка, обвивавшая здание.

Я шел по дорожке. Через некоторое время из кустов вылез парень и сказал: «Доброе утро».

Я сказал ему, что Сай Хинкс — мой приятель.

Он поведал мне:

— Армин Лодж снял и месяца два назад с полной меблировкой через нью-йоркское агентство. Авансом была внесена трехмесячная рента, кроме того, для спокойствия хозяина меблировка была застрахована.

Дом часто посещали различные люди, но редко кто оставался дольше, чем на несколько часов. Соседи и местные торговцы утверждают, что фактически здесь никто не живет.

В местной лавочке ничего не покупают, из города тоже ничего не доставляют и…

— О'кей, приятель, — сказал я ему. — Ты сказал мне все, что я хотел знать. Ты сделал ключи от входной двери? Он сказал «да» и достал их из кармана. Я взял их.

— Теперь давай мотай отсюда, — сказал я. — Я хочу побродить здесь в одиночестве.

— Слушаюсь, сэр, — сказал он.

Но вид у него при этом был слегка разочарованным. Может быть, он надеялся быть свидетелем по крайней мере двух убийств.

Я потопал по автомобильной дорожке к входной двери. Подойдя совсем близко к дому, я решил осторожно обойти стороной, чтобы не стереть следов на гравии.

Прошлая ночь была довольно влажной, и отлично были видны следы шин бьюика, как он подъехал и остановился.

Подойдя к месту, где стояла машина, я увидел следы шагов двух людей: одни мужские копыта, а другие сделаны ножками, обутыми в туфельки на высоком каблучке, вероятно, это следы Жоржетты.

Автомобиль постоял здесь и тронулся дальше. Следы шин привели меня к заднему входу в Армин Лодж.

Здесь машина опять остановилась. От двери к машине вели следы — мужские, но совершенно другой формы, чем первые. Значит, так, Жоржетта и два парня уехали через задние ворота.

Я вернулся к входной двери, отпер ее и вошел. В холле темно, воздух несколько спертый, я чиркнул зажигалку, нашел выключателе включил его и огляделся.

Холл очень большой, отделанный дубовыми панелями, повсюду старинное оружие: классное местечко, только вот почему-то уж очень пахнет жареным луком.

Я прошел по всем комнатам первого этажа. Все они огромные, мебель покрыта белыми чехлами от пыли. В шкафу одной из комнат нашел пустую бутылку из-под бренди, больше ничего интересного.

Я вернулся в холл и поднялся по широкой дубовой лестнице наверх. На втором этаже тоже холл. Дверь в одну из комнат распахнута. Я вошел и зажег свет.

Огромные шторы, мебель опять-таки в чехлах, за исключением нескольких стульев, чехлы с которых валялись тут же на полу. На столе поднос с недоеденными сандвичами, пустая бутылка из-под коннектикутского виски и два грязных стакана.

На подоконнике кипа журналов. Один или два американских, "дин экземпляр «Курортного журнала», английский и с полдюжины французских. На обложке одного из них — фотография дамы, у которой имеется все, что положено, и она очень довольна этим.

Я пошел к двери. По дороге наступил на какой-то твердый предмет, валявшийся под мебельным чехлом. Я приподнял край чехла и увидел там пистолет 22-го калибра. Отличная маленькая игрушка. В обойме все 10 пуль.

Я положил оружие в карман, еще раз посмотрел вокруг. Ничего интересного — обыкновенный дом, как и всякий другой.

Я вышел из ворот, долго слонялся, пока меня не подобрало тащившееся мимо такси. Я вернулся в отель и заказал первоклассный ленч и бутылку отличного вина.

Да, необходимо все обдумать.

После ленча я проспал до самого вечера. В восемь часов встал, принял горячий душ, нарядился в смокинг, который мне отгладил отельный лакей, и спустился в бар.

Чтобы отогнать бациллы гриппа, выпил большой стакан виски, взял такси и поехал в Чарли-бар.

В глубоком раздумье я не спускал глаз с одной дамочки, сидевшей на высоком табурете по другую сторону стойки.

Неплохая куколка! Синий костюм так ладно сшит, будто вмазан в ее фигуру, горжетка из двух чернобурок, белые замшевые перчатки, маленькая шляпка-эгретка с бриллиантовой брошью в виде вопросительного знака и невообразимо высокие каблучки.

На ее губах играла чуть заметная невинная и в то же время печальная улыбка. Если бы она не повторяла двойную порцию виски и не осушала бы ее с такой жадностью, как будто она последний день живет на земле, можно было подумать, что это дочь пастора, случайно заглянувшая узнать, который теперь час.

Едва я успел закончить поверхностный осмотр, как бармен пригласил меня к телефону. «Вас вызывает мистер Хинкс».

Аппарат находился в маленькой комнате сзади бара.

— Слушай, — сказал Сай. — Мне пришлось чертовски потрудиться, пока я вбил разум в головы этих олухов. У меня их здесь семь человек. Вот уже пятый час я убеждаю их согласиться на мое предложение, но они ни с места. Они думают, что это какая-то ловушка, надувательство. И это неудивительно. Они обо всех судят по себе.

— Ну, так что же дальше? — спросил я.

— А вот что, — сказал Сай. — У меня здесь Чарльз и Антонио Грацци, ты, надеюсь, помнишь банковское дело в Оклахома-Сити в 1934 году? Потом Вилли Гил, его кузен Мартеллини — эти двое в 1937 году привлекались в Нью-Йорке за фальшивые акции, Артур Югенхаймер, Джон Пансинелли, он толькй два месяца назад вышел из тюряги и, наконец, последний по счету, но отнюдь не последний по значению Ларви Рилуотер, умнейший парень, помнишь его аферу в Ассоциации западных банков в 1932 году? С тех пор Ларви живет, как герцог. Мне почему-то казалось, что ты вел дело Ассоциации западных банков.

— Ты чертовски прав, — сказал я. — Ну и что же из этого?

— Им что-то не подходит мое предложение, — сказал он. — Ларви у них вроде главаря, и он никак не может поверить нам, не может понять, зачем нам все это понадобилось. Он считает, что дело пахнет жареным.

— Может быть, мне удастся уговорить его? — спросил я.

— О, нет, — сказал Сай. — Но вот жена Ларви сидит сейчас в Чарлибаре и приглядывается к тебе. По-моему, если тебе удастся уломать ее, тогда все они согласятся.

Рилуотер говорит, что эта бэби еще ни разу в жизни не ошибалась ни в одном парне, и если тебе удастся уговорить ее, тогда они все согласятся.

— О'кей, — сказал я. — Разница между парнем, который при попытке поцеловать девчонку получает за это шлепок по морде, и парнем, шествующим по жизни под непрерывный град лобзаний, заключается только в том, как показать товар лицом. Что ж, займемся этим делом. Если только, конечно, я сумею дотянуться до этой дамочки. Видел бы, какие у нее высоченные каблуки.

— Желаю удачи, — сказал он. — Если договоритесь, приезжайте с ней вместе. А я сейчас буду поить эту банду за казенный счет до тех пор, пока ты не приедешь сюда с ней или без нее.

Я сказал «до свидания» и повесил трубку. Когда я заглянул через стеклянные двери в бар, моя красотка заказывала двойной мартини и сигареты.

Я подошел к ней и снял шляпу.

— Миссис Рилуотер, — сказал я:

— Я до того счастлив познакомиться с вами, что вы не представляете себе. Когда я сейчас услышал, что вы — это вы, я был чрезвычайно рад, потому что последние пять минут я буквально пожирал глазами ваши ножки, от чего мое кровяное давление чуть не превысило положенный предел. Разрешите мне угостить вас?

Она осмотрела меня с головы до ног.

— Ах, это вы, мистер Коушн? — сказала она. — Что же, мне давно хотелось познакомиться с вами. Я просто жаждала увидеть грозу всех уважающих себя гангстеров. Конечно, на территории США, — добавила она со значением, но мило. — И, конечно, вы не можете быть опасным в этой стране. Без особых на то документов, выданных правительством Франции.

39
{"b":"5900","o":1}