ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Разрушенный дворец
Пластичность мозга. Потрясающие факты о том, как мысли способны менять структуру и функции нашего мозга
Искусство убивать. Расследует миссис Кристи
Лохматый Коготь
Блондинки тоже в тренде
Милая девочка
Его кровавый проект
Доказательство жизни после смерти
Дети мои

Тогда Пьеррин забросал парня вопросами относительно условий освещения, вольтажа электросети и прочих мелочей, но Делада сказал, ему нечего беспокоиться о деталях, все будет надлежащим образом обеспечено, и когда Пьеррин приедет на место, он найдет там все что надо.

Делада дал 200 франков задатка, сказал, что фотографа своевременно предупредят и записал номер телефона Пьеррина.

О'кей. Сегодня примерно в десять часов утра Делада позвонил по телефону и сказал, что Пьеррин должен быть готовым завтра вечером в 11.30, к нему приедут ребята с грузовиком и трайлером, погрузят все оборудование и отвезут его вместе с самим Пьеррином к месту работы.

Делада предупредил: работы будет очень много, придется прободрствовать всю ночь и Пьеррин вернется домой часов в одиннадцать на следующий день.

Пьеррин сказал о'кей, это его вполне устраивает.

Вот такие-то дела!

Все происходит так, как я предполагал. Если мне повезет, я, кажется, на сей раз окончательно разделаюсь с этой бандой.

Могу прозакладывать свой последний доллар, что Делада

— это не кто иной, как сам Тони Скала, и он собирается сделать именно то, что я и предполагал.

Я принялся за обработку Пьеррина, наплел какие-то сказки, тут же придуманные по ходу разговора, сунул ему еще 500 франков и сказал, что если он все сделает, как я его прошу, он через два дня получит еще две тысячи франков.

Он был согласен. По тому, как сверкали его глаза, когда он принимал деньги, я понял, что он смог бы сфотографировать самого черта, если бы ему предложили гонорар.

Я рассказал ему подробно, что он должен делать, и заставил его повторить все несколько раз до тех пор, пока не вбил основательно ему в голову все, что нужно.

Я попросил показать студию. При осмотре я сделал пару-другую мысленных замечаний относительно кое-каких вещей, затем мы с Саем сели в машину и укатили. Меня призывал Париж!

Когда я вернулся в отель «Веллингтон», мы устроили с Саем Хинксом небольшое совещание. Я уже говорил вам, ребята, что Сай очень умный парень, но я хотел быть абсолютно уверенным, что он совершенно точно представляет себе, как пойдет дело, потому что малейшая оплошность с его стороны может грозить мне чрезвычайно серьезными последствиями. Так что я изрядно потрудился над Саем.

Потом я позвонил Варнею в посольство и предупредил: сейчас к нему приедет Сай, пусть он вручит ему 20 тысяч франков, а также пусть сведет его с морским атташе, чтобы Сай смог у него получить информацию по кое-каким вопросам-.

Он сказал о'кей. Он сделает все, что мне будет угодно.

Сай ушел, а я спустился вниз, заказал себе отличный обед и выпил маленькую бутылку шампанского за свое собственное здоровье. В самом ближайшем будущем, уж точно, оно весьма и весьма пригодится. Зашел в телефонную будку и вызвал Джуанеллу Рилуотер.

— Мне надо поговорить с тобой, детка, примерно через полчаса я буду в, баре Чарли.

Она сказала о'кей и добавила: Ларви уже работает в подвале, как закованный в кандалы узник, и, пожалуй, сейчас она ему не понадобится.

Когда я вошел в бар, Джуанелла уже сидела у стойки на высоком табурете.

По дороге сюда, в такси, затягиваясь сигаретой, я просчитывал, насколько я могу доверяться Джуанелле.

Вам отлично известно, что преступники довольно забавные существа, а их девчонки и того забавнее. От них всего можно ожидать.

Настоящий преступник, так сказать, эксперт-преступник, будь то взломщик или мошенник, всегда несколько свысока смотрит на обыкновенных воришек, не специализировавшихся на каком-нибудь определенном виде преступления. Я знал несколько крупных специалистов — взломщиков сейфов; они никогда бы не уунизили себя общением с обычными воришками.

И еще. Очень часто преступники оказываются своего рода патриотами. Они отнюдь не возражают обокрасть своих соотечественников, или уклониться от уплаты налогов, или совершить еще какое-нибудь подобное преступление, но в девяти случаях из десяти, когда над их родиной нависает опасность национального масштаба, они часто вступают в морские отряды и берутся подорвать вражеские укрепления, и делают это они из чисто патриотических побуждений.

Если вы мне не верите, спросите кого-нибудь знающего, и вам расскажут о батальоне апашей во Франции в период первой мировой войны, когда все до единого парижские мошенники, парни, которым грош цена, в один прекрасный день объединились в батальон и с пением Марсельезы отправились на фронт, одной рукой размахивая национальным флагом, в то время как другая рука не упускала случая почистить подвернувшиеся по пути карманы.

И знали бы вы, как эти ребята дрались! Джуанелла приветствовала меня очаровательной улыбкой.

— Эй, служивый, — сказала она. — Ну, что такое на сей раз? Недоволен нашей работой или просто долго не можешь находиться вдали от моей красивой фигуры? Ну-ка, закажи мне двойного вермута, а на прицеп канадское виски с шерри.

Пока я заказывал, она не спускала с меня глаз. На ней было черное, плотно обтягивающее платье, жакет труакар и черная с белым шляпка. На руках белые лайковые перчатки с черной отделкой на манжетах, а глаза ее сияли, как звезды.

Я уверен, если эта бабенка возьмет себя в руки, уменьшит высоту каблуков на три дюйма и заставит Ларви встать на честный путь, она очень быстро найдет себе и, естественно, ему место в жизни.

— Как дела? — спросил я.

— Отлично, — ответила она. — А тот парень из посольства, Варней, просто прелесть. У него есть основания скорбеть о потерянной юности. Каждый раз, когда ему представлялась возможность взглянуть на мои ножки, он впивался в них таким взглядом, как будто никогда до сих пор не видел ничего подобного.

— А это происходит не только с ним одним, Джуанелла, — сказал я. — Вот, например, я видел на своём веку уйму ножек, но, уверяю тебя, твои ножки особые, и потребуется очень много времени, чтобы я смог рассказать, что я вообще о тебе думаю.

Уверяю тебя, это были бы не очень приличные слова. Кстати, ты, может быть, уже догадалась, зачем я связал тебя с Варнеем? А?

— Ну! — сказала она. — Чтобы мы ни на секунду не забывали: сейчас мы делаем настоящее дело и впервые в жизни работаем на дядю Сема.

Она выпила вермут и принялась за виски. Выловила из стакана пальчиком вишенку и держала её в нескольких дюймах ото рта.

Я подумал, что её губы как раз такого же цвета, как и вишенка.

— Парни работают, как проклятые, — сказала она. — С тем оборудованием, которое достал Варней, они закончат сегодня к семи вечера. Варнею пришла отличная мысль снабдить нас комплектом стальных пластинок. — Она посмотрела на меня. — Это всё, что ты хотел знать?

— Нет, — ответил я. — Я хочу тебя кое о чём допросить. Есть одно личное дело.

Она опустила глазки и слегка передёрнула плечиками.

— Что ж… — начала она. — Но мне придётся сначала всё как следует обдумать. Я уже говорила тебе, Ларви ужасно ревнивый парень. Но, может быть, поскольку ты дал ему эту работу…

— Минуточку, — перебил я, — ты меня не правильно поняла. Да, действительно, это личное дело, но не такое личное, чтобы Ларви пришел в бешенство. Понимаешь?

— Да, — вздохнула она. — Что ж, я знала, мне сегодня придется пережить огромное разочарование. Я видела это сегодня утром в кофейной чашечке. О'кей. Валяй, Лемми, выкладывай, что там тебя грызет?

— Слушай, Джуанелла, — сказал я. — Ты помнишь, в 1932 году кто-то бомбой с часовым механизмом взорвал замки в подвалах 3-го фермерского банка в Уайт-Ривер? Это была отличная работа. Кто-то вложил бомбу с часовым механизмом во внешнюю обшивку подвала, и бомба взорвала замки ровно в 5 часов на другое утро. А без четверти пять кто-то поднял тревогу, что будто в тридцати милях от поселка вспыхнул пожар, и туда были высланы все пожарные машины, а также все пожарники и копы. И пока они там в недоумении топтались на месте, стараясь понять, кто это сыграл с ними такую штуку, бомба, заложенная в подвале банка, сработала, двери открылись, жулики спокойно вошли туда и забрали все наличные деньги, то есть примерно 150 тысяч долларов. Ты помнишь это?

43
{"b":"5900","o":1}