ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

"Дорогая мисс Фериваль!

Мне совершенно необходимо немедленно встретиться с вами. Я обладаю информацией, которая должна заинтересовать мистера Джереми Мероултона. Уделите мне несколько минут.

Ваш С. Кэллаген"

Когда в зале вспыхнул свет, официант отнес записку.

Она смотрелась в зеркало в гримерной, одновременно наблюдая за Кэллагеном, сидевшим в углу комнаты. Тот знал, что за ним наблюдают и оценивают, поэтому придал лицу подобающее выражение и смущенно мял свою шляпу, косясь на крутые линии её бедер.

Наконец Майола повернулась на стуле и улыбнулась.

— Итак, в чем дело, мистер Кэллаген? Что же вы знаете такое важное для мистера Мероултона?

Кэллаген подумал, что голос у неё также хорош, как и все прочее. Английским она владела почти в совершенстве, с едва заметными следами иностранного акцента, который придавал дополнительный шарм.

Он положил шляпу на пол и хрустнул пальцами.

— Я в большом затруднении, мисс Фериваль. Не знаю, правильно ли я поступил, придя сюда для разговора с вами. Но я подумал, что это лучше, чем заявляться в «Шоу Даун» и, к моему великому неудовольствию, оказаться выставленным за дверь.

Она рассмеялась.

— И вы подумали, что лучше использовать шанс, прийти сюда и оказаться, как вы выразились, выставленным из «Крестиков-Ноликов»?

Он тоже хохотнул.

— Возможный вариант. Но, полагаю, не единственный. Я слышал, вы дружны с мистером Джереми, а я твердо знаю, что в деле вроде этого женщина может оказаться чертовски проницательней и сообразительней мужчины.

Она кивнула, взяла с туалетного столика золотую сигаретницу, отложила одну себе и предложила ему. Он взял и прикурил обе.

— Буду с вами совершенно откровенен, мисс Фериваль. Я частный детектив, «Сыскное Агентство Кэллагена» — моя фирма. Так вот: мы ведем некую работу по делу Мероултонов, я действую в первую очередь в интересах мисс Цинтии Мероултон… — Кэллаген заметил, как в её глазах что-то сверкнуло. — И во вторую очередь — мистера Беллами. Мы не смогли предотвратить арест мистера Беллами по обвинению в хранении наркотиков. Но между нами, я уверен, долго держать его не будут, все это обвинение — просто прикрытие. Его подозревают в убийстве, но не сегодня — завтра поймут, что пустились по ложному пути, и выпустят под залог.

Майола кивнула, глубоко затянулась и позволила дыму скользить через алые губы изумительной формы.

— Меня не слишком интересует мистер Беллами и все, что с ним происходит. Но объясните вот что: если перестанут подозревать его, то за кого же возьмутся?

Кэллаген усмехнулся.

— Если не его, то её. Я имею в виду Цинтию. Известно, что они с Беллами были на Линкольн Инн Филдс около 23.00. Не знаю точно времени убийства, но полиция явно полагает, что они замешаны.

Он покончил с сигаретой и закурил следующую.

Цинтия Мероултон пришла ко мне в ночь убийства. Сначала я сам её заподозрил. Но частным детективам за размышления не слишком много платят. Ладно, я полагаю, вы с мистером Джереми читаете газеты и заметили, что полиция пытается найти человека, которого видели той ночью в окрестностях морга на Энзел Стрит.

Ну, я подумал: какого черта кому-то понадобилось слоняться возле морга? И выяснил, что на короткое время тело оставалось без присмотра. Значит, тот тип, которого ищут, стянул с трупа что-то связанное с убийством. Или убийца заплатил ему за это. Дьявольщина, я оказался прав!

Он полез в нагрудный карман и достал письмо, написанное им самим несколько часов назад.

— Прочтите, мисс Фериваль; оно подписано неким типом по имени Сэмми Шейк. Не знаю, кто он такой, но если он знает меня, то я узнаю, кто он, какой бы кличкой он не прикрывался. Прочитайте, и будете знать не меньше меня.

Она прочла письмо. Прочла вначале быстро, потом ещё раз от начала до конца — но уже медленно. Очень медленно. Затем вернула, снова повернулась к зеркалу и длинными белыми пальцами стала поправлять волосы.

— Пять сотен фунтов — большие деньги, мистер Кэллаген, — мягко заметила она.

— Вы правы, но сумма покажется не такой большой, когда Сэмми исполнит обещание и пошлет завещание стряпчему. Ведь никто из Мероултонов тогда не получит ни гроша. На месте Джереми Мероултона я бы не пожалел 500 фунтов, чтобы от него избавиться. И это стало бы хорошим вложением денег.

— Пожалуй, тут я с вами соглашусь. А как насчет вас? Вы это делаете просто из любви к искусству или тоже хотите заработать? Конечно, если Джереми найдет, что стоит заниматься этим любопытным предложением.

Кэллаген кашлянул.

— Так вот, мисс Фериваль. Я рассуждаю следующим образом: так или иначе, по поводу этого дела мне предстоят неприятности с полицией. Я слегка перестарался, защищая интересы мисс Мероултон, а полиция знает меня, как облупленного. Так что лучше всего для меня — получить в руки кругленькую сумму и выйти из игры. Я уже кое-что получил и считаю, что если мистер Джереми заинтересуется предложением Сэмми Шейка, можно сделать так: допустим, мистер Джереми даст мне 250 фунтов ; я уверен, что за эти деньги смогу получить от Сэмми завещание. Конечно, просит он 500, но когда услышит шорох живых бумажек, не устоит.

Кэллаген встал, затушил окурок в пепельнице на туалетном столике и взглянул на хозяйку в зеркало. Она в это же время подняла глаза и их взгляды встретились. В её глазах светилась улыбка.

— Думаю, — продолжал Кэллаген, возвращаясь к своему стулу, — что если я добуду завещание и доставлю его мистеру Джереми, он будет уверен, что получит свою долю наследства. И решит, что я заслужил остальные 250. Тогда я устрою себе небольшие каникулы, и Скотланд Ярд не сможет засыпать меня вопросами насчет мисс Цинтии.

Он умолк, наклонился вперед и подобрал шляпу.

Она развернулась на стуле и взглянула ему в глаза.

— Я встретила Джереми Мероултона в Буэнос-Айресе. Он вел дела с одним испанским джентльменом. Испанец думал, что Джереми — простак, и попытался вести — как вы это называете — двойную игру. Пытался перехитрить Джереми.

Она взяла ещё сигарету и спокойно заявила, глядя на Кэллагена:

— И Джереми его убил.

Кэллаген лишь кивнул.

— Совершенно справедливо. Я ненавижу двурушников. От них одни несчастья.

Майола улыбнулась.

— Отлично, мистер Кэллаген. Пожалуй, вы, письмо и этот Сэмми Шейк меня заинтересовали. Через десять минут у меня ещё один номер, потом я еду в «Шоу Даун». Там небольшая вечеринка. Немного музыки, немного карт…

Она встала и чувственно потянулась.

— Почему бы вам не проехаться со мной, мистер Кэллаген? Возможно, вам с Джереми стоит встретиться и поговорить. Хотите?

Кэллаген, улыбаясь, встал.

— Прекрасно, мисс Фериваль. Просто изумительно. Очень рад посетить ваши Пенаты. Я не был уверен, правильно ли себя виду, теперь вижу, что поступил мудро.

— Кто не рискует, тот не пьет шампанского. Я никогда ни в чем не сомневаюсь. И Джереми тоже. Adios, синьор Кэллаген. Возвращайтесь сюда ровно в час. Обещаю прелестную поездку. На сельских дорогах ночью так тихо и чудно!

Он взял её руку. Пожатие тонких пальцев чуть затянулось.

— Я вернусь, мисс Фериваль. А теперь: adios, синьора.

Кэллаген вошел в телефонную будку в начале Корк Стрит. В ожидании ответа Дарки он посмотрел на часы. 0.40.

Слышно было, как Дарки зевает.

— Эй, Дарки, есть небольшая работа. Пол Мероултон держит офис возле Рассел Сквер. Грин Стрит Игл, 22. Я хочу, чтобы ты завтра туда заглянул. Разнюхай все. Кто за ним присматривает, что за замок на двери. Есть ли черный ход. Возможно, мне захочется завтра ночью туда заглянуть. Ты понял? Отлично. Когда все выяснишь, узнай, где живет Пол. Его домашний адрес. Я позвоню где-то после полудня или вечером. Будь у себя. Никуда не уходи. Понял?

— Понял. Как у тебя дела? Все в порядке?

— Просто превосходно. Я полагаю, через пару дней действительно все будет преотлично… или меня упрячут за решетку… или убьют. Не знаю только, какой выйдет вариант. Пока, Дарки!

26
{"b":"5903","o":1}