ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ну, ты, великий «джимен», как поживаешь? — начал он. — Ты должен признать, я дал тебе в течение нескольких дней отличный отдых. Ну, а как насчет того, чтобы привязать тебя к кормовым перилам? Сейчас отличный холодный вечер, и я с удовольствием послушаю, как ты заскулишь?

— Хватит трепаться, Сальтьерра, — сказал я ему, — хочешь заняться своим грязным делом — валяй. Но только без трепотни, а то у меня от нее уши болят.

— Ах, так? — сказал он. — Продолжаешь грубить? Да? Он сел на вторую койку и закурил сигарету.

— Слушай ты, болван, — сказал он. — Я хочу сделать тебе одно предложение, и если ты достаточно умный парень, так слушай: я полагаю, рано или поздно, но как-нибудь обнаружат, что яхта исчезла, не так Ли? И, вероятно, в связи с этим возникнет целый ряд вопросов.

Я, конечно, надеюсь, что они обнаружат исчезновение яхты не раньше, чем мы закончим свои дела в Англии, погрузим золото на борт и удерем. Но к этому времени, может быть, какому-нибудь парню придет в голову мысль, а куда же собственно делась «Колдунья Атлантики» и тогда всем кораблям будет дан приказ присматриваться, не попадется ли им где-нибудь навстречу это судно. В ход будут пущены рыбачьи, спасательные и сторожевые таможенные суда. Поэтому и нам надо предпринять кое-какие шаги на этот случай.

И вот Карлотта надоумила меня, что некоторые из вас, федеральных шпиков, неплохие радисты. Как насчет тебя, ты знаком с радиотехникой?

— Да, — сказал я. — Я знаком с радиотехникой, ну и что?

— А вот что: если ты хочешь продлить жизнь в своем паршивом каркасе еще дня два, ты можешь это сделать и вот как. Думаю, что послезавтра все уже будет сделано, и золото будет у нас на борту. Как только мы погрузимся, сейчас же дадим тягу подальше от берегов Англии. Вот тутто и выступаешь ты. У тебя, вероятно, есть свой кодированный номер федерального работника? И вот когда мы удерем с золотом, ты будешь внимательно слушать все радиопередачи и сообщать мне обо всем, что услышишь. После чего ты сам пошлешь радиограмму, дашь свой кодированный номер и скажешь, что являешься пленником на нашем корабле и прорвался в радиорубку, воспользовавшись тем, что все перепились до такой степени, что не могут даже стоять на ногах. Потом сообщишь о нашем намерении удрать в Мизантла Вера Круп, и тут же, не дожидаясь дальнейших расспросов, отключишься.

Нет никаких сомнений, что какой-нибудь корабль поймает это твое сообщение, и дня через два соответствующие суда отправятся в Мексиканский залив в погоне за нашей яхтой. И у них получится неплохая морская прогулка. Но только прогулка…

— А вы тем временем удерете совсем в другое место? — сказал я. — Что ж, мне хочется пожить лишних два дня, и я рад, что Карлотте пришла в голову такая великолепная мысль. Мне больше ничего не остается делать. Но что будет со мной после того, как я пошлю эту радиограмму?

— Я застрелю тебя, как самого паршивого копа, — сказал он, — и брошу тебя за борт. Но во всяком случае, это будет быстрая смерть. Или может быть, — добавил он, зевая, — ты предпочитаешь ныряние за кормой с веревкой вокруг пояса?

— Нет, благодарю, Руди, — ответил я. — Я никогда не любил воды. Если ты не возражаешь, я предпочитаю пулю, только смотри, стреляй точно в цель, а то я рассержусь.

— Ты не глупый парень, — заметил Руди. — О'кей. Значит, договорились?

— Одну минуточку, Руди, — сказал я. — Вот я все тут думал. Ты знаешь, я от природы довольно любопытный парень, и мне очень интересно было послушать, как вы собирались украсть золото. Мне кажется, что у вас сойдет все хорошо. Но мне только непонятна одна вещь: каким образом Вилли-Простофиля был связан с вами и за что вы его убили?

Он улыбнулся.

— Значит, тебе это интересно знать? Что ж, убил его я, потому что он слишком много знал. Между прочим, Вилли был совсем не такой уж глупый, как его многие изображали. Это одна причина. А вторая та, что он слишком упорно вертелся около Карлотты, и мне это не нравилось, потому что Карлотта — это моя собственность. Вилли-Простофиля, — продолжал он, смеясь. — — Знаешь, что я тебе скажу? Если бы я не узнал, что Вилли что-то известно, ты бы, может быть, выиграл и это дело. Но, вероятно, кто-то проговорился, Вилли что-то услышал и буквально сгорал от нетерпения донести обо всем куда следует.

Да, он собирался о чем-то донести, но был таким олухом, что написал сначала Карлотте о том, что ему надо с ней серьезно поговорить. Когда я увидел это письмо, я решил, что Вилли нужно как можно скорее убрать с дороги, все равно, знает ли он что-нибудь или не знает, но так будет безопаснее!

Я с удивлением взглянул на него.

— Постой, а разве он не участвовал в этом деле вместе с вами?

Руди в ответ так и заржал.

— Не будь ослом. Кошен, — сказал он, — какие у нас могут быть дела с таким болваном, как он? Он просто вертелся около Карлотты и все!

Моя мысль быстро заработала.

— Хмм, вот какие смешные штуки выкидывает иногда жизнь, — сказал я. — Значит, если бы ты его не убил, он бы рассказал все Мирасу Дункану и мы бы забрали всех вас, как миленьких?

Он кивнул.

— Может быть, и так, коппер, — согласился он. — Во всяком случае, у вас был такой шанс. Какое счастье, что я узнал о его намерениях!

— Значит, ты висел на волоске, Руди? — спросил я. — А теперь скажи мне, когда ты принял решение убить его? Потому что, ведь если бы он прожил еще два часа, все было бы в порядке, твоя песенка была бы спета.

— Ты прав, Кошен, — сказал он. — Я действительно висел на волоске. А узнал я о его намерениях в тот же вечер, только немного раньше, часов в семь, и сразу решил, что нельзя давать ему возможность разговаривать с кем бы то ни было. Он должен получить пулю сегодня же вечером. И я это сделал! А если бы я этого не сделал, может быть, все дело перевернулось бы в обратную сторону, и может быть, вместо тебя, с наручниками на руках сидел бы я.

Я ничего не ответил. Он повертелся около меня еще несколько минут, все злорадствовал и бахвалился, какой он умный, и потом смылся.

Я лежал, смотрел в потолок и все думал, думал, и вдруг понял, что, очевидно, все время приходил к не правильным выводам, потому что до сих пор никак не мог свести концы с концами.

Ведь я думал, что Вилли с самого начала был в деле, но потом он немного перетрусил и решил во всем признаться, а теперь вот Руди говорит, что Вилли не имел никакого отношения к делу о похищении золота, и я не вижу причин, по которым бы Руди мне врал, потому что Вилли уже умер и в скором времени то же будет и со мной.

И оказывается, Руди ничего не знал о намерениях Вилли до семи часов вечера, т.е. до тех пор, пока Карлотта не показала ему письмо Вилли и не сказала, что Вилли что-то известно.

И вдруг меня потрясла колоссальная мысль! Руди заявляет, что убийство Вилли не было заранее запланировано, что он принял это решение внезапно. И вот именно это обстоятельство и навело меня на такую мысль, от которой я чуть не задохнулся, а я не такой парень, который может задохнуться от какого-нибудь пустяка.

Я попытался успокоиться и начал подходить к делу под совершенно новым углом зрения, чем раньше. И поверьте мне, все начало вдруг аккуратненько сходиться, все концы сошлись с концами.

И я понял, насколько гениально было мое решение прийти на борт яхты, если смотреть на этот факт с одной стороны, и насколько глупым оно было, если смотреть на него с другой стороны, хотя все равно сейчас уже я ничего не могу изменить.

Я уже вам рассказывал, что когда я вернулся из Полицейского управления в заведение Джо Мадригала, помните, в ту ночь, когда были убиты Мирас Дункан и Вилли, — мне пришла в голову одна интересная мысль. Эта мысль была совершенно правильной, но она сама по себе ни черта никому не говорила, а вот теперь мне пришла в голову другая мысль, которая вполне согласуется с первой, и если только мне удастся вырваться из моего заточения, я отлично закончу это дело.

Никаких событий не произошло до следующего вечера, когда я вдруг почувствовал, что судно начинает замедлять ход и даже, пожалуй, встало на якорь. Минут через десять после того, как стюард забрал у меня поднос после ужина, дверь отворилась и на пороге показалась Карлотта, улыбаясь во всю свою физиономию. Вид у нее был такой, как будто она нашла миллион долларов и страшно довольна этим.

30
{"b":"5904","o":1}