ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Твое дело кончено. И у тебя не хватило ума заранее предвидеть, что с тобой именно так разделаются. Разве ты не знаешь, как поступают гангстеры с такими парнями, как ты, после того как вас полностью используют.

Он судорожно вздохнул.

— А, заткнись, ты, коппер, — сказал он. — Ты ловкий парень, но ты тоже получишь свое. Я не единственный, кто заработал пулю в этом деле. Они убьют и тебя. Кошен.

— О'кей, парень, — сказал я. — Может быть, и убьют. Что ж, я к этому готов! А вот если не убьют, значит, таково мое счастье. Но могу сказать тебе одно: прежде чем я покончу с этим делом, как следует поцарапаю этих проклятых бандитов. Может быть, дело дойдет и до перестрелки, и я надеюсь, что счастье улыбнется мне и на сей раз я выстрелю первым.

Он застонал и открыл глаза.

— А, чепуха, коппер! Они выстрелят первыми. Ты ничего не знаешь!

— Ерунда. — Слушай, «Хмельной», — продолжал я. — У тебя не так много времени, почему бы нам не перейти к сути дела? Давай выкладывай все откровенно. Тебе так же, как и мне, отлично известно, что происходит. Только, может быть, тебе известно немного более, чем мне, и ты можешь мне помочь. Давай говори… только говори быстрее.

Он опять улыбнулся, на сей раз слабой улыбкой, чуть заметной.

— Не будь дураком, Лемми, — сказал он. Я не буду говорить. Ты меня поймал, но говорить я не буду. Валяй, узнавай все сам, — добавил он совсем заплетающимся языком.

Я наклонился к нему совсем близко.

— Слушай, ты, парень, — сказал я ему. — Кто это тебя угостил? Ну, давай, скорее говори, кто в тебя стрелял? Он открыл наполовину остекленевшие глаза.

— Она… — прошептал он. — Эта проклятая Карлотта… «Ядовитый плющ»… это…

Он умер.

Я закрыл ему глаза и встал. У меня было такое чувство, как будто меня мордой сунули в распоротую подушку. Ах, так значит, Карлотта была здесь, и это она убила парня…

Черт возьми! Меня буквально охватил столбняк. На несколько секунд, а потом я даже присвистнул от поразившей меня мысли. Я выбежал из гаража, включил машину, выгнал ее на шоссе и нажал на все педали, как будто за мной гнались все черти ада.

И я все время прислушивался, нет ли радиосообщения от полиции Саутгемптона. И, наконец, послышалось извещение, которое прозвучало для меня, как самая божественная на свете музыка.

— Вызывает полиция Саутгемптона, — услышал я. — Серый кадиллак прошел вниз по Ботлей Род десять минут тому назад. Машина движется в крайне странной манере. Сначала миль пять на полной скорости, потом, на протяжении двух-трех миль со скоростью не больше 15 миль в час, потом снова скорость увеличивается до 50 и т.д.

Сейчас машина идет ровным ходом со скоростью 25 миль в час .

Я поднажал на акселератор и свистнул. Я все понял! Наконец-то я все понял. Все это время ходил вокруг да около, а теперь все понял. И также понял, что я самый безнадежный олух, который когда-либо подписывал контракт на работу в качестве детектива.

Я давал все время не меньше семидесяти миль, и поскольку дорога мне была совсем не знакома, я раза два чуть не перевернулся, учитывая, что в Англии левостороннее движение, к которому я совсем не привык.

И вскоре я начал догонять. Вдали показались задние сигнальные огоньки машины, за которой я так бешено гнался, огоньки серого кадиллака. Я догнал машину и пошел вслед за ней, с одинаковой с нею скоростью. Серый кадиллак примерно в полмили от меня сделал левый поворот, и тут с одной из боковых дорог выехала полицейская машина.

Я затормозил. Это был Херрик.

— Ну как, бэби? — спросил я его. — Кажется, я прав? Ну-ка, держись за мной, только не подъезжай слишком близко, и если я куда-нибудь заверну, держись спокойно. Вообще никуда не вылезай до тех пор, пока я тебя не попрошу.

Он улыбнулся.

— Что ж, хорошо, Лемми, — сказал он. — Командуй. Это ведь твой парад.

Я снова нажал. Повернув налево, я увидел впереди себя на том же расстоянии серый кадиллак. Он замедлил ход. Я тоже. Затем кадиллак сошел с дороги и поехал между деревьями к какому-то дому, стоявшему в парке, примерно в четверти мили от главного шоссе.

Я проехал по шоссе еще с четверть мили, потом свернул на траву и постарался, осторожно пробираясь между деревьями, приблизиться к дому. Я вылез из машины. В 20 — 30 ярдах от меня за поворотом стоял серый кадиллак с потушенными фарами. Я подошел к кадиллаку. В машине никого нет, только на заднем сиденье лежит дамская перчатка. Я взял ее и сразу узнал запах духов. Это перчатка Карлотты, точно такой же запах был в уборной Карлотты, когда я искал там смокинг Руди в заведении Джо Мадригала.

Я улыбнулся.

— На сей раз я тебя поймал, «Ядовитый плющ», — сказал я.

Я обыскал машину, насколько это было возможно в темноте, обшарил все, что можно, но больше ничего не нашел. Вернулся я к своей машине, устроил совещание сам с собой и решил, что сейчас нужно действовать как можно быстрее.

Но я очень беспокоился, потому что затеял сразу два или три дела одновременно.

Прежде всего мне нужно найти золото, потому что именно за эту работу мне платят жалованье, и в то же время мне хочется как можно скорее распутаться в деле Карлотты.

Я страшно досадовал на себя, что не обыскал «Хмельного» перед тем, как уйти из гаража, и не потому, что кто-то после меня мог это сделать, а просто потому, что теперь мне придется для этой цели вернуться туда, а это значит потерять какое-то время, а время сейчас так дорого.

Я сел в машину, развернулся и поехал обратно к гаражу. Луна своим волшебным светом освещала роскошный английский пейзаж. Как только я выехал на шоссе, я погнал, как сумасшедший. И пока я гнал, я все время думал о Карлотте и о том, как она ловко придумала, выбежав из гаража, заставить парня Руди, сидевшего в машине за рулем, особым способом вести машину. Я думаю, она это проделывала для того, чтобы привлечь мое внимание к какому-то определенному дому, где меня, вероятно, ожидает жаркая встреча с неким комитетом, который с радостью наполнит меня свинцом до такой степени, что я утону в любом водоеме, даже если буду при этом одет в пробковый костюм.

Надо отдать справедливость Карлотте, у дамочки железные нервы!

Но я пока что там у них не покажусь. Я не поеду туда до тех пор, пока не закончу два-три дела, потому что уже заключил пари сам с собой.

Я вернулся в гараж, поставил машину у входа и вошел в помещение. Сначала я посветил немного, чтобы посмотреть, не болтается ли там ктонибудь в ожидании меня с целью тут на месте пристрелить, — и только потом вошел.

Я пошел прямо к тому месту, где оставил «Хмельного». Лунный свет к этому времени несколько переместился, и «Хмельной» был теперь в темноте.

Я снова включил фонарик. «Хмельной» все еще полулежал, привалившись к стене у спуска сверху, где я его оставил, и мне показалось, что он все еще улыбается несколько загадочной улыбкой, предоставляя мне возможность самому распутывать все дело.

Я подошел к нему, обыскал одежду, подкладку его пиджака и вообще всего обыскал. Поднял шляпу, которая упала, когда он споткнулся, подпорол на ней подкладку, но ничего не нашел.

Кажется, моя поездка будет напрасной, но все-таки, может быть, мне удастся найти что-нибудь наверху.

Я поднялся на второй этаж, все время освещая дорогу фонариком. Поднялся и на третий этаж. Там было темно и сыро. В углу стоит скамейка, и на ней что-то лежит. Я подошел поближе. Это оказалось парой перчаток, совершенно новеньких.

Я внимательно осмотрел перчатки. Эти перчатки были приобретены не для носки, а для того, чтобы не оставлять отпечатков пальцев. Они совсем новые, и когда я их вывернул, чуть не подпрыгнул от радости, потому что там была этикетка фирмы: Грине, мужские костюмы. Рамсей.

Может быть, это поможет мне найти то, что я ищу.

Я быстро спустился вниз, вышел из гаража и сел в машину. Доехал до поворота, на котором стоял указательный столб «На Рамсей», и повернул на эту дорогу.

Я не встретил ни одной полицейской машины, да у меня и не было особого желания встречаться с ними, потому что я считаю, что если Херрик делает то, что я его просил, он сейчас находится около того места, куда меня своим великолепным трюком привела Карлотта, и он останется там до тех пор, пока я ему не скажу. Может быть, я большой дурак, что действую в одиночку, но вы уже, вероятно, заметили, ребята, что я вообще привык работать в одиночку, и меня всегда бросает в дрожь, когда при выполнении какого-нибудь задания мне приходится работать бок о бок с полицейскими шпиками.

38
{"b":"5904","o":1}