ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Не успел я закурить сигарету, как телефон снова зазвонил.

– Мистер Крейн.

Голос уже был взволнованный.

– Да. Я уже, как раз, выходил. В чем дело?

– Будьте добры подождать, когда посланная за вами машина приедет. Мистер Джексон хотел поговорить с вами.

– Приятно обрадован, крошка, – сказал я, – но как раз сейчас я не в настроении разговаривать с мистером Джексоном. Еще очень рано, – и я повесил трубку.

Покуривая, я подождал еще. Моя игра была наверняка. Я помнил эту фразу: «Миссис Эссекс благодарна вам». Через минуту телефон снова зазвонил.

– Мистер Крейн, не кладите, пожалуйста, трубку. – Голос стал уже умоляющим. – Это миссис Эссекс хочет повидаться с вами.

– Почему же вы не сказали этого раньше?

– Это миссис Эссекс спрашивала вас. Будьте добры, подождите машину.

– Хорошо, я подожду. – Я сделал паузу и продолжал:

– И послушай, крошка, в следующий раз, если будешь приказывать мне, то ничего не получится, так как я не люблю такой тон, – и я опустил трубку.

Через десять минут машина Джексона притормозила около моего дома. Шофер-негр, кланяясь и улыбаясь, распахнул мне дверцу. Я уселся, и мы поехали.

Часовые у выхода с аэродрома приветствовали меня. Машина выехала с аэродрома и в объезд города поехала между холмами. И я опять думал об этой женщине.

Да… все это мечты, но жизнь была бы так скучна без них, они были всегда источником волнений и безумств.

Мы подъехали к воротам поместья Эссекса. Два охранника в зеленоватой форме распахнули ворота. Четверть мили мы ехали по саду с зелеными лужайками, клумбами цветов и рядами роз по обочине дорожки.

Машина подъехала к парадному входу, сверкающему стеклом и металлом. Полный седоватый слуга-англичанин стоял на ступеньках, ожидая меня. Он улыбнулся. Так могут улыбаться только старые английские слуги в богатых домах.

– Добро пожаловать, мистер Крейн.

Я последовал за ним по широкому коридору, стены которого были украшены картинами, наверно, известных мастеров.

Наконец, через двойные стеклянные двери мы вошли во внутренний дворик, прикрытый крышей из голубого стекла. Дворик был усеян цветами, орхидеями, в центре находился мраморный бассейн, в середине которого бил фонтанчик, а в воде плавали тропические рыбки.

И на фоне этой роскоши я увидел ее.

Она лежала на кушетке с колесиками. Вис Джексон сидел рядом с ней, держа в руке бокал с вином.

Когда я вошел во дворик, Джексон тяжело поднялся на ноги.

– Входите, входите, мистер Крейн, – сказал он, состроив кислую улыбку.

Я заметил, что он снова называет меня мистер. Он повернулся к ней.

– Вы уже встречались, миссис Эссекс. Я не буду представлять вас друг другу.

Она взглянула на меня и протянула руку. Я двинулся вперед и пожал ее горячую и твердую руку.

– Вы себя хорошо чувствуете? – спросил я.

– Спасибо. Не так уж и плохо. – Ее синие глаза осматривали меня. И опять я решил, что в мире нет более очаровательной, сексуальной и восхитительной женщины. – Это было просто падение. – Она улыбнулась и показала мне на кресло рядом с кушеткой. – Садитесь, мистер Крейн.

Как только я присел, как появился японец в белой одежде.

– Выпьете что-нибудь, мистер Крейн? – спросил Джексон.

– Кока-колу с перцем.

Они оба уставились на меня. Я выдумал этот напиток еще по дороге сюда.

Миссис Эссекс рассмеялась.

– Я никогда не слыхала о такой смеси.

– В это время дня это мне подойдет, так как вчера я здорово нагрузился.

Немного подождав, японец ушел.

Джексон двинулся к своему креслу, но остановился по жесту миссис Эссекс.

– Хорошо, Джексон, – сказала она. – Я уверена, что у вас еще масса работы сегодня.

– Да, миссис Эссекс, – и, не глядя на меня, он исчез.

– Мне не нравятся толстяки, – заметила она. – А вам?

– Ну, у него постный и голодный взгляд, – ответил я. – Я предпочитаю лучше толстяков, чем людей с таким лицом. Она кивнула.

– Кажется, это из Шекспира?

– Я был на природе, в десяти милях от Сайгона три года. Парень, которого разорвало шрапнелью и место которого я занял, имел все пьесы Шекспира и альбом с фотографиями. Все свободное свое время я читал эти пьесы и смотрел фото.

– И что вы предпочитали?

– Фото быстро потеряли всякий интерес, но старый бард нравился мне.

Пришел японец с запотевшим стаканом кока-колы и поставил его на стол рядом со мной, осторожно, как будто это была бомба. Он отошел и остановился, ожидая.

– Вам это нравится? – спросила она.

– Великолепно. Правда, я не пробовал, это была просто шутка.

Она шевельнула пальцем, и японец исчез. Этот жест мне очень нравился. Но, может быть, когда-то она шевельнет пальцем, и я исчезну тоже.

– Шутка?

– Просто старался держаться независимо… среди всей этой роскоши… да и это обескуражило Джексона. Она посмотрела на меня и рассмеялась.

– Мне это нравится. Особенно, какой у него был вид. Я достал смятую пачку сигарет.

– Может, вы закурите одну из них или предпочитаете оправленные в золото?

– Я не курю. – Она замолчала и продолжала:

– Мне вы кажетесь довольно оригинальным, мистер Крейн. Я закурил.

– Очень рад. Но, уже если мы обмениваемся комплиментами, то, можно я скажу, что вы самая восхитительная женщина, каких я видел.

Мы обменялись взглядами и она немного приподняла брови.

– Спасибо… и спасибо вам за возращение Борджии. Ни один из этих глупцов на аэродроме не подумал поискать ее. Я не верю, что вы не ездите на лошадях. Как вы держали лошадь, то так могут держать только наездники.

– Это была просто еще одна шутка… – улыбнулся я. – Я люблю шутить, миссис Эссекс. Около Сайгона я проводил много времени, катаясь верхом, когда не обслуживал самолеты.

– Ну и, конечно, если вы не читали Шекспира и не рассматривали красоток на фотографиях.

– Правильно.

– Хотели бы вы работать на нас? – Вопрос прозвучал очень неожиданно.

Но я подготовился к нему и имел ответ.

– Что вы подразумеваете под словом «нас»? Она нахмурилась.

– Фирму Эссекс, конечно!

– Это значит работать у мистера Джексона? Неужели вы думаете, что я смогу работать у него? Это ей не понравилось.

– Я попросила Джексона поискать вам возможность работы по специальности. – Она посмотрела в сторону. – Он думает, что это тяжело будет устроить, но он всегда жалуется на трудности.

– Могу вообразить. – Она была снова обескуражена, и я опять улыбался ей. – Я понимаю, что это большая честь для меня, миссис Эссекс, особенно, если вы просите об этом. Ведь я только нашел вашу лошадь, но если здесь найдется работа для меня… – Она шевельнулась. – В общем, мне надо поговорить с полковником Одеоном. Честно, мне совсем не хочется работать у мистера Джексона. – Я поднялся на ноги. – Спасибо вам большое за гостеприимство. Теперь, если вы сделаете свой любимый жест пальчиком, я исчезну, как и все остальные.

Она уставилась на меня и внезапно, по ее глазам, я понял, что она хочет немного ближе познакомиться со мной. Многих женщин мне пришлось повидать в своей жизни, и этот взгляд был мне отлично знаком. Я с трудом поверил в это, но он уже исчез, как зеленый свет на светофоре сменяется красным.

– Прощайте, мистер Крейн.

– Пока. – Помолчав, я поглядел в ее синие глаза:

– Мне это не поможет, но факт есть факт, я сейчас смотрю на самую восхитительную женщину в мире.

И, сделав это последнее замечание, я удалился.

* * *

Вернувшись к себе, я не увидел, как предполагал, Берни Олсона, и даже не было никакой записки.

Было уже тринадцать часов. Пора было поесть. Позвонив в буфет, я попросил принести что-нибудь.

– Дежурное блюдо великолепно сегодня, мистер Крейн: молоденький барашек с гарниром. Послать вам?

Я согласился и повесил трубку.

По пути на аэродром я думал о миссис Эссекс. Ошибся ли я в том зазывном выражении ее глаз или нет? Может и нет, хотя женщину с таким положением вряд ли могло привлечь к такому парню, как я. Но даже если это и так, то какое это имеет значение? Такая женщина не будет рисковать своим положением ради меня. Может она и подумала о чем-то, но решиться на какие-либо действия она не сможет. И все же она потрясла меня. Кажется, я согласен был отдать пару лет жизни за одну ночь с ней и, наверно, эти наслаждения я никогда бы не забыл.

10
{"b":"5907","o":1}