ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Эйб подозрительно нахмурился.

– Что еще?

– Марте нужна какая-нибудь побрякушка… браслет или часы. Что-нибудь позаметнее. Только на время. Это понадобится ей для дела. Помнишь, ты обещал…

– Иногда мне кажется, что у меня голова не в порядке, – сказал Эйб, но все-таки отпер ящик стола и вынул продолговатый плоский футляр. – С возвратом, Генри… без фокусов.

Шелли открыл футляр и стал с одобрением рассматривать платиновый браслет с бриллиантами.

– Не будь таким недоверчивым, Эйб. В конце концов, ты и себе перестанешь доверять. – Он спрятал футляр в карман. – Очень даже ничего. Сколько он стоит?

– Восемнадцать тысяч. Мне нужна расписка. – Эйб нашел лист бумаги, быстро нацарапал расписку и подвинул ее через стол.

Шелли подписал и встал.

– Поеду знакомиться с Джонни Робинсом, – сказал он.

– Я не связался бы с этим делом, – сказал Эйб, глядя на него снизу вверх, – если бы не Марта его организовала. У этой бочки сала есть мозги.

Шелли кивнул.

– Да, Эйб, есть. И еще какие!

– Вам надо иметь в виду, мистер, одну вещь, – сказал мне Эл Барни, когда бармен в пятый раз принес ему виски. – У меня есть склонность немного расцвечивать свои истории. Знай я грамматику, сам бы писал книжки… если бы умел писать. Так что придется мириться с моими поэтическими вольностями. Может быть, то, о чем я рассказываю, происходило иначе… только поймите меня правильно, я говорю о мелочах, о живописных деталях… когда сидишь вот так со стаканом пива в руках, появляется охота дать воображению порезвиться. – Он почесал необъятный живот и взглянул на меня. – По-другому-то мне резвиться не приходится.

– Давайте дальше, – сказал я. – Я слушаю.

– Итак, мистер, мы вывели на сцену Эйба Шулмана и Генри Шелли, а теперь пора познакомиться с Мартой Шелли. Она сошлась с Генри, когда ее выпустили из тюрьмы. Только не воображайте, будто они поженились. Она знала его как одного из ловких аферистов, а он ее – как одну из искуснейших воровок. Но заметьте себе – сама она никогда не воровала. Она организовывала кражи. Марта была до того жирна, что вряд ли сумела бы украсть соску у младенца, но голова у нее работала отлично, и Генри оценил это качество. В ту пору она только что вышла из тюрьмы после пятилетней отсидки. Для такой женщины, как Марта, было настоящей пыткой попасть в тюрьму – ведь она жила ради еды, а вы можете себе представить, какой дрянью ее кормили в тюрьме. Она похудела на восемнадцать фунтов и дала себе клятву больше никогда, повторяю – никогда, туда не возвращаться. Она познакомилась с Генри в каком-то дешевом отеле. Встреча произошла случайно. Она слышала о нем, он слышал о ней. У Марты возникла идея, которую она обдумала со всех сторон, пока сидела в камере. По внезапному вдохновению она решила предложить Генри участвовать в этом деле. Он выслушал ее и увлекся ее замыслом. Они решили, что при осуществлении плана им не обойтись без Эйба Шулмана: тот мог обратить добычу в деньги, а их только наличные и интересовали. У Марты была молодая племянница, и она считала, что та им пригодится. Но кроме племянницы требовался еще молодой человек. Отец девушки – брат Марты – любил Верди: знаете, это тот малый, который сочинял оперы. Он как раз вернулся домой после одной из этих дурацких опер, когда родилась дочь. Он назвал ее Джильдой.

– Риголетто, – сказал я.

Эл безразлично посмотрел на меня, почесал брюхо и опять приложился к пиву.

– Ну, не знаю. В общем, в конце концов, девушка стала выступать на трапеции в одном захудалом цирке. Ее не устраивала тамошняя плата, и когда у вышедшей на свободу Марты появилась мысль использовать Джильду, та охотно согласилась. Акробат может быть очень кстати для работы на верхних этажах. – Эл помолчал, разглядывая свой стакан, затем продолжал: – Я хочу обрисовать вам Марту. Она была, пожалуй, самой толстой женщиной, какую мне довелось видеть. Тут насмотришься на сало, когда понаедут старые коровы из Нью-Йорка, но с Мартой их сравнить было нельзя. Марта непрерывно ела… если она не орудовала ножом и вилкой, то нажиралась конфетами и булочками с кремом. Я полагаю, она весила никак не меньше двухсот восьмидесяти фунтов. Она была низенькая, квадратная, светловолосая. В момент знакомства с Генри ей было около пятидесяти четырех. У нее было больше мозгов в мизинце, чем у Генри во всей голове. Она задумала эту грандиозную операцию и сама ее организовала. Ей же пришло в голову попросить Эйба найти еще одного исполнителя. Эйб имел связи в других городах, а Марта боялась, как бы о ее замысле не узнали местные гангстеры. Случись им что-нибудь пронюхать, и они тоже вмешались бы в игру. Марта умела беречь деньги – не то что Генри – и потому смогла взять на себя финансирование операции. Она не сказала Генри, каким капиталом располагает. Фактически она имела около двадцати тысяч долларов и теперь решила не скупиться на расходы на дело. Марта сняла трехкомнатный номер в отеле «Плаза» на Бэйшор-Драйв, не очень роскошный, но хороший. К нему примыкала терраса на крыше отеля, что пришлось по душе Джильде. По ее мнению, никогда не следовало упускать случай попользоваться комфортом на дармовщину. Генри тоже был доволен: номер соответствовал его мнимому положению в обществе и, опять-таки, ничего ему не стоил.

Пока Генри говорил с Эйбом, Марта сидела под зонтом на террасе, поедая конфеты с мятной начинкой, а Джильда, совершенно голая, загорала на лежаке… Марта Шелли, более известная в преступном мире как «Толстуха Гаммрич», запустила два толстых пальца в коробку и извлекла конфету. Прежде чем отправить ее в рот, она полюбовалась ею.

– Прикройся, девочка, – сказала она, глядя на голую загорелую спину Джильды. – Генри может войти в любой момент… что он подумает?

Джильда, лежавшая на животе, положив голову на руки, задрала в воздух длинные красивые ноги и напрягла поджарые ягодицы. Она захихикала.

– Я знаю, что он подумает, – сказала она. – Да какая разница? Старый козел давно с этим покончил.

– Мужчина никогда с этим не кончает, по крайней мере, в мыслях, – возразила Марта. – Надень что-нибудь!

Джильда перевернулась на спину, закинула ногу на ногу и стала смотреть сквозь солнечные очки в ослепительно-голубое небо.

Ей исполнилось двадцать пять лет. У нее были густые длинные волосы цвета спелого каштана, большие зеленые глаза, окаймленные длинными темными ресницами, и озорное пикантное личико – из тех, на которое всегда оглядываются мужчины. Пусть не красавица в прямом смысле слова, она была достаточно красива, а ее загорелое тело выглядело потрясающе. На нем не было белых следов бикини. Джильда загорала только нагишом.

– Ты слишком много ешь, – заметила она, приподнимая свои конические груди. – Как ты можешь без конца нажираться, час за часом… Фу!

– Речь не обо мне, а о тебе! – рявкнула Марта. – Прикройся! Я не хочу, чтобы Генри смущался. У него старомодные понятия.

Джильда расхохоталась, дрыгая в воздухе длинными ногами.

– Умора! Да старый стервятник поставил мне такой синяк на заднице, какого у меня давно не было. Посмотри… – она повернулась и показала. Марта подавила смешок.

– Ну, может, он не такой уж и старомодный, но ты все же прикройся, лапочка. У меня и так полно забот, не хватало еще, чтобы Генри отбился от рук.

Состроив гримасу, Джильда потянула халатик со стоявшего рядом стула.

– Каких забот? Я думала – все на мази. – Она перебросила халатик через бедра.

– Хочешь? – Марта показала конфету.

– В такую жару? Нет, спасибо! – повернувшись на бок, Джильда настороженно посмотрела на массивную женщину, сидящую под зонтом. – Какие у тебя заботы?

– Никаких, – сказал Генри Шелли, неслышно появившись на террасе. Он с одобрением знатока покосился на ничем не прикрытые груди Джильды. – Совершенно никаких. Эйб все устроил.

К его огорчению, Джильда натянула халатик до подбородка.

– Не пялься на меня, старый развратник! – сказала она.

– Ведь говорится же, что и священнику не возбраняется читать меню в Великий пост, – возразил Генри с лукавой улыбкой.

3
{"b":"5909","o":1}