ЛитМир - Электронная Библиотека

— Агент Малдер, агент Скалли, ФБР, -представился Фокс, протягивая дежурному удостоверения. Тот искоса бросил взгляд на документы. — Мы к Еве-6.

— Все в порядке. Сдайте оружие и распишитесь, — офицер протянул федеральным агентам две коробочки с кругляшами кнопок.

— Что это такое?

— Мы их называем «кнопки паники». Для вызова охраны. Иначе мы не можем пропустить вас в блок, особенно сейчас. У нас тут немного беспокойно, как вы могли заметить.

Минутой позже, шагая по коридору вслед за рослой чернокожей охранницей под приглушенный аккомпанемент безумных криков и воплей, Скалли смерила Малдера испепеляющим взглядом и прошипела:

— Куда ты меня притащил на сей раз, Призрак?

Малдер сделал успокаивающий жест и ответил вполголоса:

. — Подожди, сейчас сама все увидишь…

Они остановились перед камерой с металлической табличкой «Ева-6» на дверях. Охранница протянула федералам по ручному фонарику.

— Зачем это? — вяло полюбопытствовала Скалли.

Женщина поморщилась.

— Если включить верхний свет, — пояснила она, — Ева начинает дико орать. Ее так толком никто и не видел ни разу. — Она подошла к двери и вставила ключ в замок. — Прошу вас. Мы будем ждать за дверью.

На первый взгляд камера казалась пустой. Лучи фонариков скользнули по обшитым пробкой стенам, по легкому стулу из алюминиевых трубок, по краю кровати со свешивающимся до пола покрывалом… В камере пахло сыростью и застарелым потом.

— Эй! — неуверенно позвал Малдер. Скалли опасливо сделала шаг вперед, и луч ее фонаря выхватил из полумрака женщину в смирительной рубашке, забившуюся в угол кровати.

— Я думаю, вы не найдете здесь того, что ищете, — проговорила женщина, безуспешно пытаясь спрятать лицо от света. — Из всех наших тут осталась только я одна…

Скалли подошла ближе и вздрогнула. Если бы не бегающий безумный взгляд, желтые зубы и бледная дряблая кожа лица, Дана под присягой могла бы поклясться, что перед ней не кто иная, — как…

— Салли Кендрик? — с сомнением проговорила Скалли и неуверенно покосилась на Малдера.

Фокс довольно улыбнулся:

— Ну, я же говорил, что эта поездка может дать немало пищи для размышлений!

Женщина на кровати завозилась и села.

— Если вы хотите говорить со мной, велите снять кандалы, — она указала на ножные фиксаторы из сыромятной кожи, сковывающие лодыжки.

— Я полагаю, это на вас надели не без веской причины, — заметил Малдер.

— Безо всякой причины! Я просто-напросто уделила слишком много внимания охраннику, я высосала у него глаз. — Ева хихикнула. — Ну, должна же я как-то оказывать мужчинам знаки внимания! Кстати, вы случайно не хотите проверить меня на IQ? Наверное, :у меня будет где-то под сто шестьдесят. Я была самой умной девочкой в семье…

— Где остальные Адамы и Евы? — спросил Малдер.

— Мы все подвержены суицидальному синдрому. Я единственная, кто остался. Ева-7 скрылась раньше всех, Ева-8 бежала через десять лет…

— Вы — Салли Кендрик? — прервала ее Скалли.

Взгляд женщины стал рассеянным.

— Нет, — проговорила она. — Меня зовут иначе… Но она — это я, а я — это она… Короче, мы все вместе…

— Так это не вы работали в Центре репродуктивной медицины в Сан-Франциско, в восемьдесят пятом году и далее?.. — Скалли все еще не могла поверить.

— В восемьдесят пятом? — лицо Евы дернулось. — Черт возьми! Я уже десять лет сижу вот так вот, связанной. А почему? Я не виновата, что меня создали такой! Но те, кто меня создал, — они что, ответили за это? Ничего подобного — за все страдаю только я одна! Мне не дают умереть только из-за проекта Личфилда. Приходят, берут у меня анализы, тыкают разной гадостью, чтобы понять, что у них Не получилось… Салли знает, что пошло не так Вот смотрите, — Ева-6 заторопилась, у вас сорок шесть хромосом, а у Адамов и у Ев по пятьдесят шесть. У нас лишние хромосомы номер четыре, пять, двенадцать, сорок один шестьдесят два, модифицированные и частично инактивированные, чтобы предотвратить известные генетические болезни. Но кое-что не удалось. Увеличение количества хромосом ведет и к увеличению количества генов. Отсюда — повышенный уровень интеллекта, повышенная выносливость — и повышенная склонность к психозам.

— Самое интересное вы оставили напоследок, не так ли? — хмыкнула Скалли.

— Вы мне не верите? — Ева-6 захихикала. — Напрасно! У меня ведь есть доказательства. Вон, на стене висит фото из моего фамильного альбома…

Скалли отследила направление ее взгляда, направила фонарик туда, куда указывала Ева, и выругалась шепотом. Восемь девочек, похожих друг на друга, словно близнецы, дурачились на большом черно-белом фотоснимке. Девочек, похожих друг на друга — и на детей, до недавнего времени спокойно росших в семьях Симмонсов и Риорданов…

— Мы были очень близки… — пробормотала Ева и всхлипнула. — Да-да, очень близки…

— Итак, — подытожил Малдер, повернувшись к Дайне, — Салли Кёндрик использовала Центр репродуктивной медицины для того, чтобы продолжить эксперименты Личфилда. Она клонировала саму себя.

Дом Риорданов

Округ Марин, штат Калифорния

День шестой

Шестью часами позже и парой сотен километров южнее, в аккуратном коттедже с недавно побеленными стенами, где ничто не напоминало о безумной женщине, вздрагивающей на несуществующем ветру в дальнем конце темной камеры, девочка по фамилии Риордан готовилась лечь спать.

— Господи, храни мою душу. Если я умру не проснувшись, Господи, забери мою душу к себе. Позаботься о бабушке и дедушке, об Ирме и ее папе, благослови нас и, пожалуйста, позаботься о папе на небесах… : — Ты такая необычная девочка, Синди… — Миссис Риордан склонилась над дочкой и поцеловала ее в лоб. Глаза миссис Риордан подозрительно заблестели. — Спокойной ночи, дорогая…

Щелкнул выключатель, и комната погрузилась в темноту.

Малдер, сидящий за рулем машины, припаркованной через улицу от коттеджа Риорданов, отправил в рот пригоршню семечек и проговорил:

— Если Ева-6 не врет, то сейчас на свободе еще две Евы. Вот почему два идентичных убийства произошли одновременно в двух удаленных друг от друга местах. У Салли Кёндрик есть сообщница — она сама.

— Пока я не узнала о Евах, я чуть было не начала подозревать девочек, — охотно откликнулась Скалли.

Ведение наружного наблюдения — работа не из легких. Можно сказать, не работа, а искусство. Прятаться от чужого взгляда, оставаясь невидимым посреди самой безлюдной улицы, не пропуская незамеченным ни единого движения наблюдаемого объекта, фиксировать (в памяти или на пленку) каждый его шаг и при этом постоянно быть готовым ко всему — к бегству, к драке, к отвлекающему маневру — для этого нужно особое мастерство. Даже вести наблюдение за дорогой к коттеджу и за самим домом — задача для профессионалов. Именно этим и занимались федеральные агенты Скалли и Малдер на протяжении последних трех часов, глотая стакан за стаканом кофе из термосов. Но даже профессионалам, занятым Несомненно важным и нужным делом, не возбраняется при этом испытывать отчаянную скуку.

— Похоже, две оставшиеся Евы расправляются с родителями, чтобы оставить «в семье» Тину и Синди, — сказал Малдер, мужественно борясь с зевком. Ему отчаянно хотелось спать, и только опасения за девочку мешали задремать прямо тут, положив голову на руль.

Скалли направила на темные окна спальни младшей из Риорданов мощный компактный бинокль.

— Ты думаешь, девочки знают, что они собой представляют? — задумчиво спросила она.

— Я надеюсь, что нет, а так… — Малдер пожал плечами.

Скалли промолчала. Прищурившись, она напряженно вглядывалась в темноту за окнами дома. Впрямь ли на втором этаже коттеджа только что промелькнула чья-то тень? Или почудилось? Нет, в спальне Тины Риордан определенно был кто-то посторонний! Дана отшвырнула бинокль.

— Кажется, пора размять ноги, Фокс!

— Я через черный ход! — ожидавший этих слов Малдер выскочил из машины, как чертик из коробки, на ходу вынимая пистолет из поясной кобуры. — Встретимся около детской!

6
{"b":"5923","o":1}