ЛитМир - Электронная Библиотека

– Вдруг Валерка пойдёт по моим стопам? Поработает на славу России? А, мам? Я же в тебя физик, – сказал он тогда, обнимая её.

– Что я? Я простой учитель физики, а ты у меня гений. Не переживай, всё будет в сохранности, только выбрось плохие мысли из головы. Береги себя, – наставляла она сына.

Не смог уберечься. Её единственного сына, Юрочку похоронили в далёкой чужой Москве. А через год невестка вышла замуж за этого слащавого, суетливого с бегающими глазками лучшего друга Геру. Одна радость внук рядом с ней.

Новость о том, что Георгий Ярошенко женился на вдове друга, никого в институте не удивила. Сплетни, паутина невидимого телетайпа любого учреждения, давно витали по институту вокруг дружбы Ярошенко и Колосова. Много чего говорилось, домысливалось, сочинялось о неудавшейся поездке Юрия и о женитьбе лучшего друга на его жене. Но все сходились в одном, что этот учёный – очкарик, тихий интеллигент, не мог убрать с дороги своего лучшего друга. Тем боле и дороги у него никакой не предвиделось. Он не из тех, кто кулаками и ножом расчищает свой путь в науку. Просто счастливчик. Смерть лучшего друга принесла ему удачу.

Ещё через год, когда институт был на грани закрытия, Гере удалось на радость Жанне заключить контракт с американской корпорацией. В чужой далёкий мир Валерия решено было не брать. Оставить сына со своей матерью Жанна тоже не рискнула.

Она устраивала новую жизнь с молодым мужем, и ей было совсем не до внука. Тогда Георгий предложил Жанне оставить парня с её бывшей свекровью, тем более, что мальчик привык к бабушке.

С бабушкой Ниной Михайловной Колосовой в той до американской жизни Валера жил периодами. Первый раз постоянно болеющего мальчика молодые родители оставили на её попечение, когда ему было четыре года. Тогда до школы он с удовольствием заряжался морским пропитанным йодом воздухом, жарясь на палящем южном солнце. В это время бабушка ещё работала в школе, где преподавала физику. Она брала его с собой на уроки. Так Валера привык и полюбил учиться. Но в школу он пошёл уже в Москве. В следующий раз привезли его в Южногорск после окончания второго класса. После убийства отца. Мама вскоре уехала в Штаты, оставив его с бабушкой, на семь лет. И эти годы, проведённые вдвоём с ней, были для него самыми счастливыми в жизни. В Южногорске он доучился до девятого класса. А вот самый последний его приезд в этот город был совсем коротким, но надолго запоминающимся.

На свою судьбу Валерий никогда не жаловался. В его жизни могло сложиться всё гораздо хуже останься он тогда в России. Маму он любил, и она его любила. Но любовь бабушки была совсем другой. С ласковыми словами, интересными рассказами из жизни. С вкусным каким-то необыкновенно неповторимым запахом утреннего бульона из свежих куриных потрошков. Где она доставала эти потрошки и сколько за них платила при всеобщем обнищании людей и пустых прилавках в то перестроечное трудное для всех время, осталось тайной. Но раз в неделю обычно по воскресеньям он просыпался от потрескивания углей в печи и вкусного аромата бульона, с домашней лапшой, витающего по дому.

Так и стал жить Валерий с бабушкой бедно, но дружно. Учился мальчик отлично. Очень был похож на своего отца. Тот тоже учился хорошо, но его школьный дневник краснел от записей и замечаний по поведению. И сын не отставал от отца ни в учёбе, ни в поведении.

– Я думаю, папа был бы рад твоему увлечению физикой, – говорила она внуку, горько вздыхая, вспоминая сына.

Прошло время. Нина Михайловна приучила себя к мысли, что свой век она будет доживать с любимым внуком. Но вдруг, перед выпускными экзаменами за девятый класс, неожиданно вернулась из Штатов Жанна. Она без энтузиазма отнеслась к увлечению сына физикой.

– Поедешь со мной сынок, хватит одного физика в нашей семье. Джон будет очень рад. Джон, мой теперешний муж. Будем вместе делом заниматься, а то также будешь протирать штаны за копейки в институте, как и твой папочка.

Оказалось, Жанна приехала, чтобы развестись с Георгием и забрать сына с собой.

– Что вы, Нина Михайловна, тюфяк он и есть тюфяк. На Герку такие надежды возлагали, а оказалось он сам по себе ничего не стоит. Сразу стало заметно, что при жизни Юры и с его помощью он что-то мог и умел. А сам! Завалил программу, остался гол, как сокол. Теперь в Москве перебивается, как может. Это счастье, что Валерка с вами остался. Чтобы я там делала с ним на руках. Жизнь в Штатах, совсем другое измерение. Юра был бы жив, другое дело! Талант, ум, не прикроешь тряпицей. А Георгий? Когда я ушла от него, то поехала в Калифорнию, – увлечённо рассказывала она бывшей свекрови, – устроилась в бар официанткой. Хозяин Джон сначала с симпатией относился ко мне. А потом смотрю, хоть и в годах мужичок, а хороший, добрый. Через некоторое время мы стали жить вместе. Потом я уговорила его переоборудовать пивнушку в бар-караоке с русскими песнями. Сейчас столько русских приезжает. Не поверите! Так вот, Джон посмотрел, что дела в гору пошли, да и русские женщины, не американки и даже не европейки с их прибамбасами по поводу феминизма. Я всё-таки хозяйственная женщина, да и с местными страхолюдинами не сравнить. И завертелось!

В этом году ресторан открываем. Вот и послал он меня, развестись официально и сына забрать, чтобы семья полная была.

Тщетно Нина Михайловна уговаривала бывшую невестку оставить мальчика.

– Нина Михайловна вы что, хотите, чтобы Валерка в Армию попал? – не отступала невестка, – поступит после школы в институт или нет, ещё вопрос. А вот в Армию заберут, да в Чечню попадёт, это точно.

С этим её доводом пришлось согласиться. Не хотела Нина Михайловна потерять ещё и внука, как потеряла сына. Чеченская война набирала обороты. На том и решили остановиться.

Глава 2

Георгий вернулся из Штатов в самое беспокойное время. Москва гремела от выстрелов по Белому дому, весь центр города превратился в какую-то клоаку кишащую бомжами и беспризорниками, цыганами разных мастей. Через год приехала Жанна. Ей приспичило развестись с ним официально и забрать сына с собой. Гера запил горькую. Не мудрено. Все планы разрушились. Вся жизнь впустую. Мечты рассыпались на мелкие кусочки, как старое зеркало, которое долгое время следило за жизнью своих хозяев. Которое помнило всё и хранило все тайны в своём зазеркалье. А разобьётся такое зеркало, так его никто и никогда не подумает склеить. Наоборот, все стараются быстрее собрать разбросанные кусочки, в каждом из которых одно из воспоминаний и выкинуть подальше на помойку, чтобы не иметь под боком жестокого свидетеля, который своей правдой как осколком поранит сердце до крови.

Иногда Гере казалось, что это Юра из загробной неизведанной жизни так изощрённо ему мстит. Неужели и правда, существуют параллельные миры? А может быть это кара небесная?

Тогда в восемьдесят пятом в стране такое творилось. Пустые прилавки, работы никакой. Все кто мог, уезжали за кордон. А он Георгий после убийства друга, оказавшись в Штатах, куда все стремились попасть не смог прижиться и там.

– Жанка, эта бабёнка с пустой головой и то пристроилась. Да ещё как! Живёт себе припеваючи. Господи и почему я раньше так неистово завидовал Юрию? Он удачливее меня? Талантлив? Жена красавица? Да дура она намалёванная! А был Юрка во всём и всегда первым, потому что воспитание такое. Сначала мама после смерти отца не разнюнилась, а занималась сыном и его научила побеждать. А потом и сам Юрка слыл трудоголиком. А я? А я никому не нужен был в детстве, хотя имелись и отец и мать. Всё в семье было показное, всё всегда сводилось к тому: – А что люди скажут?

Всегда говорилось вслух одно, шёпотом другое. Нет, не я виноват в том, что такой неудачливый. Сложилось бы у меня всё так, как складывалось у Юрки! А с другой стороны, удачливый, а на ножик напоролся и всё, сдулся талант.

Послушав Жанкино щебетанье о её прекрасной жизни в Штатах и, выслушав на прощанье всё, что она думает о нём и о его теперешнем быте, Гера решил последовать её совету и взяться за ум.

3
{"b":"592700","o":1}