ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Только почти добравшись домой, Роберт вдруг вспомнил, что видел этого человека на днях в деревне. Тогда он предположил, что он один из немногих заядлых рыбаков, приезжавших сюда и останавливающихся в рыбацкой гостинице «Тише воды», за пределами деревни. Но рыбаки нечасто практикуют свои навыки на чужих террасах посреди ночи. Роберт погрузился в раздумья на этот счет и лег спать только в час ночи.

Глава IV. Убийство

На следующий день, в субботу, в Килби-Сент-Бенедикт начались богатые на события выходные. Особенно запомнились два происшествия – их в деревне вспоминали еще некоторое время. Первым инцидентом было нападение, учиненное Адрианом Маколеем на капитана Гарри Карью, владельца небольшой загородной гостиницы «Тише воды», расположенной в полумиле от деревни, по дороге в городок-станцию Пондовер. Гостиница была намного больше маленьких деревенских таверн, «Снопа пшеницы» и «Трех голубя», но в то же время намного меньше, чем, например, Карлтон3. Свое название «Тише воды» она получила по той причине, что уже много десятилетий служила известным пристанищем для рыбаков, прибывавших в эту местность, чтобы удить форель в славящейся ею Килби-ривер. Помимо крыши над головой гостиница всегда предоставляла рыбакам и питание. Воскресный ростбиф, седло барашка по средам, горячие ванны в любой день для замерзших и окоченевших спортсменов (если слово «спорт» может быть по праву применено к рыбалке), пунш с виски и главная гордость – терновый джин – привлекали внимание избранных ценителей, предпочитавших реку Килби рекам Тест и Итчен.

Однако за пару десятилетий до нашего повествования, перед войной, гостиница постепенно пришла в упадок. Владельцу, самому некогда бывшему известным рыбаком, в конце концов, опротивело наблюдать за тем, как терновый джин смачивает горло кого угодно, но не его самого. Конечно, чем больше внимания он стал уделять почтенному напитку, тем меньше внимания оставалось на обеспечение удобства гостей и клиентов. Какое-то время казалось, что дурная привычка хозяина, объединившись с еще более не к месту случившейся войной, погубят гостиницу. Но, по счастью, она пережила не только дела арбитражного суда о банкротстве, но и опасность поглощения крупным пивоваренным заводом, который уже завладел «Снопом пшеницы» и «Тремя голубями». И когда в 1924 году бывший рыболов-чемпион, выпив свой последний стакан тернового джина, был похоронен под старыми буками на кладбище Килби-Сент-Бенедикт, гостиницу купил и начал вести в ней дела довольно необычный хозяин. Его звали Карью, капитан Гарри Карью. Он был джентльменом – титул капитана остался за ним со времен войны, это было одно из временных званий, отчего-то переживших перемирие. Новому владельцу гостиницы было около тридцати пяти лет, он был строен, носил небольшие коричневые усы, у него были каштановые волосы и голубые глаза. Его подбородок был из тех, которые невозможно однозначно назвать слабым или сильным. Он охотно объяснял всем свой выбор профессии. По природе он был ленив, и ему была ненавистна идея о том, что нужно борьбой добывать себе кусок хлеба и суетиться. Но он был до того ленив, что сама перспектива ничего не делать также приводила его в ужас: это означало, что каждый день придется думать над тем, чем себя занять, а это почти так же плохо, как и тяжелая работа. Следовательно, идеальной работа для него была та, в которой нет места конкуренции, суете, постоянному стремлению к чему-то новому. К тому же она должна занимать час или два в день, а это время можно рассудительно разделять перерывами на отдых и обеспечить себе приятное занятие на все утро. В итоге он нашел свой идеал во владении небольшой гостиницей, а любезный род­ствен­ник помог ему найти капитал для покупки «Тише воды». Как тогда говорил Гарри Карью, одно только название гостиницы уже стоило этих денег.

С тех пор гостиница «Тише воды» стремительно возвращалась на утраченные позиции. Ванны вновь стали обжигающе горячими, седло барашка – восхитительно нежным, а порции тернового джина увеличились в размерах.

Помимо постоянных клиентов-рыбаков, бывавших в баре днем, по вечерам заведение стали посещать работники ближайших ферм, а также немногие мелкие дворяне, юноши на мотоциклах, коммивояжеры и автомобилисты. Все они знали, что зимой их тут ждут камин и иллюстрированные журналы, а летом всегда найдется лед для коктейлей и виски с содовой.

* * *

Все произошло здесь, в гостинице, когда субботним утром в нее явился Адриан Маколей. В как правило бесцветных глазах на этот раз пылал огонь, а обычно бледные щеки окрасились румянцем. Владелец вышел из своего номера с табличкой «Личная комната» и был мгновенно атакован. К счастью для него, желание Адриана навредить ему не соответствовало возможности сделать это на деле, так что Карью получил всего несколько царапин на лице и удар по голени. Нападавшего с трудом уговорили вернуться домой и остыть.

Это было первое происшествие, взбудоражившее местных сплетников. Они сошлись во мнении, что Карью исключительно хорошо повел себя в столь непростых обстоятельствах, а от этого молодого Адриана можно было ожидать чего-то такого. Он также был поэтом, но совсем иного типа, чем его отец. В его жизни – а ему уже стукнуло двадцать семь – до сих пор не было определенности. У него не было работы, и он не зарабатывал себе на жизнь. Отец пытался отдать его на обучение в Итон4, но быстро понял, что Адриану совсем не подходит система образования, которая механически лепит из учеников необходимое, и забрал его оттуда в возрасте семнадцати лет. Два года в небольшом оксфордском колледже оказались чуть более успешным экспериментом.

Адриан мечтал, грезил и бездельничал в течение шести семестров, практически не соприкасаясь ни с руководством колледжа, ни с другими студентами, ни с образовательной системой вообще. Он писал довольно много стихов, финансировал и редактировал журнал-однодневку, провел короткий, но активный крестовый поход против гончих, убивавших кроликов и зайцев, во время которого один из его активистов, выходец из бомбейского округа, был отчислен из университета за нападение с ножом на сторонника гончих. Также Адриан приобрел репутацию эксцентрика после того, как скупил всех птиц в клетках, которых только смог найти, и выпустил их на свободу, а клетки сжег во дворе колледжа.

Спустя два года его внезапно и резко поразила агорафобия, то есть неприязнь к нахождению среди множества людей. Продав все свое имущество за смехотворную цену, он нанял автомобиль и тут же уехал в Килби-Сент-Бенедикт. Людовик Маколей не без оснований являлся поэтом: он не задал никаких вопросов и не делал никаких предложений. Он просто распорядился, чтобы две комнаты в дальнем конце одного из перестроенных амбаров отвели Адриану и чтобы никто не входил туда и даже не убирал там за исключением одного дня в месяц. Туманными намеками и обтекаемыми фразами он дал понять Адриану, что достаточно богат, чтобы содержать сына, и не намерен как-либо принуждать его высовывать нос за пределы обнесенного стеной сада, если он сам того не хочет.

Так что Адриан огородничал, читал стихи (но только не своего отца), слушал пение птиц да немного играл на скрипке.

Он был бледен, худощав, интеллигентен и выглядел интересным человеком. Он обожал деревню и в особенности всю загородную живность – птиц, кроликов, бабочек и деревья. Мотив его нападения на добродушного и веселого владельца «Тише воды» лучше всего объясняется словами самого Адриана – затаив дыхание, он рассказывал отцу о сути дела:

– Это была прекрасная коричнево-пурпурная бабочка с бледными пятнами на крыльях, а этот человек пришел и убил ее. Вот я и попытался убить его.

Второе событие выходных переполошило не только саму деревню, но и район, и даже другие регионы. Все говорили о том, что около десяти часов утра в понедельник некая деревенская знаменитость, миссис Кители, обнаружила тело Сеймура Перитона в реке Килби.

вернуться

3

Известный лондонский отель тех времен.

вернуться

4

Итонский колледж – частная британская школа для мальчиков.

5
{"b":"593314","o":1}