ЛитМир - Электронная Библиотека

Поскольку «Дэнвилл-отель» находился в прямо противоположном направлении, девушка рассудила, что такая выдумка позволит ей разгадать намерения старой лисы. Если мужчина сделает поворот, значит, она слишком плохо о нем подумала. Если же поедет прямо, следовательно, она правильно его разгадала. Он поехал прямо.

В тот день, когда Хэмиш Шамвей разглядел, что его дочь очень красива, он понял, что, занимаясь ремеслом фокусницы, ей придется жестоко защищаться, если она хочет сохранить свою красоту. И с того дня он начал подробно рассказывать дочери о всех ловушках, которые расставляет жизнь, и способах, как их обойти.

Мира была уверена в том, что правильно поняла намерения Даниэля Вебстера. Он не стал бы выкладывать семь долларов только ради удовольствия возместить убытки ресторану. Рано или поздно, но он попытается возместить свои собственные убытки. Едва только выехали из города, как Вебстер остановил машину и принялся за любовные ухаживания. Мира очень спокойно и с любопытством наблюдала за развитием событий, убеждаясь в правоте отцовского учения о мужском лиходействе. Старик советовал в подобных ситуациях пускать в ход кулаки. Поэтому, когда Вебстер попробовал ее обнять, девушка встретила его решительным и сильным ударом в лицо. Бедняге показалось, что тысяча иголок впились в его мозг. Он чуть не проглотил кусок своей вставной челюсти. Вскрикнув, Вебстер безжизненно свалился на сиденье. Пока он лежал, пребывая в шоке, Мира открыла дверцу и, не слишком взволнованная, побежала через поле. Почувствовав себя в безопасности, она остановилась и только тут обнаружила у себя еще и бумажник Вебстера. Она прихватила его совершенно машинально. Вернуть его явно не было никакой возможности. Вебстер все равно не поверил бы ей. Лучше всего добавить новую добычу к деньгам бедняги Крумма, думалось возвращающейся домой фокуснице. Ночью, в тиши своей комнаты, Мира сосчитала деньги. Их оказалось ровно четыреста семьдесят долларов. Уснуть после такого открытия она не смогла и провела ночь в раздумьях. Мира все еще была погружена в свои мысли, когда первый луч наступающего дня проник сквозь занавески. Благодаря счастливой случайности именно в этот день им предстояло покинуть этот город. Так что Крумму и Вебстеру было нелегко отыскать свою обидчицу. Без особых угрызений совести она спрятала свою первую воровскую добычу и собрала вещи. Через несколько часов Мира была уже на пути к Спрингфилду, где ее отец получил ангажемент.

В течение двух лет Мира еще продолжала работать с родителем, никогда не отказываясь и от краж: это был слишком легкий и слишком заманчивый способ заиметь деньги. И вот однажды она собрала свой чемодан и потихоньку отправилась на вокзал. Лаконичная записка извещала отца, что он не должен беспокоиться о дочери, насчет чего она сама не питала иллюзий: старый Шамвей в гораздо большей степени беспокоился о своем будущем.

Что касается Миры, то у нее на будущее были свои планы. Ее главной мечтой было стать обладательницей «Кадиллака». Она осуществила мечту, потратив на машину тысячу четыреста долларов, чуть ли не все свои наличные деньги. Сев в машину своей мечты, девушка устремилась к югу, оставив позади маленькие, наводящие тоску городишки. Ей уже давно хотелось посмотреть Флориду не только на фотографиях. Туда Мира Шамвей и поехала. Она болталась так в течение двух лет. В промежутках между поездками на автомобиле она время от времени выполняла свой отработанный трюк – и бумажники ее случайных друзей незаметно становились тоньше, служа искусной фокуснице банковским счетом.

Стащив деньги, Мира тут же тратила их, не складывая в чулок, так как чувствовала полную уверенность в себе при любых обстоятельствах, и знала, что в любой момент сможет пополнить запас денег. Ее ловкие пальцы никогда ее не подводили. Кстати, у нее было твердое правило: возвращать на место бумажник, позаимствовав из него несколько купюр. Так что ни у кого не возникало и тени подозрения.

В поисках новых впечатлений Мира добралась почти до Мексики. Дочери Хэмиша Шамвея необходимо было разнообразие, а в настоящий момент именно Мексика могла удовлетворить ее капризы. Девушка оказалась изгнанницей, у нее больше не было семьи, и «Кадиллак» заменял ей домашний очаг.

Когда она покинула кафе Лоренцилло, она решила отправиться в Веракрус. По полутемной дорожке она прошла на стоянку и, сев за руль «Кадиллака», погнала его в центр города. Когда ей показалось, что она уехала достаточно далеко от кафе и теперь между ней и возможными преследователями достаточно приличное расстояние, Мира остановила автомобиль и посмотрела в зеркальце заднего вида. Погони не было. Успокоившись, она открыла сумочку и, вынув сигарету, закурила. Включив свет в салоне, она вытащила пачку кредиток и пересчитала деньги. Их оказалось сто двенадцать долларов.

– Не так и плохо, – прошептала она. Разделив деньги на две пачки, воровка сунула одну из них в сумочку, а другую за край чулка. Затем вытащила подробную карту дорог и принялась изучать предстоящий маршрут.

А теперь я подхожу к тому, как нашел ее.

Я покинул бар Маноло через несколько минут после ухода Жудена, решил сходить за консультацией в полицию. Если у них нет никаких сведений относительно Миры Шамвей, мне будет сложно отыскать девушку.

Заляпанный грязью большой «Кадиллак» стоял в тени здания, и он был именно темно-зеленого цвета. Я даже вздрогнул. Это походило на черную магию. Я перешел улицу и осторожно приблизился к машине. Бог мой! Блондинка с фотографии! Может ли быть таким ошеломляющим везение? Никаких сомнений, передо мной была Мира Шамвей собственной персоной. В этот момент, когда само провидение послало мне ее, избавив от трудных поисков, девушка сидела в машине, склонившись над большой картой дорог.

Я, конечно, не кинулся к ней, как какой-нибудь новичок. Я даже слегка попятился, чтобы немного поразмыслить. Если эта девчонка не была украдена, то как же ее украсть? Пока что она свободна, как птичка, и очень далеко от всех в мире бандитов.

Как же мне за нее взяться? Конечно, можно было бы договориться с ней, но в таком случае придется уступить блондинке никак не меньше половины премии. А между нами говоря, двадцать пять тысяч грандов значительно теряют свой блеск, если их разделить пополам. Кстати, если отец-старик надоел свободолюбивой красотке, то как же отвезти ее назад в Нью-Йорк? Нет, решительно придется ее облапошить, других вариантов не существует.

Я облокотился на автомобиль и положил руку на дверцу.

– Вы не находите, что скаковые лошади должны носить соломенные шляпы, – сказал я. – Или вы боитесь, что они их слопают?

Девушка подняла на меня свои большие спокойные глаза, но потом снова вернулась к изучению карты.

– Идите и бросьтесь в колодец, – сказала она. – Если же, к несчастью, в этих краях нет ни одного, попросите, чтобы кто-либо вам его вырыл. Стоит лишь объяснить зачем, и любой согласится.

Такой ответ привел меня в замешательство. Ее манера шутить не предвещала ничего хорошего. Я попытался подойти с другого конца.

– Судя по карте, которую вы рассматриваете, вы отправляетесь в путешествие. Не можете ли вы захватить меня с собой?

– Это не автобус, братец, – подняв на меня глаза, отрезала красотка. – Я не беру пассажиров.

– Вы хотите сказать, незнакомцев, не так ли? – поправил я ее. – Позвольте представиться, я – Росс Милан.

– Вы можете быть самым близким для вашей матушки, – сказала она заботливо. – Но для меня вы ничего не значите. Доброй ночи! – И она вновь уткнулась в изучение своей карты.

Я стойко перенес и этот удар. Обойдя машину, я открыл дверцу и устроился на заднем сиденье.

– Так приятно время от времени дать отдых своим ногам, не так ли? – сказал я.

– Я надеюсь, вы не доставите мне неприятностей, – сказала девушка напряженным голосом, откладывая карту в сторону.

– Не беспокойтесь, мисс, я хочу только воспользоваться вашей машиной. Так тяжело бродить пешком по Мехико. А поскольку я немного на мели, то занимаюсь автостопом.

6
{"b":"5952","o":1}