ЛитМир - Электронная Библиотека

Следующим утром в больнице снова начался переполох — вернулась жена Гарри Поттера.

— Так и знал, что самолечение не доведет до добра! — возмущался главный колдомедик, увидев в коридоре рыжеволосую скандалистку.

Но Джиневра удивила его, заявив, что прекрасно себя чувствует и просто пришла навестить знакомого, которым, как это ни странно, оказался Оливер Вуд.

— Мы вместе учились, — пояснила Джиневра Поттер, полагая, что этого ответа достаточно.

Колдомедик лишь развел руками, а его вчерашняя пациентка направилась в палату. Гадая о причинах, заставивших ее умолчать об этом «знакомстве» в присутствии мужа, я осторожно приоткрыла дверь и охнула от возмущения перед открывшейся картиной: жена героя магического мира склонилась над раненым и нежно погладила его по щеке.

— Оливер, — прошептала Джиневра. — Оливер, очнись…

Можно было решить, что она использовала заклинание — сутки не приходивший в сознание больной открыл глаза! Опешив, я замерла возле двери, не в силах сдвинуться с места.

— Мне казалось, я слышал, как ты плакала, — Оливер Вуд улыбнулся, погладив запястье своей «сиделки».

— И не мечтай, — усмехнулась Джиневра, но в ее голосе чувствовалась грусть.

— Зачем ты здесь? — лицо Оливера посуровело.

— Ты шутишь? Я думала, что у меня сердце остановится, когда я увидела, как рушится трибуна!

— И именно поэтому ты полетела к ней? Чтобы тебя тоже зацепило? — продолжал отчитывать ее Оливер.

— Меня зацепило. Но я отделалась простым переломом… — Джиневра помолчала, а потом добавила еле слышно: — Прости, что не успела тебя вытащить…

— Прекрати. Я быстро встану на ноги. А вот твое появление здесь вызовет массу вопросов. Как и то обстоятельство, что игрок «Пэддлмор Юнайтед» присутствовал на VIP-трибуне во время матча «Гарпий» вместо того, чтобы тренироваться с командой.

— Ты во втором составе.

— Спасибо, что напомнила, — нахмурился он.

И отвернулся.

— Оливер, прости… — Джиневра наклонилась к нему и осторожно прикоснулась губами к его щеке. — Я не хотела обидеть тебя.

Я уверена — она бы позволила себе большую вольность, если бы я не дала знать о своем присутствии.

— Доброе утро, мистер Вуд. Я должна сменить вам повязку.

— Мне пора, — раздраженно пробормотала Джиневра, безуспешно стараясь скрыть неприязнь в голосе. — Выздоравливай.

Пока я накладывала бинт, Оливер Вуд забрасывал меня вопросами о том, что случилось, пока он был без сознания, что говорят колдомедики о его диагнозе, и успели ли сообщить его родителям о том, что он оказался в больнице.

— Насколько мне известно, вашим родителям отправила сову ваша поклонница, — усмехнулась я и рассказала ему о вчерашней посетительнице.

Оливер отшутился, но по выражению его лица я поняла, что он не догадывается о личности той, что нанесла ему визит. После очередного обхода я принесла ему успокоительное зелье и пообещала, что это ускорит процесс заживления ран.

— Вы всем это говорите, — отмахнулся Оливер, но зелье выпил.

Поставив пустую кружку на поднос, я собиралась выйти, как вдруг дверь распахнулась и на пороге появилась уже знакомая брюнетка.

— Мне сказали, что ты пришел в себя! — радостно выпалила она, но тут же осеклась, увидев устремленный на нее суровый взгляд.

В недоумении я наблюдала за тем, как мой пациент, вместо того чтобы улыбнуться своей гостье, ядовито поинтересовался:

— Паркинсон, неужели твой папочка так озабочен состоянием здоровья игрока из второго состава?

— Твое остроумие как всегда на высоте, Вуд, — ехидно парировала брюнетка, скрестив руки на груди. — Да, он озабочен вложением своих денег, учитывая, что именно он спонсирует «Пэддлмор Юнайтед».

Вчерашнюю заплаканную девушку было не узнать — в голосе один сарказм.

— А ты, как верная собачонка, прибежала проверить, стоит ли продолжать спонсировать команду?

— Да уж, я и впрямь собачонка, — едва слышно буркнула она.

— Что ты сказала?

— Что передам папе, что ты прекрасно себя чувствуешь и готов выйти на следующий матч в основном составе.

— Что?

— Ах, неужели нет? Не сможешь? — ей удалось изобразить притворное сожаление. — Ну хорошо, пока останешься в резерве.

— Не дразни меня, Паркинсон! — прорычал он, приподнимаясь на локтях.

Повязка на его груди тут же пропиталась кровью.

— Вам лучше уйти, мисс Паркинсон, — я предостерегающе выставила руки перед собой, словно это могло помочь сдержать яростный порыв моего пациента. — А вам, мистер Вуд, шевелиться крайне опасно!

— Точно. Колдомедик дело говорит. Шла бы ты отсюда, папина дочка.

Ответом на этот выпад послужил грохот захлопнувшейся двери.

Сменив повязку, я глубоко вздохнула, размышляя, стоит ли рассказывать бушевавшему от ярости Оливеру правду и, наконец, решилась:

— Мистер Вуд, помните, вы спрашивали меня, кто навещал вас, пока вы были без сознания?

— Да, и вы поведали мне о прекрасной незнакомке, рыдающей над моим бездыханным телом… — усмехнулся он.

— Эту незнакомку вы только что выставили за дверь.

Я даже не удивилась, когда Оливер мне не поверил и попросил больше не поднимать тему поклонниц. Я не возражала.

Пациент быстро шел на поправку, даже несмотря на то, что иногда отказывался от лечебных зелий. Держу пари, его главным лекарством была новость об игре в первом составе. Ни жена героя магического мира, ни мисс Паркинсон больше не навещали Вуда, но иногда я видела, как он с довольной улыбкой читает чьи-то письма. При моем появлении Оливер спешно прятал пергаменты, но и без легилименции можно было догадаться, от кого они. В день его выписки ни одна из девушек не появилась, присутствовали лишь родители Вуда. Оливер в свойственной ему манере шутливо поблагодарил главного колдомедика за отдельную палату и, попрощавшись со всеми, подошел ко мне.

— Вы были лучшей в мире сиделкой, Рут.

— А вы были довольно упрямым пациентом, мистер Вуд.

На этом наше общение закончилось, и я не думала, что мы еще когда-нибудь встретимся, но судьба свела нас снова. При служебном расследовании инцидента с трибуной выяснилось, что колдомедик «Гарпий», который должен был оказать первую помощь после несчастного случая, сам оказался среди пострадавших – дверь подсобного помещения завалило обломками, и бедолага смог выбраться наружу лишь спустя час после окончания матча. Репортеры вовсю смаковали эту новость, называя беднягу «затворником поневоле», а Министерство магии под давлением британско-ирландской лиги квиддича выпустило указ об увеличении штата колдомедиков при сборных в период проведения чемпионата. Мне досталось дежурство во время первых двух игр «Пэддлмор Юнайтед» в Дублине и должна была присутствовать на всех тренировках команды. Нас поселили в одной гостинице с игроками и предупредили о спортивном режиме с ранними подъемами, но после ночных смен в больнице это уже не было в тягость. Днем я сидела на трибуне, наблюдая за игроками, а вечерами гуляла по городу. Не могу сказать, что это было такое уж скучное времяпрепровождение. Я раньше никогда не была в Дублине, и мне было интересно рассматривать местные дома и памятники. Накануне четвертьфинальной игры «Пэддлмор Юнайтед», во время прогулки по улочкам магической части города я столкнулась с Джиневрой Поттер. В разгаре было празднование дня святого Патрика, вокруг нас шумела толпа, и миссис Поттер меня не заметила. Придерживая капюшон мантии и с трудом избегая столкновения с подвыпившими гуляками, она быстро прошла мимо. Спустя четверть часа я увидела ее у фонтана с лепреконами и на этот раз в компании нового вратаря «Пэддлмор Юнайтед». Они явно ссорились: Оливер хмурился, а Джиневра оправдывалась.

— Джинни, я знаю, что ты никогда ему не расскажешь, — бросил Вуд, когда я проходила мимо.

— Он мой муж, Оливер, — слышать умоляющие нотки в ее голосе было довольно непривычно.

— А я не подхожу на эту роль, да? — обиделся Вуд. — Я у тебя во втором составе?

— Не говори так! — зло выпалила Джиневра, ткнув кулаком Оливера в грудь. — Ты прекрасно знаешь, как мне тяжело. Мне больно обманывать Гарри. Но я не могу его оставить…

2
{"b":"595200","o":1}