ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Большой «форд» забуксовал в жидкой липкой грязи на дороге, и Тому снова пришлось бороться с управлением. До фермы было уже недалеко. Он включил рацию.

– Шериф? Это Мейсон. – По рации Том всегда докладывал предельно кратко.

– Слушаю, Том.

– Приближаюсь к ферме, шеф. Дорогу полностью развезло, ехать практически невозможно.

– А я все еще пытаюсь дозвониться до Лосса. Никто не отвечает. Подъезжай к ферме очень осторожно.

– Да, я уже выключил фары. Нахожусь сейчас на вершине того холма, за которым находится ферма. Вот я уже вижу ее. Там горит свет. Отсюда я лучше пойду пешком.

– Действуй по обстановке, Том. И, повторяю, будь осторожен. Внимательно следи за всем. Дженнер обещал, что вышлет тебе патрульную машину, однако его люди подъедут не раньше чем через полчаса. И вообще, Том, может быть, лучше тебе подождать, пока прибудет машина?

– Подумаю, еще раз осмотрюсь и взвешу все, шериф. Я весь внимание. Конец связи.

Том выключил рацию и отключил стеклоочистители. Еще мгновение он продолжал сидеть в машине и смотреть на бунгало, которое находилось теперь примерно в трехстах метрах от него. В гостиной горел свет. Том часто бывал на ферме Лосса и хорошо знал расположение комнат. Слева находилась большая спальня, а Лилли спала наверху в мансарде.

В этих двух комнатах было темно.

Том медленно выбрался из машины и втянул голову в плечи от обрушившегося на него потока дождя. Его рука скользнула под плащ и сжала револьвер. Он медленно стал приближаться к бунгало, с трудом продвигаясь по месиву грязи. Он почувствовал, как ему трудно дышать и как громко стучит сердце. Подойдя ближе, он услышал телефонные звонки. Звук проникал через неплотно закрытые окна гостиной.

Он почувствовал себя совсем одиноко и неуютно. До сего времени его жизнь как заместителя шерифа была простой и размеренной. Он гордился своей формой, гордился тем, что носит портупею с револьвером, и радовался тому, как приветливо встречали его люди, когда он посещал окрестные фермы. За короткий, менее чем трехгодичный срок службы у него не случалось никаких осложнений. Конечно, молодые хиппи иногда поругивали его, однако уважали его авторитет. До этого момента его работа с шерифом Россом в городке Роквилл и вообще его жизнь была более чем приятной.

Но теперь, стоя в темноте под хлеставшим по лицу дождем, с беспокойством глядя на освещенные окна бунгало, слыша доносившиеся оттуда телефонные звонки, он вдруг почувствовал, как его охватывал страх, никогда прежде не испытываемый. Конечно, случались моменты, когда он, сидя в машине и опасаясь столкновения, испытывал страх. Однако страх, который парализовал его теперь, был совершенно другим, он охватывал каждую клеточку его существа, делал ватными его ноги. Он ощущал, как сильно бьется сердце, как со свистом вырывается через ноздри дыхание, чувствовал холодный пот, стекающий по спине, и становившуюся все более ощутимой тяжесть в желудке.

Том стоял неподвижно. Он уже не замечал дождя, он чувствовал только страх. Находится ли убийца в доме? Может быть, он прячется где-нибудь в темноте? Возможно, сейчас он как раз подкрадывается к нему?

Тяжесть в желудке ощущалась все сильнее. Росс сообщил ему, что патрульная машина находится на пути к нему. Том со всхлипом втянул воздух. Ради чего он должен рисковать? Самым разумным было бы вернуться в свою машину и подождать патрульную. Разве Росс не говорил ему этого?

Он уже хотел возвращаться назад, когда едва различимые, однако настойчивые звонки телефона снова подействовали на него, как свист на хорошо тренированную собаку.

Том повернулся и уставился на бунгало. Если у него сейчас не хватит мужества войти туда, подумал он, то никогда уже не сможет уважать себя. Черт возьми! В конце концов, он заместитель шерифа. Может, ему даже удастся задержать убийцу, если тот находится в доме. В укромных уголках сознания тихий голос умолял Тома не входить в бунгало.

Влажной от пота, дрожащей рукой Том сжал револьвер, спустил предохранитель и медленно и осторожно стал приближаться к бунгало.

Подойдя к дому метров на пятьдесят, он остановился. Шторы на окнах гостиной были задернуты, и сквозь них звонки телефона теперь доносились более громко.

В темноте он прошел мимо кустарника, не заметив фигуры мужчины, который скорчившись сидел в кустарнике, наблюдая, как Том приближается к бунгало.

Усилившаяся тяжесть в желудке заставила Тома остановиться, однако через мгновение он принудил себя идти дальше. Левой рукой он включил сильный карманный фонарь, висевший у него на поясе под плащом. Он направил его луч на входную дверь и увидел, что она была широко распахнута. Том остановился как вкопанный, охваченный паникой. Он посмотрел по сторонам, однако увидеть что-либо в сыром мраке было невозможно. Непрерывная дробь дождя и несмолкающий телефонный звонок разрывали ему нервы.

Распахнутая входная дверь говорила о том, что внутри что-то не в порядке.

Том заглянул в прихожую, скудно освещенную светом, проникавшим через полуоткрытую дверь гостиной. Из прихожей крутые ступени лестницы вели в спальню Лилли.

– Есть кто-нибудь здесь? – выжидая, негромко спросил Том.

Когда никакого ответа не последовало, он со страхом глянул через плечо, вошел через распахнутую дверь, закрыл ее ногой и направился в хорошо ему знакомую гостиную. Он двигался медленно, держа револьвер на взводе, пока наконец не окинул одним взглядом большую комнату. От увиденного у него перехватило дыхание.

Перед дверью на веранду лежало крепко сбитое тело Дорис, лицом вниз, вокруг головы лужа уже подсохшей крови. Из-за софы виднелась пара сапог. Там, тоже лицом вниз, лежал сам Юд Лосс, его густые рыжие волосы были склеены кровью.

Том почувствовал подступившую к горлу тошноту, его вырвало прямо на заляпанные грязью сапоги.

Диким взглядом Том вновь окинул комнату. Однако там больше никого не было.

Еще ни разу в жизни ему не приходилось видеть умерших насильственной смертью людей, и шок парализовал его. Он стоял неподвижно, глядя на трупы Юда и Дорис Лосс.

Потом очнулся и вернулся в прихожую.

Лилли? Может быть, ей повезло? Может быть, ее вообще не было дома, когда совершалось это ужасное преступление? Однако он просто не мог себе представить, чтобы Лилли в такую погоду отправилась в Роквилл.

Он посмотрел вверх на крутые ступени, включил свет в прихожей, приготовил револьвер и медленно начал подниматься вверх по лестнице, словно старик, едва держащийся на ногах.

Дверь в спальню была открыта.

– Лилли? – позвал он почти шепотом.

Лишь шум дождя был ему ответом.

Том остановился на лестничной площадке, он не решался идти дальше. Он думал о Лилли Лосс, самой красивой девушке во всем Роквилле. Он не имел бы ничего против того, чтобы закрутить с ней роман, знал, что ей это известно; однако в свои шестнадцать лет она была еще слишком молоденькой для этого, что, впрочем, не помешало ей связаться с известным соблазнителем девчонок Терри Леппом. Том был уверен, что стоило ему только шевельнуть пальцем, как Лилли была бы в его постели, точно так же, как Карри Смитц, которой исполнилось уже девятнадцать и которая всегда была готова улечься с ним. Однако сейчас он ощущал только мороз, пробегающий по коже.

– Лилли? – позвал он несколько громче, после чего принудил себя сделать еще один шаг вперед и включить свет, нащупав в темноте выключатель.

Лилли лежала лицом вниз на кровати. Ее голова представляла собой месиво из крови, мозгов и волос, короткая ночная сорочка была задрана вверх, длинные стройные ноги раскинуты.

Она была убита точно таким же манером, как и ее родители.

Том повернулся и стал тяжело спускаться с лестницы, когда услышал, как снова зазвонил телефон. Он был растерян, с пустой, не способной ничего соображать головой. Пошатываясь, он вошел в гостиную, нашел телефон и прижал трубку к уху, положив на стол револьвер и попутно вспомнив, что обронил на лестнице карманный фонарь.

3
{"b":"5958","o":1}