ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Закажи себе пиво, Тед. У тебя, кажется, есть время для этого. – И будто случайно Смал пристроился сзади Лукана.

Когда Шейла после обеда попрощалась со своими приятельницами, она вошла в телефонную будку и позвонила Лизе, своей цветной горничной и кухарке.

– Я пригласила сегодня на ужин мисс Бензингер, Лиза, – сказала она. – Приготовьте что-нибудь легкое, выбор я целиком предоставляю вам. После этого вы свободны и можете идти. Желаю хорошо провести время.

После этого она прошла в раздевалку, надела бикини и улеглась на солнце на краю плавательного бассейна. Флайхман устроился под другим тентом с обзором на бассейн и стал терпеливо ждать. Его работа в основном состояла из ожидания, оплата была хорошая, а он по натуре был терпеливым человеком.

Когда Шейла лежала на солнце, закрыв глаза огромными солнцезащитными очками, она думала о Джулиане Лукане. Что за мужчина! И она почувствовала, как желание охватывает ее. Он был на несколько классов выше Джоя и Георга. Новый знакомый – явно любовник из любовников. Эти серые сексуальные глаза. Эти мускулы и это самодовольство.

– Надо сказать, великолепный образец мужчины, тот, с которым ты разговаривала, – раздался голос рядом.

Нахмурив лоб, Шейла подняла голову и увидела рядом с собой на кресле-качалке Мевис Бензингер. Они были закадычными подругами. Мевис вышла замуж за человека, который был старше ее лет на двадцать, и несмотря на то, что он был лысым и жирным и имел отвратительную способность обливаться потом в постели, его деньги снискали ему если не любовь, то уважение. Романтику Мевис искала и находила в другом месте. К ее счастью, Бензингер большую часть времени проводил в Вашингтоне, а поэтому докучал Мевис всего лишь несколько дней в месяц.

– Послушай, – ответила Шейла с довольной улыбкой. – Сегодня вечером я получше узнаю его. Я пригласила его к себе. Перри в Лос-Анджелесе.

– Домой? – испуганно спросила Мевис. – Ты находишь это разумным, Шейла? Я всегда считала, что ты, как и я, пользуешься мотелями: это гораздо безопаснее.

– Я по горло сыта мотелями.

– Но если его увидит кто-нибудь из твоих любопытных соседей? Ты же не намерена рисковать разводом с Перри?

– Иногда я все же подумываю об этом. Мы только и делаем, что ругаемся. Вот уже почти два месяца мы не спим вместе. Думаю, что я охотно стала бы свободной. Есть столько мужчин, среди которых можно выбирать.

– Однако подумай о деньгах, которые зарабатывает Перри. А потом, он более чем великодушен. Мужчин, которые так беззаботно обращаются с деньгами, очень мало.

– Ах, оставь меня в покое! – Шейла поднялась. – Я поплаваю немного.

– По-моему, детка, развод с Перри – это твои похороны. Я никогда не разведусь с Сэмом. Мне нужно переносить его только пару дней в месяц, после чего я могу делать все, что хочу.

Шейла, уже не слушая, прыгнула в бассейн, нырнув с головой.

В семь часов она вернулась домой. Лиза как раз накрывала стол.

– Я приготовила немного закуски и два отличных омара. Этого достаточно? – спросила она.

– Чудесно. Если вы уже управились, можете идти. Я буду принимать ванну.

Следующие полчаса Шейла была занята тем, чтобы сделать себя насколько возможно соблазнительной. В этой области она являлась непревзойденной мастерицей. Приклеивая искусственные ресницы, она услышала, как отъехала машина Лизы. Теперь она была одна в доме.

Ровно в восемь подъехал Лукан на взятом напрокат «мерседесе». Шейла ждала его на открытой веранде и указала на двойной гараж. Он поставил машину рядом с ее «вольво», запер гараж и торопливо направился вверх.

– Вот и я.

– Хэлло! – приветствовала его Шейла, улыбаясь.

Небольшой, но роскошный дом был окружен высоким кустарником и деревьями. Ей не нужно было беспокоиться о том, что соседи заметят приезд Лукана.

Субботняя ночь с Луканом была самой захватывающей и волнующей на памяти Шейлы. Впервые в жизни мужчина довел ее до полного изнеможения. Его способности в области секса действовали на нее как заряд бомбы. Она прямо-таки таяла под ним, находилась наверху блаженства, потому что он манипулировал таким образом, что заставлял ее вскрикивать и стонать от удовольствия, плотно прижимаясь к нему.

Когда она очнулась от глубокого сна, то увидела, что Лукан одевается. Потом вспомнила, что сегодня воскресенье. Часы рядом с кроватью показывали без десяти двенадцать.

– Ты уже уходишь? – спросила она со страхом и села в кровати. – Ведь еще так рано!

– Знаю, мое сокровище, – улыбнулся он ей, – но у меня деловая встреча в городе.

– Но ведь сегодня воскресенье!

– Верно, однако деловые люди не придерживаются выходных дней. – Он подошел к зеркалу и поправил галстук.

Вид его узкой крепкой спины снова возбудил в ней желание, и она со стоном вздохнула.

– Я сварю тебе кофе, – сказала она, вставая и накидывая тонкий пеньюар на голое тело.

– Все было просто очаровательно, – проговорил Лукан. – Ты довольна, сокровище?

– Разве нужно об этом спрашивать? А как тебе?

– Мне тоже.

Пока Шейла варила кофе, вспоминая прошедшую ночь, она думала о том, что должна обязательно удержать этого фантастического любовника. Жаль, что он не может остаться у нее до понедельника, однако, хотя ей было только двадцать три года, она знала, что было бы смертельной ошибкой оказывать давление на мужчину. В следующий раз она отправится в мотель. А в конце недели, если снова сумеет отослать Лизу, они с Луканом снова встретятся здесь.

Она принесла поднос с кофе и чашками в гостиную, где бесцельно из угла в угол ходил Лукан, рассматривая предметы искусства из коллекции, собранной Перри. Эта страсть Перри, по непонятной для нее самой причине, злила Шейлу, и еще больше озлобляло то, что Перри действительно понимал толк в искусстве.

«Это врожденное», – как-то сказал ей Перри, когда она устраивала ему сцены из-за небольших антикварных вещиц, которые им вместе приходилось покупать в различных лавках и магазинах. Но то было время, когда они только что поженились. Он любил безделушки, на которые она и смотреть не стала бы. Когда Перри однажды купил маленькую золотую табакерку для нюхательного табака времен Георга Четвертого, он попытался пробудить в ней хотя бы меркантильный интерес.

– Через пару лет она будет стоить много дороже.

Но Шейле было безразлично. Безразлично точно так же, как то, что она запустила в него изящной китайской вазой.

– А, кофе, – сказал Лукан и сел за столик. – Сокровище, ты одна из самых очаровательных женщин на свете!

Шейла почувствовала, как кровь приливает к голове и как в ней снова вспыхивает желание.

– Останься еще ненадолго, Джулиан. Пожалуйста, не уходи сейчас.

Он налил себе еще кофе и улыбнулся ей:

– Увы, как мне ни жаль, но я должен идти.

– Когда ты придешь снова?

– Не очень скоро. Вся неделя у меня будет занята.

Явное разочарование отразилось на ее лице.

– Когда же мы снова можем встретиться?

Он долил себе кофе.

– Мы обязательно увидимся, но я не часто бываю в этом районе.

Ее охватило вдруг какое-то странное неприятное чувство.

– Но, Джулиан, разве ты этого не хочешь? – Она замолчала и посмотрела на его улыбающееся лицо.

– Конечно же. Я уже тебе сказал: мне очень понравилось. Но хорошенького понемножку. Может быть, я появлюсь через месяц или буду проездом здесь. Тогда позвоню тебе.

– Но, Джулиан…

– Я уже сказал, сокровище. – Его глаза стали вдруг узкими и жесткими. – И, вообще, прежде чем я уйду, как с моим гонораром?

Она уставилась на него, сжав руки в кулаки.

– Что ты имеешь в виду?

Лукан широко улыбнулся:

– Ты уже достаточно взрослая, сокровище. Или ты думаешь, что я провел бы целую ночь с женщиной, не получив за это ничего? Ведь было хорошо? Тебе понравилось, итак…

– Значит ли это, что ты требуешь от меня деньги? – спросила она, не веря самой себе. Голос ее превратился в хриплый шепот.

9
{"b":"5958","o":1}