ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Полчаса спустя Мегги в своем лучшем вечернем платье, выглядевшая как танцовщица из Парижского ревю, вошла в холл отеля. В стороне от праздношатающейся толпы она заметила Джоша Прескотта, сидевшего с мрачным видом в кресле. Кокетка прошла мимо него, покачивая бедрами, и, одарив его одной из своих чарующих улыбок, вошла в ресторан.

Метрдотель сразу же направился к ней, а стареющие мужчины, приступившие к ужину, перестали жевать и теперь провожали ее взглядами, мечтая стать лет на двадцать моложе.

– Добрый вечер, мадам, – приветствовал ее метрдотель. – Мистер Ванс не с вами?

– Бедный старичок не совсем здоров, – ответила она с печальным видом. – У него порой бывают обострения, но он настоял на том, чтобы я поужинала одна. Мистер Ванс так добр ко мне.

– Могу я послать ему ужин в коттедж, мадам? – спросил метрдотель, провожая Мегги к угловому столику.

Мегги задумалась. Вдруг в холле появились Уорентоны. Она увидела, как Прескотт быстро поднялся и направился к ним. На шее Марии сверкали бриллианты. Потом Уорентоны и Прескотт пропали из поля зрения.

– Разрешите, я пошлю ужин мистеру Вансу? Что-нибудь легкое? – повторил свой вопрос метрдотель.

– Нет, благодарю. Мистер Ванс заснул, я дала ему успокоительное.

Мегги села за стол.

– Это мистер и миссис Уорентон сейчас вышли?

– Да, мадам, они проводят вечер в казино, – ответил метрдотель и развернул перед ней обширное меню. – Могу я вам порекомендовать что-нибудь?

Метрдотель считал, что эта медсестра самая очаровательная и соблазнительная женщина, которая когда-либо появлялась в их отеле.

Мегги, подавив восторженный писк, взглянула на него огромными беспомощными глазами.

– Прошу вас, я страшно голодна.

Мария Уорентон произвела сенсацию в ресторане казино, когда шла в сопровождении Уилбура по красной дорожке между столиками следом за метрдотелем. Они направлялись к лучшему столику в ресторане.

Богатые посетители уже ужинали. Ужин в казино подавали рано, поскольку там все же была рулетка. Обычно все спешили побыстрее покончить с едой и приступить к тому, что составляло основной смысл вечера.

Многие состоятельные посетители казино в этот вечер впервые увидели легендарные бриллианты Уорентонов. Мужчины сначала внимательно рассматривали Марию, а потом уж бриллианты и завидовали Уилбуру. Глаза женщин были прикованы к бриллиантам. Больше они ничего не видели.

Мария была особенно капризна, когда они заказывали ужин. Иногда Уилбур, которому всегда было достаточно хорошего бифштекса, едва сдерживал раздражение, поскольку жена неизменно требовала от метрдотеля разъяснений буквально по каждому пункту меню. Теперь же, зная, что все женщины в зале наблюдают за ней, она держалась вздорно и высокомерно, как избалованная вниманием кинозвезда.

Уилбур подумал: «Ну и пусть, это же наш медовый месяц. Пусть забавляется. Но остается только надеяться, что она не станет вести себя подобным образом, когда мы вернемся домой!»

Джош Прескотт, переговорив с детективом казино и получив заверения, что тот присмотрит за Уорентонами, а после проводит их в отель, решил, что его миссия выполнена. Он взял такси до отеля и мыслями был уже с Мегги. Он проверил часы. Они показывали 21.00. Они договорились встретиться в 2.15. Господи, ждать еще целых пять часов!

Мегги завлекла его не на шутку. Джош настолько был занят мыслями о ней, что начисто забыл об Аните Сертис. Он не вспомнил о ней даже тогда, когда делал обход отеля. Прескотт то и дело смотрел на медленно двигающуюся стрелку часов и думал только о том, как он будет лежать с Мегги на мягкой лужайке, скрытой от глаз посторонних цветущим кустарником.

Вытащив из пакета два револьвера 38-го калибра, Мануэль положил их на стол.

– Пора. Нельзя опаздывать. Будь осторожен с оружием, – протягивая один из револьверов Фуентесу, предупредил Мануэль. – Он заряжен. Помни, что никакой стрельбы не должно быть. Все нужно сделать без вмешательства полиции.

Он строго посмотрел на Фуентеса:

– Ты понял? Мы стреляем только в самом крайнем случае.

Фуентес взял револьвер и облизнул пересохшие губы.

– Я понял.

– Возможно, понадобится три или четыре дня, пока старый Уорентон соберет выкуп, – продолжал Мануэль. – Мне придется поговорить с Дюлаком. Нам надо будет что-то есть. Вряд ли он захочет, чтобы была взорвана его кухня. Думаю, что он согласится обслуживать нас. Мы с тобой будем спать по очереди. Уорентонов свяжем. Аниту тоже надо связать и заклеить ей рот. Будет нелегко, друг мой, но пять миллионов долларов не могут достаться легко.

– Один миллион мой, четыре – твои, – быстро уточнил Фуентес.

– Да, ты прав. – Мануэль улыбнулся, но Фуентес заметил, что в его черных глазах-маслинах улыбки не было.

– Если нам придется сидеть несколько дней в апартаментах, этим людям тоже понадобится еда. Кроме того, им потребуется туалет, – сказал Фуентес.

– Отель предоставит им еду, а в апартаментах есть туалет.

– Когда Анита придет в себя после твоего удара, она может быть опасной. Стоит ли ей развязывать руки?

– Всем этим мы займемся уже в апартаментах. Не забивай голову мелочами. Предоставь их мне.

Фуентес пожал плечами:

– Меня беспокоит эта женщина. Она опасна.

Мануэль снова улыбнулся. Это была злобная улыбка.

– Я еще опаснее, друг мой.

Они посмотрели друг на друга, и Фуентес почувствовал, как по его взмокшей от пота спине пробежал холодок.

Раздался телефонный звонок, заставивший их вздрогнуть. Мануэль подошел и снял трубку.

– Торрес, – произнес он и стал слушать.

Фуентес, поглаживая пальцами револьвер, думал, что с этим оружием он справится с Мануэлем. Холод рукоятки придавал ему уверенности.

Наконец Мануэль сказал:

– Спасибо, друг мой. Скоро я смогу отблагодарить тебя. – С этими словами он положил трубку и, повернувшись, улыбнулся Фуентесу. – Когда имеешь терпение, большинство проблем решаются сами по себе. Теперь с Анитой у нас не будет никаких хлопот. Мой приятель из больницы только что сообщил мне, что Педро скончался полчаса назад.

Фуентес весь напрягся.

– Он мертв? – Лицо его просветлело. – Приятно это слышать! – Он задумался.

Мануэль наблюдал за ним.

– Если она узнает об этом, то может не впустить нас в апартаменты, – предположил Фуентес.

– Она не узнает. Она уже в отеле и ждет нас. Когда она проведет нас в апартаменты, я скажу ей, что у Педро был приступ и он умер. Она ничего не сможет сделать. Мы уже будем в апартаментах. Полиция разыскивает ее. Ей придется остаться с нами. Я даже дам ей немного денег.

– Женщина может подумать, что ты обманываешь ее, – с беспокойством проговорил Фуентес. – Допустим, она не поверит, что Педро умер. Тогда она может стать для нас очень опасной.

Мануэль подошел к узкому шкафчику, достал из него крохотный транзисторный приемник и сунул его к себе в карман.

– Мне даже не потребуется самому говорить ей об этом. Сообщение будет передано в выпуске новостей. Мы с тобой будем так же удивлены, как и она.

В другой карман Мануэль положил револьвер и полную горсть патронов.

– Если она впадет в истерику, я просто оглушу ее. Счастье на нашей стороне, друг мой. А теперь поехали в отель.

Мануэль и Фуентес прошли по оживленному пирсу к машине Мануэля. Включив мотор, Мануэль похлопал Фуентеса по руке.

– Все идет прекрасно. Скоро, друг мой, мы станем с тобой богатыми, – изрек он.

По пути в отель Фуентес ощупывал рукоятку своего револьвера.

В 21.45 Лепски в сопровождении Макса Джейкоби подъехал к боковому входу в отель «Спэниш Бэй». У них обоих было отвратительное настроение. Кэрол ожидала, что сегодня вечером он поведет ее куда-нибудь. Лепски, который вообще не помнил ни одной даты, даже дня их свадьбы, забыл, что сегодня была годовщина их первого путешествия в Европу. И хотя путешествие было неудачным, Кэрол решительно заявила, что хочет пойти в приличный ресторан и вспомнить немногочисленные приятные эпизоды путешествия. Лепски, который никогда толком не слушал Кэрол, пробормотал, что это было бы неплохо, и тотчас забыл о своем обещании. Он ворвался домой, рассчитывая поужинать, и был удивлен, застав Кэрол в ванной.

33
{"b":"5978","o":1}