ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Если вы считаете, что она будет отвлекать меня, то это не так. Моя жена останется со мной.

Саванто потер подбородок, потом долго смотрел на сверкающее под луной море.

– Очень хорошо. И еще, мистер Бенсон: ни один человек, повторяю, ни один не должен знать о том, что вы учите моего сына стрелять. Никто… особенно полиция.

По моей спине пробежал холодок.

– Что вы хотите этим сказать?

– В результате нашей сделки, мистер Бенсон, вы станете богатым. Я думаю, вполне естественно предположить, что реализация этого плана должна сопровождаться выполнением определенных условий, которые мы все – вы, я, мой сын – будем соблюдать. Одно из них – абсолютная секретность.

– Я впервые слышу о таком. Почему полиция не должна знать о том, что ваш сын учится стрелять?

– Возможно, он окажется за решеткой, если об этом станет известно.

Я бросил окурок вниз, не думая о том, что он может упасть на парик какой-нибудь престарелой миллионерше.

– Говорите. Я должен знать все.

– Да, мистер Бенсон. Я в этом не сомневаюсь. К сожалению, мой сын очень высокий. И очень застенчивый. Но у него много достоинств: он добрый, заботливый… начитанный…

– Какая мне разница, какой у вас сын? Почему полиция не должна знать о том, что я учу его стрелять? При чем тут тюрьма?

Глаза Саванто блеснули.

– Мой сын учился в Гарварде. Из-за своей внешности он стал объектом насмешек. Если исходить из того, что я слышал, ему пришлось туго. Доведенный до отчаяния, он выстрелил в одного из мучителей, и тот остался без глаза. Судья во всем разобрался, понял, что Тимотео спровоцировали, и дал ему срок условно. – Тяжелые плечи Саванто поднялись, затем опустились. – Если только Тимотео никогда в жизни не прикоснется к оружию. Если его застанут с ружьем в руках, ему предстоит отсидеть в тюрьме три года.

Мои глаза широко раскрылись.

– И вы тем не менее поспорили, что ваш сын станет снайпером за девять дней?

Саванто снова пожал плечами.

– Я был пьян. И потом, после драки кулаками не машут. Я надеюсь, что сказанное мной не повлияет на нашу договоренность?

– Пожалуй, что нет, – ответил я после недолгого раздумья. – Если полиции станет известно о его занятиях в тире, сложности возникнут у вас, а не у меня.

– И у вас тоже, мистер Бенсон, потому что вы не получите денег.

– Как я понимаю, моя задача – научить вашего сына стрелять. Остальное меня не касается. Вам нужна секретность – обеспечивайте ее. Мне и без этого хватит забот.

Саванто кивнул:

– Я уже подумал об этом и кое-что предпринял. Завтра с Тимотео приедут два моих человека. Вы с миссис Бенсон можете их просто не замечать. Они будут следить за тем, чтобы посторонние не приближались к школе, и приглядят за Тимотео, если тот выйдет из-под контроля.

Я нахмурился.

– А это возможно?

– Нет… но он очень раздражительный, – Саванто неопределенно махнул рукой. – Вы должны убедить миссис Бенсон никому не рассказывать о нашем соглашении. Видите ли, я не хочу, чтобы мой друг, с которым я заключил это неудачное пари, узнал о происходящем. А он, надо отметить, весьма любопытен.

– Она никому ничего не скажет.

– Это хорошо. – Саванто рывком поднялся из кресла. – Тогда до завтра, до шести утра. – Он прошел мимо меня в ярко освещенную гостиную с удобной мягкой мебелью, обитой белым с красным материалом, лежащим на полу кремовым ковром и серебряной форелью на стене. – И последнее. – Он открыл ящик письменного стола, похожего на антикварный, а может, действительно изготовленного в Англии в восемнадцатом веке, и достал конверт. – Это для вас. В качестве поощрения.

Я взял конверт. В нем оказался листок бумаги стоимостью в двадцать пять тысяч долларов.

Свернув на песчаную дорогу, ведущую к школе, я заметил, что у бунгало стоит красно-синий «Бьюик» с откинутым верхом.

Меня охватила тревога.

Кого это принесло так поздно? Почти половина двенадцатого. Тут я вспомнил, что Люси одна, и сердце чуть не выпрыгнуло у меня из груди. Я сразу же забыл об облигации, лежащей у меня в кармане, вдавил в пол педаль газа, и машина рванулась вперед. В визге тормозов я остановил ее у бунгало и выскочил из кабины.

В гостиной горел свет, и не успел я добежать до двери, как у распахнутого окна появилась Люси и помахала мне рукой.

Я облегченно вздохнул.

– Все в порядке, дорогая?

– Конечно. Заходи, Джей. У нас гость.

Я открыл дверь и через холл прошел в гостиную.

В моем любимом кресле сидел мужчина в поношенном летнем костюме, со стаканом кока-колы в руке и сигаретой, зажатой меж тонких губ. Высокий, гибкий, неулыбчивый, с загорелым лицом и прозрачно-синими глазами. Черные, коротко стриженные волосы. Волевой подбородок. Он встал и поставил стакан на стол.

– Это мистер Лепски, – представила его Люси. – Он приехал к тебе. Я попросила его подождать.

– Детектив Том Лепски. Полицейское управление Парадиз-Сити.

Возможно, на долю секунды я растерялся, но тут же взял себя в руки. Прозрачно-синие глаза буравили меня. Я не сомневался, что он заметил мою реакцию. Фараонов учат подмечать такие нюансы.

– Что-то у нас не так? – Я натянуто улыбнулся, пожимая ему руку.

Лепски покачал головой.

– Вы не можете представить себе, как трудно быть полицейским. Если приезжаешь к кому-то в гости, тебя встречают так, словно ты собрался кого-то арестовать. Из-за этого мы ни с кем не общаемся. Я превратился в затворника, как я и говорил миссис Бенсон. У вас все в полном порядке, дружище. Я разминулся с вами не больше чем на четверть часа. Миссис Бенсон была одна, мы разговорились, и время пролетело незаметно. Полагаю, моя жена уже беспокоится, куда же я запропастился.

– Вы хотели поговорить со мной?

Напряжение не отпускало. В голове вертелись слова Саванто: «…Никто не должен знать… особенно полиция».

– Джей, принести тебе коку? – спросила Люси. – Пожалуйста, присядьте, мистер Лепски.

– Конечно, выпью с удовольствием, – ответил я. – Садитесь, мистер Лепски.

Лепски опустился в кресло. Люси ушла на кухню, а я сел на стул с высокой спинкой, лицом к полицейскому.

– Я задержу вас лишь на несколько минут, – начал тот. – Я бы не приехал так поздно, но раньше не получилось.

– Ничего страшного. Я рад, что вы составили компанию моей жене. Место тут тихое, рядом никого нет. – Я достал из пачки сигарету, закурил. – Я уезжал по делам.

– Да… миссис Бенсон сказала мне.

Что еще она ему сказала? Я даже вспотел.

Люси принесла стакан коки.

– Мистер Лепски хочет попрактиковаться в стрельбе. Но я сказала ему, что в ближайшие две недели ты будешь занят, потому что взял ученика, которому должен посвятить все свободное время.

Я отпил коки. Во рту у меня пересохло.

– Скоро у меня экзамены на присвоение очередного звания, – пояснил Лепски. – Стреляю я метко, но лишние баллы не помешают. Вот я и хотел, чтобы вы дали мне несколько уроков.

– С удовольствием, но сейчас не могу. – Я смотрел на кубики льда, плавающие в темной коке. – В ближайшие две недели я действительно буду занят. Вы сможете подождать?

Прозрачно-синие глаза вновь уставились на меня.

– То есть вы взяли ученика, с которым будете заниматься с утра и до вечера в течение двух недель?

– Совершенно верно. Вы сможете подождать? Через две недели я буду готов вам помочь.

– Экзамен по стрельбе у меня в конце месяца.

– Я смогу позаниматься с вами два-три часа двадцать девятого числа. В удобное для вас время. Этого хватит, я полагаю?

Он потер шею, задумчиво глядя на меня.

– Наверное, хватит. Как насчет шести вечера двадцать девятого, если только я не позвоню и не откажусь?

– Согласен. – Я встал. – Жду вас у себя.

Лепски допил коку и тоже поднялся.

– Я вижу, вы занялись покраской.

– Да, хочется немного подновить здание.

– Нужное дело. Ник Льюис – мой давний друг. Он учил меня стрелять. Знаете, я никогда не думал, что он продаст школу. Вы здесь уже четыре месяца? Как идут дела?

6
{"b":"5988","o":1}