ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Итак, она умерла, Эд?

– Да. У вас блокнот под рукой? Я хочу продиктовать телеграмму Чалмерсу.

– Давайте.

Джина молодец! Что бы ни происходило на белом свете, она никогда не теряет головы.

В телеграмме я сообщил патрону, что его дочь пала жертвой несчастного случая. Выразил сочувствие по поводу постигшей его утраты. Предупредил, что позвоню ему в 16 часов по европейскому времени, чтобы сообщить подробности. Таким образом я выкроил три часа, чтобы выяснить, чем располагает полиция, отшлифовать собственную версию в этом деле, коли он меня о чем-то спросит.

Джина обещала отправить телеграмму тотчас же.

– Все это хорошо, но не исключено, что Чалмерс позвонит сюда до того, как я ему позвоню. Если это случится, то вы абсолютно ничего не знаете. Ясно? Не вмешивайтесь в эту историю, Джина. Скажите, что я непременно свяжусь с ним в указанное время.

– Понятно, Эд.

Мне было приятно слышать ее уверенный голос. Я положил трубку и оттолкнул стул. В это время в комнату вошел Карлотти.

– Я намерен съездить на место ее гибели. Вы поедете?

– Конечно.

Я вышел вместе с ним из кабинета. Возможно, все дело было в моей нечистой совести, но мне показалось, что ожидавший снаружи Гранди посмотрел на меня тяжелым взглядом.

Глава 4

I

Полицейская моторная лодка огибала мыс. Я сидел на носу рядом с Карлотти, который надел темно-синие защитные очки. Вид полицейского в очках казался мне странным – я считал, что полиция должна быть выше маленьких человеческих слабостей.

Гранди сидел в середине моторки вместе с тремя полицейскими в форме. Он не носил темных очков, вид у него был неизменно официальный. Как только лодка обогнула мыс, я узнал скалу, с которой упала Элен. Карлотти поднял голову, видимо, на глаз определяя высоту, и состроил гримасу. Я понял, что он думает о том, что испытывает человек, сорвавшийся с такой кручи. Глядя на утес снизу, я чувствовал себя пигмеем.

Замедляя ход, лодка вошла в маленькую бухточку. Мы выпрыгнули на берег и вытащили моторку на камни. Гранди сказал Карлотти:

– Мы здесь ничего не трогали. Унесли только труп.

Оба они занялись методичным осмотром местности. Я сел немного в стороне от скалы с двумя агентами. Третий остался в лодке. Довольно быстро Гранди обнаружил футляр от камеры. Он застрял между двумя камнями, наполовину погрузившись в воду. Гранди и Карлотти принялись его изучать с таким почтением, как астрономы смотрели бы на осколок Марса или другой планеты. Я заметил, как осторожно прикасался Карлотти к коже футляра, и поздравил себя с тем, что предусмотрительно стер все отпечатки пальцев. Наконец лейтенант повернулся ко мне.

– Это наверняка принадлежало ей. Скажите, она увлекалась фотографиями?

Я хотел было ответить утвердительно, но вовремя спохватился.

– Затрудняюсь что-либо сказать положительное. Но у большинства американских туристов бывают фотокамеры.

Карлотти согласно кивнул и протянул футляр одному из агентов, который бережно спрятал его в пластиковый мешочек. Они продолжали свои поиски, и минут через десять, когда они отошли на порядочное расстояние, Гранди нагнулся и что-то поднял с земли. Этот предмет застрял между скалой и большим камнем. Офицеры долго рассматривали его, стоя ко мне спиной.

Я ждал, куря сигарету. Сердце мое бешено колотилось. Придя, как мне показалось, к какому-то решению, Карлотти пошел ко мне. Я тоже поднялся со своего камня и двинулся навстречу. В руках у него были остатки великолепного аппарата Элен. Телескопический объектив выскочил, да и сама камера имела сбоку сильную вмятину. Карлотти все это показал со словами:

– Это в какой-то мере объясняет, как произошел несчастный случай. Скорее всего, она снимала фильм, вот так держа аппарат. – Он поднял камеру и стал смотреть в видоискатель. – Если она при этом стояла на краю утеса, то ей ничего не стоило сделать лишнее движение и сорваться вниз.

Я взял у него камеру и посмотрел на индикатор, показывающий на расстояние до снимаемого объекта. Он показывал шесть метров.

– В аппарате есть пленка. Кажется, вода не проникла внутрь камеры. Можно проявить пленку и посмотреть, что же снимала Элен.

Это предложение понравилось Карлотти. Мне было совершенно ясно, что он не находит себе места в ожидании неминуемых неприятностей со стороны Чалмерса. Сейчас как будто обстановка начала разряжаться. Он забрал у меня камеру и вздохнул.

– Если бы она не назвала себя миссис Дуглас Шеррард, все было бы предельно ясно. А теперь мы осмотрим виллу, я хочу поговорить с уборщицей.

Предоставив двум агентам продолжать поиски других вещественных доказательств, мы вернулись в Сорренто. Оставленные у подножия скалы полицейские имели жалкий вид: нещадно палило солнце, а площадка была совершенно незащищенной. Возвратившись в гавань, мы сели в полицейскую машину и поехали на виллу. В общей сложности переезд от скалы до виллы отнял у нас часа полтора.

От ворот мы прошли пешком. «Линкольн» по-прежнему стоял около дома. Карлотти спросил меня, была ли это машина Элен. Я ответил, что не знаю. Исчерпывающие сведения на этот счет были у Гранди. Он выяснил, что Элен приобрела эту машину десять недель тому назад, сразу же по приезде в Италию. Хотелось бы мне знать, откуда она на все брала деньги?.. Возможно, конечно, что связывалась с отцом, и тот ей что-то высылал. Однако, припоминая то, что он мне сам говорил о карманных деньгах, все это было малоправдоподобным.

В салон мы вошли гуськом. Карлотти вежливо предложил мне посидеть в салоне, пока они будут осматривать виллу.

Я подошел к одному из кресел и сел.

В спальне они пробыли довольно значительное время. Наконец Карлотти вышел ко мне с маленькой кожаной шкатулкой, похожей на те, которые продаются во Флоренции специально для туристов. Он положил ящичек передо мной и сказал:

– Я попрошу вас передать это синьору Чалмерсу. Только напишите расписку о получении.

– А что там?

Он поднял крышку. В ларчике лежали различные украшения: два кольца – одно с крупным сапфиром, второе с тремя бриллиантами; бриллиантовое ожерелье и к нему серьги. Я не большой знаток ювелирных изделий, но здесь были такие красивые вещи, что я не сомневался, это стоит больших денег.

Немного огорченным тоном, как будто эти украшения пробудили в нем чувство зависти, Карлотти произнес:

– Очень красивые вещи. Какая удача, что сюда не забрался грабитель. Ведь вилла стояла пустая.

Я тут же вспомнил широкоплечего незнакомца!

– А где вы их нашли?

– На туалетном столике. Шкатулка стояла наверху. Подходи и бери.

– Они настоящие? Не подделка?

– Не фальшивка, нет, нет. Тут примерно на три миллиона лир.

Пока он делал опись драгоценностей, которую мне надлежало подписать, я перебирал содержимое шкатулки. Подумать только, все это совершенно открыто лежало на туалетном столике!

Значит, широкоплечий незнакомец никак не мог быть грабителем. Тогда кто он?

Громкий телефонный звонок заставил меня вздрогнуть. Карлотти снял трубку.

– Да? Да-да…

Он еще немного послушал, что-то буркнул и повесил трубку. Перейдя комнату с удивленным выражением лица, он сначала закурил сигарету, а потом уже сказал:

– Получены результаты вскрытия.

Я понял, что он чем-то потрясен. У него был ошарашенный вид. Чтобы как-то прервать молчание, я сказал:

– Ну что ж, теперь вы знаете, как она умерла.

– Да, да, конечно.

Он отошел от телефона. Я понял, что полученное им известие казалось страшно важным.

– Выяснилось что-то еще?

И сразу же почувствовал, что мой вопрос сформулирован слишком резко. Я видел, как Гранди бросил на меня удивленный взгляд. Карлотти поморщился и ответил.

– Да, кое-что выяснилось. Она была беременна.

II

Карлотти закончил осмотр виллы и опрос уборщицы в половине четвертого. Поденщицу я не видел, лишь слышал приглушенные голоса, когда они беседовали на кухне. Я же сидел в салоне, непрестанно курил, и мысли мои метались, как напуганные птицы в клетке.

12
{"b":"5996","o":1}