ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ах, это! – Гастингс расставил пальцы с наманикюренными ногтями. – А разве вы принадлежите к нашему братству?

Калверт молча кивнул, все еще не в силах справиться с волнением.

– А где вы учились?

– В Принстоне.

– А я в Пенсильвании, – Гастингс продолжал держать руку на виду, любуясь перстнем. – Значит, у нас в прошлом много общего. Наше старое, доброе братство…

Калверт заставил себя улыбнуться и подумал: «Ты и не подозреваешь, что я тебя узнал, „соратник“. На душе сразу полегчало, и уже почти спокойно Калверт произнес:

– Мне приходится прибегнуть не к совсем почетному трюку. Я обращаюсь к вам не как к служащему банка, а как к товарищу по студенческому братству.

– Исчерпали свой счет? – догадался Гастингс.

– Действительно, – сознался Калверт. – Весьма глупое положение.

– Как сотрудник банка я не могу ничем помочь вам. Но как бывший сотоварищ по братству предлагаю взять у меня в долг определенную сумму.

– О нет, – запротестовал Калверт.

– Сочту за честь для себя… – Гастингс уже вынимал бумажник.

– Я не могу принять эти деньги.

– Не отказывайтесь, Калверт. Это мой святой долг, – он протянул через стол несколько банкнот. – Надеюсь, хватит?

Калверт взял деньги и пересчитал их.

– Это чересчур много. Столько мне не нужно.

Он попытался вернуть несколько купюр, но Гастингс отвел его руку.

– Берите все. А если вам вдруг не хватит…

– Спасибо. Завтра же положу деньги на депозит. А теперь, извините. Я, видно, отрываю вас от дел.

– Да, дел хватает, – ответил Гастингс.

– Заходите как-нибудь в гости с женой.

– Я живу вдвоем с больной матерью. Но на рюмочку зайду с удовольствием.

– Когда вас можно ждать?

– В любое время.

– Тогда сегодня вечером часов в девять.

– Отлично.

В дверях Калверт приостановился, пропуская вошедшую в кабинет женщину, и помахал Гастингсу рукой. Тот ответил ему тем же, и вновь в солнечном свете блеснул перстень с монограммой.

Глава 4

Бармен в гриль-баре вежливо и без всякого скрытого намека поинтересовался:

– Как вы себя чувствуете? Что закажете?

– Бурбон с содовой, – ответил Калверт. – А как ваши дела?

– Не жалуюсь, – он профессиональным движением пододвинул стакан. – Вам смешать?

– Нет, – Калверт отрицательно покачал головой. – Может быть, пропустите маленькую за мой счет?

– Немного позже. Я недавно позавтракал.

Калверт понимающе хмыкнул и занялся стаканом. Когда его содержимое исчезло, бармен налил вторую порцию.

– Спасибо, – сказал Калверт. – Прошлой ночью я был у вас. Вы должны меня помнить. Я сидел вон в том углу.

– Да, да, – ответил бармен. Легкость и непринужденность его манер сразу исчезли. – Извините, у меня работа.

Он принялся старательно обслуживать единственного посетителя – пожилого мужчину в потертой армейской куртке. Приготовив для него выпивку, бармен вернулся к стойке и застыл, повернувшись спиной к Калверту. Тот достал сигарету.

– Не сочтите за труд подать мне спичку.

Бармен извлек из заднего кармана брюк коробок и, чиркнув спичкой, поднес ее к сигарете Калверта.

– Спасибо.

Бармен молча кивнул и попытался отойти. Но Калверт был настойчив.

– Ну, так что там насчет вчерашней ночи? Может, выпьете со мной?

Бармен демонстративно не обращал внимания на деньги, которые Калверт положил на стойку.

– Спасибо. Прошло слишком мало времени после завтрака.

– Посетителей вчера было немного. Кто-нибудь видел, как меня ударили? Может быть, ваш напарник?

– Я об этом ничего не знаю.

– Тогда я поговорю с ним. Если бы в баре вспыхнула драка, кто-нибудь обязательно заметил бы ее.

– Я занят обслуживанием клиентов. Впрочем, никакой драки и не было.

– И вы не допускаете, что два-три посетителя могли видеть, что произошло?

– Вот и спросите у них, – бармен пожал плечами.

– Да никого и не надо спрашивать. Вы сами все прекрасно видели.

Бармен прищурился, и в глазах у него вспыхнул опасный огонек.

– Вы напились, потеряли равновесие и грохнулись затылком об пол.

– Сколько вам заплатили за эту версию?

Лицо бармена налилось кровью. Он перегнулся через стойку и прошипел:

– Допивай и убирайся отсюда!

– Так сколько же вам заплатили за эту басню? – Калверт глянул вызывающе.

– Не понимаю, о чем вы, – жестокий блеск в глазах бармена угас, а лицо приняло безразличное выражение.

– Я хочу знать, кто вам заплатил. Тот парень с короткой стрижкой, что ударил меня? Или симпатичная парочка, взявшаяся провожать меня домой?

– Я постоянно занят, мистер. А вы свалились со стула сами.

– И вы не измените свое мнение даже за десять долларов?

– За десять долларов? Просто смешно. Эти деньги нынче ничего не стоят.

– Ну, а за двадцать? – Калверт ухмыльнулся. – Пойдет?

– У вас и в самом деле с головой не в порядке, – бармен потерял к разговору всякий интерес. – Я рассказал все, что видел вчера ночью. Врать я не хочу даже за двадцать баксов.

– Ладно, – Калверт допил свой бурбон и швырнул на стол долларовую бумажку. – Получи, приятель. Спасибо за содержательную беседу.

– Меня это не касается, – бармен взял деньги. – Но вам, мистер, лучше забыть об этом деле.

– Ну, а это уж тебя совсем не касается.

То и дело налетал ветер, и Калверт был вынужден поднять воротник пальто. Из аптеки на Ленсингтон-авеню он позвонил Люси Бостон.

– Извините, но я вынужден срочно уехать, – сказал он. – Все вышло так неожиданно. Я звоню уже с вокзала.

– Сожалею, – ответила она. – Я очень ждала этой встречи. Да и Нед тоже. Он был просто в восторге от вашей идеи.

– Я уезжаю в Филадельфию. Но завтра постараюсь вернуться. Может, позавтракаем вместе?

– Это было бы прекрасно.

– Договорились. Завтра я позвоню.

– Счастливого пути, мистер Калверт.

– До завтра.

Он никогда не стрелял из этого «люгера». Калверт купил его за шесть долларов у какого-то пехотного капитана во Франции с целью поменять на бинокль, который, в свою очередь, должен был пойти в уплату за фотокамеру, принадлежащую одному педантичному англичанину. Он имел их сразу две, но не имел бинокля. Но прежде, чем эта сделка совершилась, англичанин куда-то уехал, и Калверт забросил револьвер в угол шкафа. И вот теперь пришла пора извлечь его на белый свет.

Около семи засада была готова: Калверт залег за широким диваном, обеспечив себе хороший обзор дверей и стола. Выключатель торшера располагался возле его руки, рядом с бутылкой виски и «люгером».

Время от времени Гарри касался холодной револьверной рукоятки, и это вселяло уверенность. Даже незаряженное, оружие было сейчас куда полезнее бинокля или фотокамеры.

Отпив пару глотков виски, он пошарил в карманах в поисках сигарет, но тут же передумал. Запах табачного дыма мог выдать его. Засада на зверя и человека имеет много общего – нельзя допускать ни малейшей оплошности.

Довольный собой, Калверт вознаградил себя еще одним добрым глотком виски прямо из бутылки. Немного разогревшись, он погрузился в размышления.

Этому простаку Ходжу не хватает тонкости. Упомяни он ему о Люси Бостон, и ее тотчас могли обвинить в соучастии йо взломе. То же и с Гастингсом: одно слово Калверта о перстне, и на запястьях его владельца щелкнут наручники. Нет, серьезные дела так не делаются. Нужна хитрость, выдержка и расчет. Хитрость: он уже пустил слушок о своем отъезде. Теперь остается лежать и ждать того, кто заберется сюда. Посмотрим, как он прореагирует на внезапно вспыхнувший свет. А тут еще и «люгер». Да, бедняге не позавидуешь.

Ему припомнились все события последних дней: побег жены, встреча с девушкой, так напомнившей ему одну старую знакомую, этот Род, этот Плайер. Люси явно чего-то ждет от него. А какие у нее отношения с Родом? Кто они – друзья, любовники, деловые партнеры? Кто подкупил бармена, чтобы тот твердо держался версии о том, что Калверт якобы сам упал со стула? Нет, Плайер – не плод галлюцинации. Челюсть ноет по-настоящему… А теперь еще и Гастингс. Какова его роль во всей этой кутерьме? Зачем он пожаловал в его квартиру прошлой ночью? Служащий банка – взломщик! Звучит абсурдно. Такой он весь аккуратный, прилизанный, вышколенный. Куда катится человечество? Никаких моральных норм! Никаких следов совести! Наверное, все это результат войны: массовый психоз и полная деградация.

5
{"b":"6004","o":1}