ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Есть одна девушка, она могла бы вам понравиться, – сказал он. – У нее большая семья. Я говорил с ней, она согласна познакомиться с вами. Лучше иметь постоянную девушку. Хотите с ней встретиться?

– Что значит большая семья? – нахмурился Джефф. – Она замужем и у нее много детей?

Блэкки засмеялся.

– Она не замужем. Она содержит мать, трех младших братьев и старого дядю. Я подошлю ее. Если подойдет, скажите мне. Я все улажу.

– Просто не знаю, – ответил Джефф, хотя предложение заинтересовало его. – Давайте посмотрим ее как-нибудь.

Стоя на стремянке и тщательно отмечая карандашом место, в которое намеревался вбить гвоздь для картины, он вспомнил свою первую встречу с Нхан Ли Квон.

Он выбрал столик достаточно далеко от громко игравшего филиппинского джаза. Площадка была заполнена танцующими. Слабое освещение зала, не позволявшее на расстоянии десяти шагов различать лица людей, создавало обстановку интимного уюта и непринужденности.

Нхан Ли Квон появилась неожиданно и бесшумно. Он смотрел в проход между столиками, надеясь увидеть ее прежде, чем она подойдет, а она приблизилась сзади.

Она была во вьетнамском национальном костюме – белых шелковых брюках, поверх которых была наброшена розовая накидка из нейлона. Расчесанные на пробор посредине маленькой головки блестящие черные волосы девушки мягкими волнами опускались на плечи. Нежная желтоватая кожа напоминала по цвету слоновую кость. Лишенный переносицы нос, губы, чуть более толстые, чем губы европейских женщин, и прекрасные черные глаза делали ее лицо похожим на кукольное. Она выглядела хрупкой, как тонкая статуэтка, вырезанная из слоновой кости.

Она улыбнулась. Джеффу не приходилось видеть таких белых сильных зубов. Он с любопытством оглядел ее лицо, шею, прикрытую высоким воротником накидки, затем взгляд его опустился еще ниже, и он увидел два бугорка, которые вызывающе оттягивали бледно-розовую ткань.

Джеффу уже приходилось слышать об уловках вьетнамских девушек. Сэм Уэйд из американского посольства просветил его, как только он появился в Сайгоне:

– Гляди, парень, чтобы эти выпуклости не обманули тебя, эти куклы плоские спереди и сзади, как мальчишки. Увидев в кино Лолу и Бардо, они осознали свои недостатки. Прогуляйся по рынку, и ты увидишь, как они приобретают свои формы. Я прикинул, продажа этих фальшивок – самое прибыльное занятие в этой дыре.

– Я Нхан Ли Квон, – сказала девушка, присаживаясь напротив Джеффа. Она говорила на прекрасном французском языке. – Вы можете называть меня Нхан.

Довольно долго они разглядывали друг друга. Джефф затушил сигарету, он неожиданно ощутил волнующий трепет.

– А я Стив Джефф, – ответил он. – Вы можете называть меня Стив.

Все произошло на удивление просто.

Джефф опустился за гвоздем, который подал ему Хоум. Он установил гвоздь точно в том месте, где была сделана карандашом отметка, взял протянутый ему Хоумом молоток и точно ударил по шляпке.

Вот так он и нашел бриллианты.

От удара молотка по гвоздю отвалился большой квадратный кусок штукатурки, обнаружив в стене глубокую дыру.

– Черт возьми! – выругался Джефф, с трудом сохранив равновесие.

Хоум выразил свою досаду, как выражают ее вьетнамцы, с помощью пронзительного квакающего смеха, всегда раздражавшего Джеффа.

– Замолчи! – закричал он и положил молоток на ступеньку стремянки. – Какого дьявола они делают стены из бумаги!

Стена, однако, не была похожа на бумажную, она имела по крайней мере два фута толщины, и Джефф подумал, что обнаруженная им дыра была, возможно, хитро замаскированным, существовавшим долгое время тайником.

Осторожно он опустил руку в темное отверстие. Пальцы на что-то наткнулись. Он вытащил маленькую кожаную коробку. Пока он извлекал ее, истлевшее дно коробочки отвалилось и яркие блестящие предметы, хлынув вниз, запрыгали по паркету.

В крошечных предметах он узнал бриллианты. Сказочно сверкающим узором они рассыпались у подножия лестницы. Не отводя глаз, он любовался их завораживающим мерцанием. Его познания о бриллиантах не превышали понятий обычного человека, но он знал, что эти камешки стоят колоссальных денег. Их по крайней мере сто штук, большинство размером с горошину. Сердце заколотилось, во рту пересохло.

Присев на корточки, Хоум зачмокал языком. Этот звук вьетнамцы издают для выражения крайнего волнения. Он поднял бриллиант и начал разглядывать его.

Джефф наблюдал за ним.

Наступила продолжительная пауза, затем Хоум посмотрел вверх, и оба мужчины некоторое время пристально разглядывали друг друга. Превозмогая гнетущее напряжение, Хоум нерешительно улыбнулся. Сверкнула золотая коронка.

– Эти бриллианты, сэр, – сказал он, – принадлежат генералу Нгуен Ван Тхо. Полиция разыскивает их много лет.

Медленно, словно он наступал на яичные скорлупки, Джефф спустился по лестнице и присел рядом со слугой.

Джефф был очень сильным человеком. Его рост превышал шесть футов, а ширины плеч вполне хватило бы для двух европейцев среднего размера. В молодости он много времени отдавал спорту. Он поднимал тяжести, играл в футбол, занимался борьбой и боксом. Даже сейчас, спустя пять лет, он все еще сохранял отличную форму. Разница между двумя склонившимися людьми бросалась в глаза. Рядом с мускулистой тушей Джеффа вьетнамец выглядел недоразвитым пигмеем.

Джефф подобрал бриллиантик и покатал его между пальцами.

«Эти камни, – думал он, – наверное, стоят миллион долларов, а может, и больше. Вот это удача! Надо было вбить этот проклятый гвоздь в эту проклятую стену, чтобы найти сокровище».

– Генерал был очень богатым человеком, – сказал Хоум. – Было известно, что он покупал бриллианты. Потом бомба убила его. Его высочество будет очень обрадован тем, что бриллианты нашлись.

Джеффу показалось, будто его сердце ударилось о ребра. Он посмотрел на Хоума, который со счастливой улыбкой рассматривал бриллианты.

– О чем ты говоришь? – спросил Джефф. Он выпрямился и с высоты своего роста разглядывал скорчившегося вьетнамца. – Какой генерал?

– Генерал Нгуен Ван Тхо. Он служил при французах. Он много сделал вреда, прежде чем бомба его убила. Он награбил много денег в армии и купил на них бриллианты. Прежде чем он смог убежать, взорвалась бомба.

Джефф подошел к столу, взял пачку сигарет, вытряхнул сигарету и закурил. Он заметил, что руки его дрожат.

– Почему ты думаешь, что эти бриллианты принадлежали генералу? – спросил он, досадуя на непредвиденное осложнение. Сразу вспомнилось, что Хоум был горячим сторонником существующего режима, а на кухне у него висела фотография президента Нго Дин Дьема. Он вспомнил также, что два раза в неделю Хоум посещал курсы политических наук, и сразу же оценил значение этих обстоятельств. Да, чертовски не повезло, что в комнате оказался этот маленький вьетнамец!

Следует тщательно обдумать положение, размышлял Джефф, если он намерен сохранить бриллианты, а именно это он и собирался сделать.

– А кому бы еще могли они принадлежать? – спросил Хоум. Он подбирал бриллианты и складывал их в ладошку. – Этот дом когда-то принадлежал Мей Чанг.

Едва слушая, Джефф продолжал размышлять. Эта маленькая свинья собирает бриллианты, как будто бы это его собственность. Если ему разрешить, он отнесет их прямо президенту.

– Кто такая Мей Чанг? – спросил он, раздумывая, как следует поступить с бриллиантами. Разумеется, не во Вьетнаме. Их следует отвезти в Гонконг, там их нетрудно будет продать.

– Она была женщиной генерала, – сказал презрительно Хоум. – Когда он умер, ее посадили в тюрьму. Это был ее дом. Генерал, очевидно, спрятал здесь драгоценности.

– Если власти знали, что эта женщина здесь проживала, почему они не пришли сюда и не нашли бриллианты?

– Думали, что бриллианты украдены, – ответил Хоум, залезая под стул за закатившимся туда бриллиантом. – Считали, что они были у генерала, когда взорвалась бомба, и кто-нибудь в суматохе взял их на трупе.

2
{"b":"6009","o":1}