ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ну и ну! Вот это новости! — сказал Конрад. — Она-то знает об этом? У вас, что, нет ничего серьезнее, чем заботиться о неизвестной статистке.

— В качестве законного представителя «Норгейт — Юниси» я беру под защиту всех его членов, а мисс Колеман является членом этого союза.

— Ладно, я должен подумать, — сказал Конрад и взглянул на Фореста.

— Но он хочет увидеться с ней сейчас же, — сказал прокурор.

— И никто не имеет права мне препятствовать, — ровно сказал Голович. — Я не должен вам об этом говорить. — Он поднялся и, наклонившись вперед, хлопнул по бумаге, лежащей на столе перед Форестом. — Вы удовлетворены этим?

— Да, — ответил Форест, пожимая плечами. Он посмотрел на Конрада. — Лучше позови мисс Колеман, раз он хочет ее видеть. Мы подождем.

Конрад кивнул и вышел из кабинета. Он был уверен, что Фрэнси захочет встретиться с Головичем, и некоторое время стоял, раздумывая. Он мог бы предупредить ее, но расположена ли она прислушиваться к его предупреждениям? Понимает ли она, какой опасности подвергается. Если Голович уведет ее из кабинета окружного прокурора, она исчезнет. В этом он был уверен.

Он вернулся в свой кабинет.

— Дай мне шесть фотографий любых наших клиентов, — сказал он Ван Рошу и добавь к ним фото Маурера.

Ван Рош подошел к досье и через минуту подал Конраду шесть фотографий.

— Я хочу, чтобы ты пошел со мной, — сказал он. — Когда я подам тебе знак, приведешь в ее комнату Пита Вайнера. О'кей? Ван Рош удивился.

— Что за идея?

— Посмотрим. У нас мало времени. Пошли. На лифте они поднялись на десятый этаж.

— Сиди с Вайнером, пока я не пришлю за вами, — сказал Конрад и быстро пошел по коридору к двери в комнату Фрэнси.

Джексон и Норрис, все еще сидевшие у двери, кивнули ему, когда он постучал в дверь. Дверь открыла Мэдж. Она была раздражена.

— Как она? — спросил Конрад, стараясь говорить тихо.

— Неважно.

Конрад кивнул и прошел по внутреннему коридору в комнату. Он сразу почувствовал, увидев Фрэнси, что она с трудом сдерживает возбуждение, несмотря на то, что прошло уже несколько часов.

— Она смотрела в окно Сиделка, увидев Конрада, встала и быстро вышла.

— Надеюсь вы чувствуете себя лучше, мисс Колеман? — спросил Конрад.

Она быстро обернулась. В глазах был гнев. Она прошла через комнату и встала перед ним.

— Я хочу домой, — горячо сказала она. — Вы не имеете права держать меня здесь.

— Я знаю, — мягко сказал Конрад. Он подумал, какой живой она выглядит в гневе. Совсем не такой, как Дженни. Ничего злобного в ней не было. — Прошу прощения за это, мисс Колеман. Мы думаем, что вам пока безопаснее оставаться здесь.

— Я сама знаю, что мне лучше!

— Вы думаете? — улыбнулся он, надеясь успокоить ее улыбкой, но она продолжала смотреть на него с напряженным, возмущенным лицом. — Сядьте, пожалуйста, если после того, что я вам расскажу, вы все еще будете хотеть домой, тогда я вас отпущу. Я не могу насильно задерживать вас.

Ее гнев стал стихать, но глаза еще смотрели подозрительно.

— Я не хочу ничего слушать. Я хочу уйти сейчас же.

— Я хочу, чтобы вы попытались стать разумной. Мы думаем только о вашей безопасности. Почему, как вы думаете, этот гангстер пытался убить вас? Думали вы об этом?

Он увидел, что подозрительность как будто исчезла из ее глаз.

— Он… он, должно быть, сумасшедший.

— Вы, действительно, так думаете? — Конрад сел. — Присядьте на минутку. Я вас долго не задержу.

Поколебавшись, она села и положила руки на колени.

— Вы все еще настаиваете, что ничего не видели, когда были у мисс Арно? — спросил Конрад, доставая из кармана фотографии.

Он увидел, что ее лицо напряглось.

— Я уже сказала вам, что ничего не видела. И, если вы собираетесь начать все это снова…

— Пожалуйста, потерпите. Взгляните на эти фотографии и скажите, знаком ли вам кто-нибудь?

Он протянул ей фотографии и она с неохотой взяла их. Она стала просматривать снимки и, когда дошла до Маурера, Конрад заметил, как она сжалась. Она бросила фотографии, будто они стали горячими, и вскочила на ноги.

— Я не хочу иметь ничего общего со всем этим, — закричала она, побледнев. — Я требую, чтобы меня отпустили домой!

Конрад наклонился и собрал фотографии. Он не хотел, чтобы она заметила его волнение. Теперь он был уже уверен, что она видела Маурера в Тупике. Почему бы иначе она реагировала таким образом?

Он протянул ей фото одного Маурера.

— Вы знаете, кто это?

Она даже не взглянула на снимок.

— Я не знаю никого из них.

— Вы когда-нибудь слышали о Джеке Маурере?

— Конечно, он — рэкетир, — сказал он, отвернувшись. — Он меня не интересует, так же, как и остальные все.

— Я хочу вам рассказать о Маурере, — сказал Конрад, глядя на фотографию. — Он — оригинальный человек. Я бы сказал, что он сейчас наиболее могущественный человек в штате. Когда ему было пятнадцать лет, он стал телохранителем у Джона Морити. Ему не было еще и шестнадцати, но он уже трижды арестовывался по подозрению в убийстве, но каждый раз не оставалось живых свидетелей, которые могли бы дать против него показания. Когда Морити утратил власть, Маурер перешел к Цетти. За десять лет он совершил тридцать убийств, в основном, с грабежами. Когда и Цетти попал за решетку, Маурер перешел к Большому Джо Бернштейну. Немного позднее он стал одним из главарей преступного синдиката. Вы слышали о синдикате? Эта организация распространяет свое влияние на всю страну. Страна поделена на зоны, и Маурер получил Калифорнию. Он босс рэкета здесь вот уже десять лет и примечательно, что он сделал за это время. Он взял под контроль все основные группы. Каждый член этих союзов платит мзду, не получая ничего взамен. И все они так слепы и глупы, что не понимают этого. Он взял в свои руки также Нейлон-бизнес. Знаете, что это такое? Это самое выгодное занятие. За каждые пять долларов, данные взаймы, ростовщику возвращают шесть через неделю. Таким образом это дает 120% за сорок два дня. Если должник не платит вовремя, двое людей Маурера приходят к нему и делают ему силамин. Если вы не знаете, что это, я расскажу. Силамин — это избиение свинцовой трубой, завернутой в газету. Если и после этого должник не может заплатить, он получает пулю в голову.

Конрад сделал паузу, чтобы взглянуть на Фрэнси, но она повернулась к нему спиной и смотрела в окно.

— Маурер взял в руки также телефонную связь, — продолжал он, — без которой ни один букмекер не может действовать, и за право пользования этой связью каждый букмекер должен вносить еженедельную плату. Он также контролирует в районе азартные игры, и только это приносит ему каждый месяц 55 тысяч долларов.

Фрэнси вдруг воскликнула:

— Зачем вы рассказываете мне все это. Мне неинтересно, и я не хочу больше ничего слушать!

— С того времени, как Маурер правит здесь, произошло свыше трехсот убийств, — продолжал Конрад, будто не слыша ее — Мы посадили только десять человек, и в каждом случае было известно, что осужденный работал на Маурера. Сам Маурер лично убил тридцать три человека, но это было до того, как он стал боссом. Теперь только он отдает приказы. У нас никогда не было возможности обвинить его в убийстве. Но девятого числа этого месяца он влип. Впервые за последние пятнадцать лет он убил своими руками. Именно он убил Джун Арно, которая была его любовницей и изменила ему. У нас все еще нет доказательств, что он убил ее, но у нас есть очень сильные косвенные улики, что это сделал он. Нам нужно только свидетельство о его пребывании в том месте во время убийства, чтобы осудить его и очистить Калифорнию от наиболее опасного и крупного гангстера не только этого, но и других веков. — Конрад наклонился в ее сторону. — Я думаю, вы видели его приезд или отъезд из Тупика. Имея ваши показания, я смогу привлечь его к ответственности. Это ваша обязанность, мисс Колеман, дать показания, и я прошу вас сделать это!

Фрэнси отвернулась. Лицо у нее стало белым, как свежевыпавший снег, а глаза казались дырами на белом фоне.

28
{"b":"6021","o":1}