ЛитМир - Электронная Библиотека

– Как я понял, вы Честер Кейн, – отрывисто произнес он.

– Он самый. – Он не был мне симпатичен, и я не протянул ему руки.

– Я Джон Херрик, – представился он. – Вы вряд ли слышали обо мне. Но я о вас наслышан. Честно скажу, что огорчен вашим прибытием сюда, мистер Кейн. Похоже, вы приехали сюда отдохнуть, и я надеюсь, это окажется правдой.

– Благодарение Богу, наконец-то нашелся хоть один человек, который не рад меня видеть здесь, – сказал я, рассматривая его. – А я уже начинал думать, что такой радушный прием был искренним.

– В нашем городе и без вас достаточно неприятностей, и лишний гангстер принесет только вред, – спокойно сказал Херрик.

– Вы ошибаетесь, – засмеялся я. – Не такой уж я и плохой. И послушайте, если меня оставить в покое, я приятнейший человек на земле. Но когда меня начинают задевать, это заставляет меня нервничать, а когда я нервничаю, я становлюсь немножко диким.

– Простите мою назойливость, мистер Кейн, – сказал он, задумчиво глядя на меня. – Я не сомневаюсь, что, если бы вас оставили в покое, вы вели бы себя так же хорошо, как и большинство обывателей. Но мне кажется, этого не случится, и было бы лучше, чтобы вы уехали из Парадиз-Палм. Я думаю, впереди вас ожидают крупные неприятности, да и нас тоже.

Я внимательно изучал бурбон в бокале.

– У меня такое же ощущение, но, несмотря на это, я остаюсь.

– Очень жаль, мистер Кейн. Вероятно, вы еще пожалеете о своем решении.

И тут я обнаружил, что Спераца стоит возле меня. Херрик резко повернулся и вышел из ресторана. В глазах Сперацы застыла неприязнь, и я видел, что он несколько растерян.

– Этот тип, безусловно, не принадлежит к комитету по моей встрече.

– Не обращайте внимания, – Спераца вновь вернул на лицо улыбку, что далось ему нелегко. – Он выдвигает свою кандидатуру на выборы в следующем месяце, – губы Сперацы скривились в гримасе, и он продолжил: – У него своя программа реформ.

– Кажется, ему очень хочется, чтобы Парадиз-Палм стал честным и чистым городом, – сухо добавил я.

– У всех политиканов существуют избирательные трамплины, – сказал Спераца, пожав плечами. – Никто его всерьез не принимает. Он не пройдет. Пройдет Эд Киллиано, которого наши сограждане уже выбрали.

– А что хорошего в Эде Киллиано?

Мы вновь посмотрели друг на друга, затем Спераца махнул рукой. И к нам поспешила яркая блондинка. На ней были болеро и жакет из синего крепа и той же расцветки и материала юбка с разрезом на боку, а блуза красного цвета. Держу пари, что каждый раз, когда она входила в часовню, святые с легким свистом приподнимались со своих мест, чтобы полюбоваться ею. Когда мое дыхание восстановилось, она уже стояла рядом со мной. Она употребляла духи «Русская императрица», которые, если верить рекламе, заставляют пульс биться чаще. Реклама не врала – кровь молоточками застучала в моих висках!

Спераца с беспокойством наблюдал за мной.

– Мисс Уондерли, – представил он девушку.

Я посмотрел на нее, и она улыбнулась, продемонстрировав маленькие блестящие, словно жемчужины, зубки.

– Полагаю, вы позволите нам с мисс Уондерли познакомиться поближе, – сказал я, обращаясь к Спераце. – Я думаю, мы проведем вместе много прекрасных часов.

Он облегченно вздохнул, что заставило меня рассмеяться.

– Прекрасно, мистер Кейн. Может быть, чуть позже вы подниметесь наверх. У нас там четыре стола с рулеткой, и мы можем организовать небольшую партию в покер.

Я покачал головой.

– Что-то подсказывает мне, что сегодня вечером мне будет не до игры в покер. – Взяв мисс Уондерли под руку, я прошел с ней к бару. Краем глаза я следил, как уходил Спераца, затем сосредоточил все внимание на девушке. Я находил ее неотразимой. Мне нравились ее длинные локоны, но особенно изгибы ее фигуры. Ее груди были похожи на кубинские ананасы.

– А не выпить ли нам по случаю знакомства, – я щелкнул пальцами, подзывая бармена. – Из какого уголка рая вы убежали?

– Я не убегала, – весело ответила она. – Большую часть времени я провожу именно здесь.

Бармен вопросительно глядел на нас.

– Что ты будешь пить?

– Коктейль «Зеленый попугай». Это как раз специальность Тони.

– О'кей, – кивнул я бармену. – Два «Зеленых попугая».

Пока бармен готовил коктейль, я спросил:

– Так у тебя нет другой работы?

Она покачала головой.

– Разве умение разбираться в людях и общаться с ними не профессия? – ответила она серьезно. – Мне кажется, с вами мне будет хорошо.

– Не сомневайся, – я подмигнул. – Что, если для начала мы составим небольшую программу?

– Как скажешь… Итак, для начала мы выпьем, потом поздний ужин, затем потанцуем, дальше поход на пляж, купание, еще выпьем, потом еще, а потом…

– Что – потом?

Ресницы девушки дрогнули.

– А дальше по настроению.

– Выглядит заманчиво.

Она перевела взгляд на танцевальную площадку.

– Может, нам потанцевать?

– Разумеется!

У меня появилось ощущение, что эта ночь надолго останется в памяти. Бармен поставил перед нами два высоких бокала, на три четверти наполненных какой-то зеленой жидкостью. Я сделал движение, намереваясь достать бумажник, но он уже ушел.

– Никак не могу привыкнуть, что все здесь за счет заведения, – сказал я, поднимая бокал.

– Привыкай.

Я сделал большой глоток и быстро поставил бокал. Схватившись за горло, я закашлялся. Мне показалось, что в мой желудок проник расплавленный металл, но через несколько секунд я почувствовал себя на седьмом небе.

– Черт побери! Вот это напиток! – воскликнул я, когда дыхание вернулось.

– Тони очень гордится этим коктейлем. Его изобретение, – сказала она, потягивая напиток. – Он прошибает до кончиков пальцев.

Когда мы прикончили выпивку, казалось, мы знакомы уже много лет.

– Не пора ли нам поужинать? – сказала она, соскальзывая с табурета и беря меня под руку. – Гильермо приготовил для вас специальный ужин. – Она сжала мое запястье и улыбнулась. Ее глаза откровенно завлекали.

Гильермо провел нас к столику. Звезды сверкали над нашими головами, теплый океанский бриз овевал лица. Оркестр наигрывал приятную мелодию. Ужин был превосходен, как и вино. Нам даже не приходилось заказывать блюда и напитки, все возникало на столе, словно по мановению волшебной палочки.

Затем мы танцевали. На площадке было не очень много пар, так что мы могли дать выход своему настроению. Она танцевала превосходно, совсем как Джинджер Роджерс.

И только я подумал, что никогда не проводил такого чудесного вечера, как возле оркестра заметил коренастого мужчину, одетого в зеленоватый костюм из габардина. У него была плоская мерзкая рожа, и он следил за мной глазами, полными ненависти. Едва он увидел, что я смотрю в его сторону, как резко повернулся и исчез за портьерой.

Мисс Уондерли тоже заметила его. Я почувствовал, как напряглась ее спина. Она сделала неверный шаг, и я наступил ей на ногу. Она остановилась.

– Поехали купаться, – резко сказала она и, не глядя на меня, направилась к выходу.

Я увидел ее отражение в зеркале. Она была бледной как полотно.

4

Я поехал боковой дорогой до Дайден-Бич, уединенного пляжа в нескольких милях от казино. Ничего, кроме песка и пальм.

Мисс Уондерли сидела рядом со мной и тихонько напевала. Казалось, хорошее настроение вновь вернулось к ней.

Мы ехали, освещенные лунным светом. Ночь была душной, но легкий бриз, проникая в салон «Бьюика», приятно освежал наши лица.

– Мы почти на месте, – сказала мисс Уондерли. – Как тебе это нравится?

Место выглядело симпатичным. Пальмы подступали почти к самому океану. Не было видно ни души. Я свернул с дороги и поехал по песку, пока почва не стала сырой. Выключив мотор, мы вышли.

Вдалеке светились огни Парадиз-Палм, откуда-то доносилась негромкая мелодия. Ночь была очень тихой, и мелодия слышалась отчетливо.

– Прекрасное местечко! – заявил я. – И что мы будем делать?

3
{"b":"6022","o":1}