ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Связь с Селией доставляла ему двойное удовольствие. Эта женщина была настоящей тигрицей, она могла вонзить ногти ему в шею, если ей этого хотелось. А еще был Ролло! Ролло, который считал, что является для Селии божеством. Он верил, что он у нее единственный, и даже более того, что он вообще единственный мужчина в ее жизни. Смешно! Вот он, Батч, никогда не обольщался на этот счет. Он был достаточно умен для этого, никогда не говорил об этом и не задавал Селии никаких вопросов. В иные вечера, когда он подавал ей знак о встрече, она смотрела на него глазами, в которых не было никакого выражения. Ее глаза в такие моменты были похожи на сверкающие драгоценности. «Она ждет другого типа», – с досадой думал он тогда. И все это она вытворяла за спиной Ролло! Да и он, Батч, делал все это со злорадным желанием обставить Ролло хоть в чем-нибудь.

Ролло был опасным типом. Батч восхищался им, потому что он отличался от Аль Капоне и Вига Моргана. Он не устраивал бойни, никогда не поддавался слепому гневу. Он просто был опасен, как опасна змея. Ролло всегда спокойно сидел на своем месте с самым мирным выражением на толстом лице, создавая впечатление, что ничего не собирается предпринимать. А потом, совершенно неожиданно, через несколько недель наносил удар. И вы потом совершенно случайно узнавали об этом от кого-нибудь. Какой-нибудь тип, с которым вы выпивали, мог спросить вас между прочим: «А ты ничего не слышал о Джонни Ги? А о Билли Адамсе?» И вы старались вспомнить, не тот ли это Джонни Ги, который пару недель назад не поладил с Ролло, и невольно думали: «Бедняга, у него произошло ужасное внутреннее кровоизлияние, будто он наелся стекла». Да, Ролло был асом в умении подсыпать толченое стекло в вашу пищу. Вы никогда не могли быть уверены наверняка, в каких отношениях находитесь с Ролло. Играть с Селией при таких условиях было вдвойне опасно. Это походило на игру с черной мамбой. Но все это очень нравилось Батчу. Он обожал риск, тайные свидания, адреналин в крови. Вдруг Ролло застанет их в тот момент, когда они будут вместе? При одной этой мысли он чувствовал ни с чем не сравнимое возбуждение.

Он миновал Кроновер-Плейс и по Конститушн-Хилл выехал на Пиккадилли. Он прикурил сигарету, чиркнув спичкой о ноготь большого пальца, и, вдыхая дым, опять подумал о Килрое. Батч с такой силой сжал баранку, что суставы пальцев побелели. Этот черный крутится возле Селии, и ради удовольствия почувствовать его на мушке револьвера стоит попасться копам в лапы. Батч даже сам себе не хотел признаться, что это была единственная вещь, которая его бесила в отношении Селии. Его совсем не беспокоили белые, с которыми забавлялась Селия, раз она никогда ему об этом не говорила, но при мысли о том, что это может быть негр, он начинал все видеть в черном свете. Пересекая Кларк-стрит, он бросил взгляд на приборную панель: было без двадцати час. «Да, это будет как раз вовремя», – сказал Батч себе, покачав головой, и свернул на Барклей-стрит. Он прибавил газу, потом затормозил и повернул на Брайтон-Плас. Высунувшись из машины, Батч посмотрел на окна квартиры над гаражом. Они были освещены, шторы задернуты не до конца.

Батч даже замурлыкал от удовольствия. Она дома! И все же он не сразу вышел из машины. Он должен был до конца придерживаться правил игры, которая была для него источником наслаждения. Он дважды посигналил. Сигнал вышел глухим, коротким и дрожащим, но для Селии этого было вполне достаточно. Она безошибочно узнавала его. Батч наклонился к окошку и стал ждать.

Шторы сдвинулись и снова задернулись. Это значило, что Селия одна. Батч вышел из машины. Открывая двери гаража, он вспомнил день, когда шторы на этих окнах были задернуты до конца. Это, правда, произошло лишь один раз, но доказывало, насколько они должны быть осторожны. В этот вечер Ролло вернулся вместе с Селией. Разумеется, если бы они не отработали этот сигнал со шторами, Батч нарвался бы на крупную неприятность, поскольку правдоподобно объяснить свое появление он бы не смог.

Батч поставил машину в гараж, погасил фары и выключил двигатель. Потом закрыл изнутри дверь гаража и нажал кнопку у двери квартиры Селии. Насвистывая, он вскарабкался по крутой лестнице, ведущей в маленькую переднюю, обитую дубовыми панелями с мягкими бархатными занавесками. На богато украшенном эбеновом цоколе возвышалась бронзовая статуя женщины в непристойной позе. Эта статуя всегда шокировала Батча, и он даже несколько раз просил Селию убрать ее. Но Селия отказывалась, заявляя, что находит ее забавной. Батч надел свою шляпу на голову статуе и прошел в комнату, которую его подруга превратила в спальню.

Селия лежала поперек кровати. На ней была пижама огненного цвета и тяжелый золотой браслет на запястье. На голове у нее была купальная шапочка из белого шелка. На любой другой женщине это одеяние казалось бы нелепым, но Селия была в нем просто очаровательна.

Батч бросил на нее плотоядный взгляд. Ночь, которую ему предстояло провести, целиком зависела от ее настроения. Он сразу же заметил, что у Селии отсутствующий взгляд и не очень хорошее настроение. Сколько же потребуется усилий, чтобы расшевелить ее, а Батч был таким ленивым!

– Салют! – сказал он, садясь на кровать. – Тебе сегодня без труда удалось ускользнуть от него?

– О! – Селия скорчила гримасу. – Он, как обычно, устроил мне сцену, он ведь не выносит, если я покидаю его хоть на минуту.

– Как я его понимаю! – сказал Батч, облокачиваясь на спинку кровати. – Ты сегодня потрясающе выглядишь.

Селия сделала неопределенный жест.

– Что произошло сегодня вечером?

– Я следил за одним типом. Что он хотел?

– Кто хотел?

Батч достал пачку «Кэмел», вынул две сигареты, положил их на кремовое покрывало, потом спрятал пачку обратно в карман и предложил одну сигарету Селии. Закурив, он сказал:

– Сегодня у Ролло был Кестер Вайдеман, миллионер.

– Ты уверен? – Глаза Селии расширились.

Батч кивнул.

– Что он хотел? О какой комбинации говорил? Что ему нужно от Ролло?

Она откинулась на спину и уставилась в потолок. Он был украшен серебряными звездами на синем фоне, и Селия в такие моменты представляла себе, что, лежа в постели, смотрит в небо.

– Мне кажется, он просто сумасшедший, – ответила она. – Я сразу поняла это, когда посмотрела ему в глаза.

Батч наклонился, намереваясь коснуться ее, но она резко оттолкнула его руку. Он недовольно скривился и пожал плечами.

– О чем ты думаешь, Селия?

– О Кестере Вайдемане, – ответила она.

– Что хотел Вайдеман от Ролло? – снова спросил Батч.

– А почему бы тебе не спросить об этом у Ролло? – Она отрешенно улыбнулась.

Он нагнулся и, схватив за руку, грубо притянул ее к себе.

– Я спрашиваю об этом тебя.

Маленькая темная рука, как молния, метнулась к его лицу. Но Батч предупредил удар. Он схватил Селию за запястье и сжал так, что она невольно охнула и сморщилась от боли.

– Только не это, мой сладенький ангел, – сказал он. – Я много раз тебе говорил: не пытайся меня ударить.

– Оставь меня в покое, – устало попросила она.

Он посмотрел на нее сверху и прочитал в ее глазах отчужденную неприязнь. Увидев, как она вытягивает верхнюю губу, будто разъяренная кошка, отчего стали видны ее ровные белоснежные зубы, Батч усмехнулся:

– Какая муха тебя сегодня укусила? – Он встал. – Какого дьявола нам всегда надо ссориться? Разве мы недостаточно знаем друг друга, чтобы обойтись без этих глупостей? – Он подошел к камину и облокотился на полку, в зеркале которой отразилось его волевое лицо. – Вот скажи мне, почему ты сердишься?

– Я не сержусь. – Она снова повернулась на спину, потирая руку, которую он только что сжимал.

Батч скорчил зеркалу гримасу.

– Вот и отлично, – сказал он, обернувшись. – Тогда забудем все это. Не делай секрета из чепухи. Чего хотел Вайдеман?

– Я же сказала тебе, что он полоумный. Ему что-то нужно знать относительно вуду. Я не придала значения его словам.

Одним прыжком Батч очутился на ней. Схватил ее за обе руки и прижал их к бархатному покрывалу.

7
{"b":"6024","o":1}