ЛитМир - Электронная Библиотека

Когда они наконец достигли берега, англичанин повалился на землю, а остальные несчастные оглядывали пустынный пейзаж. Вокруг простиралась плоская, бесплодная земля без признаков человеческого жилья. Но что-нибудь обязательно найдется, Эсме это знала. Какое-нибудь укрытие. Сама она спокойно расположилась бы здесь, ей не привыкать спать на открытом воздухе даже в дождь. Но к сожалению, ее пациенту нужна крыша над головой, и холода он не выдержит. Хватит с него сложностей.

— Помогите англичанину, — сказала она морякам, взяв ружье и перекинув через плечо сумку. — Петро, тащи его багаж и придержи язык. Идем на восток; дорога долгая, на сетования и безделье нет времени.

Когда Вариан проснулся после того, что он отчаянно хотел бы считать ночным кошмаром, солнце уже встало. Или он так решил. За открытой дверью было серое, а не угольно-черное пространство. Дождь все еще лил не переставая, перед дверью образовалось небольшое озеро, перед узкими щелями, ведущими к окнам, — две его сестрицы-лужи.

Он два раза зажмурился, но когда открыл глаза, увидел ту же ужасающую картину: каменные стены хибары — темные и скользкие, одеяло, на котором он лежит, — грубое и сырое. Голова болела так, как будто все демоны Гадеса[2] лупили его дубинками, на зубах скрипел песок, и живот подвело от голода.

— Проклятие, — простонал он.

Маленькая прохладная рука коснулась лба. Он испуганно дернулся и встретил трезвый взгляд зеленых глаз. Он не догадывался, что Зигур прикорнул рядом с ним.

— Жара у вас по-прежнему нет, — сказал мальчик. — Это хорошо. Мы не можем разводить огонь, и я боялся, что вы простудитесь, но вы оказались крепче, чем я думал.

— Голова раскалывается на тысячу кусков, — скрипнул зубами Вариан. — На той мерзкой лодке я потерял последнее, что ел; даже не вспомню, когда принимал пищу в последний раз. Промок, чувствую себя грязным и…

— Тогда благодарите судьбу, что у вас нет простуды и лихорадки. Как и у меня. Простуда не страшна, если ее лечить, — он счел нужным объяснить, встретив раздраженный взгляд Вариана, — но что делать без чеснока и лечебных трав?

Преодолевая боль, Вариан медленно поднялся на локте. Он увидел, что одеяло Зигура расстелено рядом на относительно сухом грязном полу, и с горечью подумал, какие паразиты эмигрировали к нему за ночь. Он был уверен, что свою одежду парнишка не стирал с тех пор, как впервые надел. Вариан желал бы, чтобы Джейсон уделял меньше времени урокам языка своего маленького бастарда, а больше — правилам личной гигиены.

— Как я понимаю, твои волшебные лекарства покоятся на дне моря вместе с кораблем. Конечно, если они тебе нужны.

— Не нужны. Остальные наши встали на рассвете. Мы увидели, что судно держится на плаву, хотя сильно потрепано. Думаю, в него ударила молния, потому что мачта сломана. Петро и два моряка отправились принести все, что нам понадобится. К сожалению, нам придется остаться здесь надолго. Скорее всего им придется менять всю мачту. Ну и прочие работы. — Он развел руками. — В такое время года пройдет несколько недель, прежде чем судно снова сможет плавать.

— Несколько недель? Ты хочешь сказать, мы здесь застряли? — Вариан с отчаянием обвел взглядом жалкую, отвратительную лачугу. По стене ползли две улитки.

Мальчик сел, скрестив ноги, и с раздражающим терпением объяснил:

— Это устье реки Шкумбин. Прибрежная местность болотистая, есть только несколько бедных деревушек. Чтобы двигаться по земле, нужны лошади, а ближайшее селение, где их можно нанять, в двадцати английских милях к востоку.

— Ты шутишь. На двадцать миль нет лошадей?

— Вы не в Англии и не в Италии. Моя страна бедная, лошади здесь — большая ценность. Какой дурак станет держать конюшню на огромном болоте? Здесь можно найти только мулов.

— Не может быть, чтобы я застрял в этой лачуге на несколько недель. — Вариан содрогнулся. — Это немыслимо. Мы кого-нибудь пошлем за лошадьми или за другим кораблем.

— И если судьба вам улыбнется, они выполнят свою миссию меньше чем за месяц. — Мальчик изучал свои смуглые маленькие ручки. — Как пожелаете, эфенди. Вы великий английский лорд. Идти пешком — ниже вашего достоинства. К тому же испортятся ваши красивые ботинки.

Вариан опустил взгляд на грязные, в пятнах соли ботинки, потом подозрительно посмотрел на мальчишку:

— Кажется, ты невысокого мнения об английских лордах?

— Прошу прощения, если я вас обидел, — сказал Зигур, не поднимая глаз. — Все от невежества. Я редко бываю в компании принцев.

— Ты нахальный маленький негодяй и не расходуй на меня свое лживое смирение. Несмотря на эту дьявольскую шишку на голове, мозги мне еще не отказали. — Превозмогая протест ноющих мускулов и сверкание молний в голове, Вариан сел. — Думаешь, я тебе посмешище? Если бы тебя так хватили по башке, ты бы не держался с таким чертовым превосходством.

— Если бы турок ударил меня так, как вас, я бы умер, — ответил мальчик с едва заметной улыбкой. — У вас удивительно твердая голова, эфенди.

Вариан осторожно притронулся к пульсирующей шишке над ухом и поморщился:

— Все английские лорды твердоголовые. Ты не знал?

Мальчик улыбнулся шире, от этого его лицо преобразилось, и Вариан впервые заметил на нем выражение, несвойственное Персивалю, хотя во многом братья были похожи. Рот был другой, шире и полнее, и вообще все черты лица более нежные. Ребенок был по-своему красив. В этот момент Вариан понял, как такой мальчик мог вызвать аппетит у мужчины, хотя это соображение было чисто умозрительным. Как ни испорчен был лорд Иденмонт, свои плотские желания он устремлял только на взрослых женщин. Мысль использовать для утех ребенка вызывала в нем тошноту.

Изгнав видение Персиваля или этого бедного Джейсонова отпрыска, отданных на милость распутного сарацина, Вариан улыбнулся Зигуру.

— Это правда, я не выношу болезней и боли, — сказал он. — И я действительно пришел в ужас, увидев, что испортил свои любимые ботинки. Но лучше я все же не буду гнить посреди болота. Если у тебя есть разумная альтернатива, говори.

Эсме полночи пролежала без сна рядом с англичанином, уверяя себя, что она все делает правильно. Насчет корабля она сказала правду, Петро и другие подтвердили, когда вернулись. Еще больше, чем англичанин, она не была намерена неделями околачиваться на бесплодной земле. Она хотела, чтобы ее кузен благополучно и побыстрее убрался из Албании, тогда она будет довольна жизнью. Чем быстрее они доберутся до Тепелены, тем скорее это произойдет. В теперешних обстоятельствах наиболее быстрый способ преодолеть около сотни миль к югу — наземный.

К тому же если они будут ждать корабля, она окажется в Корфу среди британцев, там же будет Байо, и он заставит ее поехать в Англию. Вчера утром в Дурресе она была слишком потрясена, чтобы спорить с ним или хотя бы думать. С тех пор у нее было достаточно времени на размышления.

Ее мысли были об отце, который погиб за нее. Никогда больше он не будет дразнить ее и смеяться вместе с ней. Вовек ей не придется гордо стоять рядом с ним, когда он хвастается перед друзьями — вот его дочь, маленькая воительница. Она уже не услышит его ласкового голоса, полного любви, даже если он ее ругал. Любимого отца, мечтавшего вернуться вместе с ней к своему народу, подстрелили, как собаку… из-за нее. С ним ее жизнь не была бы пуста, куда бы они ни отправились. Без него у нее ничего нет, одно только горе… и ей не с кем его разделить.

Весь долгий день она запрещала себе горевать, воздвигла крепостную стену вокруг ноющего сердца, заставляла себя делать все, что нужно. И весь этот бесконечный день в ней нарастала ярость, пока ей не стало казаться, что она сходит с ума. Она не может уехать, она не найдет покоя, пока сердце взывает об отмщении. Байо ошибается. Он не уничтожил убийц отца: Исмал еще жив. У дочери Рыжего Льва есть только один путь — кровь за кровь.

Это будет несложно. Сначала она проводит кузена, потом возьмется за Исмала. Поскольку Джейсон умер, Исмал должен будет заплатить калым Али-паше, высокий калым. Но Исмал заплатит больше, чем деньгами и драгоценностями; когда она отнимет жизнь у этого молодого тела, ее честь будет восстановлена. В свою очередь, она должна будет заплатить, это она понимала очень хорошо, — либо своей жизнью, либо в постели очередного фаворита Али. Она не боялась. После того как она местью очистит свою оскверненную душу, она вынесет все, что ей уготовит судьба.

вернуться

2

Гадес — бог подземного царства в греческой мифологии.

9
{"b":"6026","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Самогипноз. Как раскрыть свой потенциал, используя скрытые возможности разума
Про глазки. Как помочь ребенку видеть мир без очков
Она не объясняет, он не догадывается. Японское искусство диалога без ссор
Помолвка с чужой судьбой
Уроки соблазнения в… автобусе
Каков есть мужчина
Вдохновляющее исцеление разума
Открытие ведьм