ЛитМир - Электронная Библиотека

— Он был в вашем списке. Но кажется, у вас есть возражения?

— Никаких. Полагаю, вы знаете, что делаете.

— Но вам это не понравилось. — Исмал отошел от Лейлы и сел на софу, уставившись в потертый ковер на полу. — Я читаю на вашем лице явное неодобрение.

Лейла надеялась, что Эсмонд не заметит ее огорчения, хотя у нее не было никакого права осуждать графа за то, как он развлекается. С другой стороны, нет необходимости скрывать от кого бы то ни было свои чувства к Дэвиду.

— Ладно. Вы правы. Мне это не нравится. Я не хотела включать в список имя Дэвида, но вы попросили, чтобы я перечислила всех друзей Фрэнсиса, а Дэвид проводил с ним много времени. Но подозревать маркиза смешно. Вы можете себе представить его тайком подмешивающим яд в настойку опиума?

— У меня хорошее воображение, мадам. Вы даже не представляете, что я могу себе навоображать.

Лейла сидела спиной к окнам, так что Эсмонд вряд ли мог видеть, как краска прихлынула к ее щекам. В тоне его голоса слышался такой намек, что даже если бы граф сказал таким тоном простое «здравствуйте», оно прозвучало бы как двусмысленность.

А может быть, и нет.

Скорее всего все дело в ее собственном буйном воображении.

— Что ж, прекрасно. Если вам не жалко попусту тратить время — это ваша забота или забота того, кто вам платит.

— Вам нравится лорд Эйвори?

— Он интеллигентный и приятный молодой человек.

— Не похож на тип человека, который обычно составлял компанию месье Боумонту.

— Вы хотите сказать, на повесу? Но Фрэнсис очень часто общался с более молодыми и менее опытными людьми.

— И сбивал их с правильного пути.

— Фрэнсиса вряд ли можно было назвать человеком, который вел бы их в обратном направлении. Большинство из них в недавнем времени возвратились из большого путешествия по континенту. А с Фрэнсисом они совершали большое путешествие по полусвету.

— Отдавали дань увлечениям молодости?

— Да.

— Но что касается молодого человека, о котором мы говорим, вам бы хотелось, чтобы он этого не делал?

Какой смысл пытаться что-либо от него скрывать? Эсмонд расследует убийство, и ему необходимо знать все. Он уже вчера предупредил ее: вопросы будут бесконечными и многие из них —

дерзкими.

— Мне бы хотелось, чтобы Дэвид вообще не знал моею мужа. Он не похож на остальных. В нем нет ничего от типичного праздного аристократа. К сожалению, у Дэвида ужасные родители.

Они не имеют ни малейшего представления о том, как с ним обращаться. Они никогда не предполагали, что он станет наследником. Он вообще не должен был родиться. Между ним и его младшей сестрой Энн большая разница в возрасте.

— Его рождение, очевидно, оказалось большой неожиданностью для родителей.

— У него есть две старшие сестры, не помню их имен. Я с ними не знакома. Много лет тому назад Фрэнсис познакомился с его старшим братом Чарлзом.

— У Эйвори есть старший брат? Он никогда о нем не говорил.

— Чарлз умер примерно три года тому назад после несчастного случая на охоте — сломал шею. Его мать до сих пор носит по нему траур.

— Не может смириться с потерей?

— Герцогиня Лэнгфорд, кажется, ни с чем не может смириться и ничего не желает понимать. А герцог еще хуже, чем она. Их титул — это огромная, тяжелая ноша, даже для молодого человека, которого воспитывают как наследника. Но родители Дэвиду не помогали. Они просто ждали, что он станет Чарлзом — переймет все его привычки и вкусы, а вместе с ними — и друзей. Дэвид, естественно, взбунтовался. И вполне понятно, что, самоутверждаясь, он впадал в крайности.

— Мадам, ваш рассказ на многое раскрыл мне глаза. Я получил полезную пищу для размышлений. О причинах необычных привязанностей и дружбы. Мне бы хотелось продолжить разговор на эту тему, но я пообещал маркизу пообедать с ним и не хочу опаздывать.

«А после этого вы пойдете к проститутке? — подумала про себя Лейла. — Или к любовнице?» Она наверняка у него есть. Но ей-то что до этого? — напомнила она себе.

— Это означает, что на сегодня мы закончили?

— Я мог бы вернуться после обеда. Но полагаю, это было бы… неразумно.

Лейла попыталась убедить себя, что не слышала никакого скрытого намека.

— Несомненно. Обед может затянуться до рассвета.

— Как знать.

— Во всяком случае, вы будете страдать от последствий чрезмерных возлияний.

— Похоже, что у вас не менее живое воображение, чем у меня.

Лейле показалось, что Эсмонд смеется, но когда она на него взглянула, то увидела, что он даже не улыбается, а взгляд его непроницаемых синих глаз остановился на ее волосах.

— У вас сейчас выпадет шпилька.

Лейла тут же подняла руку, но опоздала — Эсмонд уже воткнул шпильку на место.

— Ваши волосы всегда такие мягкие, — пробормотал он, не отнимая руки.

Лейла могла бы отстраниться, или убрать его руку, или еще каким-то образом выразить свой протест. Но тогда бы Эсмонд догадался, как сильно он на нее действует.

— И непослушные. Подчас мне бывает трудно с ними справиться.

— Интересно, какой они длины? Хотелось бы увидеть.

— Не думаю…

— Мы встретимся снова не раньше чем через неделю. И все это время этот вопрос будет меня мучить.

— Я могу вам рассказать, какой они… Почему только через неделю?

— После того как приедут Элоиза и Гаспар. До этого мои приходы и уходы сопряжены с неудобствами. Поэтому мне пока лучше держаться подальше от вашего дома.

Говоря это, Исмал вынул шпильку, которую только что воткнул на место, и осторожно вытащил прядь волос.

— А-а, они до пояса, — улыбнулся он.

— Я могла бы вам рассказать на словах, — с бьющимся сердцем сказала Лейла.

— Я хотел убедиться своими глазами. Мне нравятся ваши волосы. Они так восхитительно спутаны.

Лейла могла бы сказать, что и Фрэнсису тоже нравилось, когда ее волосы были в беспорядке. Но вкрадчивый голос Эсмонда и его легкое прикосновение начисто вытеснили из ее головы Фрэнсиса со всеми его колкостями.

— Я не терплю, когда слуги меня причесывают. Я не могу? спокойно сидеть даже у парикмахера.

— Полагаю, вы не только сами причесываетесь, но и одеваетесь? По этой причине все ваши платья застегиваются спереди?

Лейла еле удержалась, чтобы не прикрыть руками корсаж. Но это был бы бессмысленный жест: Эсмонд уже изучил ее наряды во всех деталях, даже успел понять, что и застежки карее-1 та тоже расположены спереди.

— Какой же вы наблюдательный.

— У меня пытливый ум. Это одна из причин, почему я все делаю так хорошо.

Улыбка Исмала была обезоруживающей. Лейле пришлось напрячься, чтобы не улыбнуться в ответ.

— Возможно, вы забыли, что я не отношусь к числу подозреваемых.

— Однако мне не удается забыть, что вы женщина. Он все еще задумчиво наматывал на палец ее локон.

— Именно по этой причине вы флиртуете со мной? Но кажется, вы забыли о Дэвиде? Несколько минут назад вы были обеспокоены тем, что можете опоздать на обед с ним.

Исмал вздохнул, отпустил локон и взял свою шляпу.

— Ах да. Эти утомительные подозреваемые. Тешу себя тем, что лорд Эйвори по крайней мере интересный собеседник. Слишком многие среди друзей вашего мужа не блещут, скажем прямо, интеллектом. Они ни о чем другом, кроме спорта и женщин — а женщины для них всего лишь спорт, — говорить не могут. Мне придется с ними изрядно поработать, если я хочу что-нибудь у них выудить. С помощью Эйвори, который будет моим гидом, я смогу встретиться с этими господами в привычной для них обстановке, где они будут сами собой.

— Интересно, что вы узнаете? — Лейла взяла в руки карандаш. — Как вам удастся их разговорить и что они вам выболтают? Я никогда не представляла вас в роли детектива. Хотелось бы мне быть мужчиной, чтобы посмотреть, как вы работаете.

— Полагаю, вам хотелось бы понаблюдать за вашим молодым фаворитом, — улыбнулся Исмал.

Это, конечно, было не все, но в этом она могла признаться.

— Более того. Если бы я могла, я набросила бы Дэвиду на шею поводок. Но не могу.

26
{"b":"6031","o":1}