ЛитМир - Электронная Библиотека

Лейла обернулась к Фионе.

— Он очень старался не смотреть на тебя, — улыбнулась Фиона, перехватившая взгляд Лейлы. — Но ему это плохо удавалось.

— Ты имеешь в виду лорда Линглэя? Мне сказали, что у него дергается голова, потому что у него тик. — Лейла обратилась к леди Брентмор: — Не так ли, миледи?

— Он старый, дряхлый развратник. Пялится на всех, а особенно на молоденьких служанок. — В это время дверь в ложу открылась, и герцогиня бросила взгляд через плечо. — Посмотрите, кто к нам пришел!

Лейле незачем было смотреть. Она почувствовала, как завибрировал воздух еще до того, как уловила слабый, но такой знакомый запах. Слегка повернувшись в кресле, она улыбнулась Дэвиду, словно ее вовсе не интересовал человек, стоявший за его спиной.

Лейла заговорила с Дэвидом, притворившись, будто не замечает, что Эсмонд, после того как поздоровался с леди Брентмор, стоит всего в шаге от нее.

Через несколько минут мужчины покинули ложу, и если бы Лейлу спросили, о чем шел разговор, она — даже под страхом смертной казни — не смогла бы ответить. Все, что она запомнила, — это запах… легкое прикосновение камзола к рукаву ее платья… и пронзительный взгляд синих глаз.

В надежде на то, что никто не заметил ее смятения, Лейла все же приготовилась к насмешкам Фионы.

Но атака началась совсем с другой стороны и была нацелена не на нее.

— Что-то я тебя не пойму, Фиона Элизабет! — воскликнула леди Брентмор. — Что такое тебе сделал этот молодой человек, что ты так с ним обращаешься?

Фиона напряглась. А Лейла была слишком ошарашена, чтобы вымолвить хоть слово.

— Он спросил тебя о твоей сестре, и ты прекрасно знаешь, что он о ней беспокоится. А ты на него посмотрела так, словно он только что выполз из крысиной норы. Думаешь, что Летти сделает лучшую партию? Может, ждешь принца королевских кровей? На твоем месте я благодарила бы судьбу за то, что мальчик задал тебе вопрос после той сцены, которую ты ему устроила прошлой зимой.

Леди Брентмор повернулась к Лейле.

— Пригрозила, что отстегает его кнутом. Ничего не скажешь, приятные манеры для леди! Удачный способ выразить свою благодарность. Кнутом… по наследнику Лэнгфорда! Может быть, Фиона забыла, что Лэнгфорд и ее отец были закадычными друзьями? Или запамятовала, что Лэнгфорд пристроил на приличные места всех ее братьев после смерти отца?

Ни один мускул не дрогнул на лице Фионы, пока она выслушивала эту отповедь. Но потом виконтесса Кэррол вскочила и выбежала из ложи, с силой захлопнув за собой дверь.

Лейла тоже вскочила, но герцогиня схватила ее за руку.

— Будь осторожна, — тихо сказала она. — Следи за своими словами. Но не отпускай ее, пока она все тебе не расскажет. Не только об Эйвори, но и о том, что сделал Боумонт. Могу поспорить, что он добрался и до Летти.

— Вы только что… она моя подруга…

— В данную минуту ты не можешь себе позволить иметь друзей, девочка моя. Это работа, и ты должна ее выполнить. Я ее завела, а тебе предстоит завершить дело.

Лейла бросила взгляд на ложу Эйвори. Мужчины были заняты беседой, но Лейла была уверена, что Эсмонд видел, как внезапно ушла Фиона. Он потребует от Лейлы, чтобы она рассказала ему, что произошло в их ложе.

После недолгих поисков Лейла наконец зашла в дамскую комнату и, сунув монету в руку служащей, приказала той выйти.

Когда дверь за женщиной закрылась, Лейла подошла к ширме, отгораживавшей выход.

— Я знаю, что ты здесь, Фиона. Может быть, ты выйдешь и расскажешь мне о том, о чем должна была рассказать уже несколько месяцев тому назад? Что сделал Фрэнсис твоей сестре и в чем ты обвиняешь Дэвида? И чего ты, черт возьми, хочешь добиться, упрятав Летицию в Дорсет?

Фиона вышла из-за ширмы. Ее глаза блестели от слез.

— Ах, Лейла, — сказала она. — Летти сходит с ума от любви к нему. Что мне делать?

Лейла протянула руки. Рыдая, Фиона бросилась в объятия подруги и, запинаясь, рассказала ей все: это случилось на балу у графини Линглэй в начале декабря. Вопреки предупреждению Фионы держаться подальше от друзей Фрэнсиса Летиция дважды танцевала с Дэвидом. Поскольку Фиона решила, что Летиция не может вести себя благоразумно, она высказала все Дэвиду и предупредила его. Сразу же после этого Дэвид уехал, а Фрэнсис остался и начал насмехаться над Фионой. Он сказал, что все видят, что Летиция влюблена в Дэвида, и считают, что она — идеальная жена для наследника Лэнгфорда, поскольку отличный материал для продолжения рода — ведь Вудли размножаются, как кролики. Фрэнсис сказал, что он не сомневается, что когда Летиция будет стоять пред алтарем, маленький наследник уже будет у нее в животе и она скажет не «я согласна», а «я уже давно согласна».

Фиона, конечно, пришла в ярость, но своим ответом она бросила вызов Фрэнсису, спросив: а как насчет Эсмонда?

— Прости меня, Лейла, — сказала Фиона, — но только так я могла привести его в замешательство.

Лейла подвела Фиону к стулу, усадила ее и протянула носовой платок.

— Я понимаю. У Фрэнсиса был талант находить у людей слабые места и он обожал поворачивать нож в ране. А ты затронула его слабое место, что вполне естественно. Впрочем, все это было напрасно, потому что Фрэнсис никогда не упускал возможности отомстить. Что он и сделал, начав ухаживать за Летицией.

Фиона вытерла слезы и высморкалась.

— Я хватилась ее только через несколько часов. Но я не очень испугалась, так как думала, что Фрэнсис давно уехал — сразу же после нашей ссоры. Я поняла, что ошиблась, когда наконец нашла Летицию — на полу в оранжерее, мертвецки пьяную. Вид у нее был ужасный, можешь себе представить. Полуодетая, со спутанными волосами… Но Фрэнсис ее не тронул. До такого он все же не дошел. Зато он взял ее подвязки.

— Чтобы унизить ее. А заодно и тебя.

Лейла подошла к умывальнику и наполнила водой таз.

— Ты догадываешься, почему он украл подвязки, — сказала Фиона.

Лейла стояла спиной к подруге. Ее ум лихорадочно работал.

— Это был трофей, которым можно было похвастаться перед друзьями, — стараясь не выдать своего волнения, ответила Лейла и намочила в тазу небольшое полотенце.

Если бы Фрэнсис показал их Дэвиду, подумала она, тот бы убил его. Но он упустил время. Ему надо было сделать это сразу, в приступе ярости, а не… ждать чего-то. Но Фрэнсис не стал бы ждать до января, то есть больше месяца, чтобы показать подвязки. Он показал бы их через час или два, максимум — на следующий день. А еще он показал бы их тому, кто, по его мнению, оценил бы «шутку». Более опытному распутнику, чем Дэвид, и такому, который умеет держать язык за зубами. Потому что Летиция была не только девственницей, но происходила из знатной семьи. Другими словами, она была совершенно другого круга и для него недоступна. Если бы кто-то что-нибудь прослышал, Фрэнсис стал бы изгоем. Что и случилось. Благодаря…

Лейла обернулась к Фионе с мокрым полотенцем в руке.

— Шербурну?

Фиона смотрела на нее с недоумением.

— Благослови тебя, Господь, Фиона. Могу поспорить, что Дэвид ничего не знает о подвязках. Фрэнсис показал их Шербурну! — Она сунула полотенце в руки Фионе. — Оботри лицо. И расскажи, в чем все-таки виноват Дэвид.

И Фиона рассказала. Ее рассказ потряс Лейлу. Он был подобен змеиному яду, который проник в сердце Лейлы, в ее кровь и мозг. Но Лейла не могла себе позволить думать о своих чувствах. Это была работа, как сказала леди Брентмор, и Лейла была готова справиться с ней не хуже Эсмонда. Правда, она не обладала его дьявольским тактом…

— Ты спросила меня, что тебе делать, Фиона. Разве не ты в своей семье мужчина? Дэвид хочет жениться на Летиции. Что сделал бы в этом случае твой отец?

— Послал бы его черту, как это сделала я, — не совсем уверенно ответила Фиона.

— Но твой отец объяснил бы ему, почему он ему отказывает. Твой отец посчитал бы, что человек имеет право встретиться с тем, кто его обвиняет, и иметь возможность защищаться.

— Ты с ума сошла? — Фиона вскочила. — Я не могу…

49
{"b":"6031","o":1}