ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ничего особенного. — Он начал подниматься по лестнице. — Велел не играть твоими чувствами. Не устраивать скандала. Защитить тебя. Он считает, что проще всего это будет сделать, если мы поженимся.

Проклятие! Он собирается на этом настаивать.

— Если ты хочешь поговорить об этом сейчас…

— Еще он посоветовал не тратить драгоценного времени, проверяя алиби Эйвори. Те два дюжих молодца, о которых он упоминал, следили за ним денно и нощно с того момента, как он договорился с Хеленой, и до дня смерти твоего мужа. Как видишь, герцог позаботился о защите своего наследника. Эйвори даже близко не подходил к твоему дому ни в воскресенье, ни в понедельник.

Исмал поднялся Наверх.

— Мы с тобой работали два месяца только для того, чтобы узнать, что нам придется отказаться от всех пятерых подозреваемых.

— Возможно, я оказалась не таким уж хорошим партнером.

— Ты отличный партнер. Разве я не говорил тебе с самого начала, что такие дела требуют терпения? Я уже не в первый раз хожу вот так, кругами, а потом должен начинать все сначала.

— Неужели ты думаешь, что мы потратим остаток нашей жизни на это дело?

— Меня это не приводит в уныние. — Исмал отвел Лейлу в спальню и, закрыв дверь, сказал: — Во всяком случае, я буду занят эти бесконечные десять месяцев исключительно тобой. А за это время я докажу тебе, каким замечательным я буду мужем.

— Ты сможешь также узнать, какой невыносимой женой буду я. Ты никогда прежде не был женат. Ты не знаешь, что это такое.

— А ты разве знала? Хотя и была замужем за Фрэнсисом Боумонтом. — Исмал начал расстегивать ее корсаж. — Ты по крайней мере поняла, что я более привлекательный партнер в постели.

— Но это не все.

— Я гораздо более аккуратный.

— О, это большой плюс.

— Нет, мы не обсудили мои недостатки. Я бываю не в настроении, даже мрачен. — Исмал положил ладонь ей на грудь. — А еще — я очень старомоден. — Он поцеловал Лейлу в шею. — Я не склонен к извращениям.

— Но ты знаешь о некоторых приемах. Например, о том, что можно привязать человека к столбику кровати.

— Кажется, я тебя заинтересовал.

Лейла смотрела не отрываясь на галстук Исмала.

— Я подумала… может быть… это не так уж и неудобно. Исмал на минуту задумался. Потом развязал галстук.

— Как прикажете, моя красавица. Только скажите, это будете вы… или я?

Глава 17

Прошло две недели, а Исмал все еще размышлял о том, что произошло в тот день и в ту ночь.

У него не было сомнения в том, что Лейла верила, что по крайней мере в постели он не причинит ей боли. Но сказала она: постель — это еще не все. В браке существует множество других способов сделать партнеру больно, уж кому об этом знать, как не ей. Но Исмал не мог винить Лейлу за то, что она осторожничала. Он прекрасно понимал, что не завоевал полностью ее доверия. Если ждешь доверия от другого, сам будь правдив до конца. А к этому-то Исмал как раз и не был готов. Он боялся потерять Лейлу, если она узнает о нем всю правду.

Исмал стоял рядом с Лейлой в углу бального зала в доме герцога Лэнгфорда. Наблюдая за Эйвори, танцующим со своей невестой, Исмал думал о том, что пришлось пережить маркизу, когда он считал, что навсегда потерял любимую девушку. Он, несомненно, заплатил своими страданиями за сегодняшнюю радость. Исмал был рад за Эйвори, но и завидовал ему: маркиз мог обнимать свою любимую на виду у всех.

— Как бы мне хотелось, чтобы мы могли танцевать, — пробормотал он. — Как давно мы не кружились с тобой в вальсе.

— Когда мы вернемся домой, мы можем потанцевать в студии, а мелодию ты будешь напевать мне в ухо.

Домой. Как бы это было прекрасно: спать вместе, просыпаться вместе и вместе завтракать. Исмалу были ненавистны его предрассветные уходы. Он возненавидел их еще больше, когда Элоиза сообщила, что мадам мучают ночные кошмары. После визита Лэнгфорда Элоиза, убиравшая коридор на втором этаже, несколько раз слышала крики, доносившиеся из спальни Лейлы: она звала Исмала… а его не было.

— Думаю, что я лучше сразу уложу тебя в постель. Ты мало отдыхаешь в последнее время. Элоиза сказала, что ты просыпаешься с криком…

— Я не кричу, а плохие сны бывают у всех, — возразила Лейла. — Во всем виновата эта проклятая тайна. Я рада, что все наши подозреваемые на свободе, но убийца Фрэнсиса теперь превратился в безликого монстра. Мне нужно лицо настоящего человека, а у нас его нет.

Исмал понимал, что Лейла намеренно избегает разговоров о своих снах, но не стал настаивать. Он подозревал, что она предпочла бы умереть, но не признаваться, что напугана. Лейла не хотела давать ему повода исключить ее из расследования, несмотря на то что они пока ничего не добились.

После прихода Лэнгфорда Исмал и Лейла снова и снова изучали список знакомых Боумонта, но никто из них не вызвал серьезного интереса. Они ездили на одно, а то и на несколько светских мероприятий за вечер, расспрашивали знакомых и слушали до умопомрачения их болтовню. Потом возвращались домой и обсуждали, но не приходили к какому-либо выводу.

Исмал уже начинал думать, не теряют ли они напрасно время, но все же он не был еще готов отказаться от этого дела. Сознание того, что кто-то может его перехитрить, было невыносимо. Еще ни разу в карьере Исмала жертве не удавалось так долго водить его за нос. Во всяком случае, он был уверен, что проблема не в том, что противник слишком умен.

Просто с самого начала мозг Исмала работал не так хладнокровно, как обычно, и он знал почему: причина была в Лейле. Пока их отношения не определятся окончательно, он не сможет в полную силу заниматься этим или каким-либо другим делом.

Исмал видел, как взгляд ее карих глаз скользит от одного гостя к другому.

— Просто не верится, что моя интуиция ничего мне не подсказывает. Здесь почти весь бомонд, а ни одно лицо не вызывает каких-либо эмоций.

Лейла обернулась к Исмалу:

— Я даже думаю, не ограничились ли мы той пятеркой, потому что чувствовали, что они каким-то образом не причастны? Ты не находишь странным, что мы так упорствовали, хотя в каждом случае наталкивались на явные несоответствия: то выбор времени, то характер, то средства?

— Если будешь все время об этом думать, у тебя разболится голова, — предупредил Исмал. — Расслабься. Сегодня радостное событие — празднуется помолвка. Дэвид и Летиция Вудни замечательно подходят друг другу, и я уверен, что их счастье будет долгим. Мисс Вудли ценит Эйвори за его замечательные качества, а он ее — за стойкость. Но ты, кажется, поняла это в тот самый миг, когда я сказал тебе, что Дэвид в нее влюблен. Наградой Исмалу была ее улыбка.

— Иначе я не стала бы запугивать бедняжку Фиону.

Как раз в этот момент «бедняжка Фиона» отделилась от толпы своих поклонников и направилась в сторону Лейлы и Исмала.

— Думаю, что не менее полудюжины сердец упали на пол и разбились вдребезги, когда вы ушли, — пошутил Исмал.

— Они быстро оправятся, — небрежно бросила Фиона. — Как только мои кавалеры заметили, что Лейла недоступна, они переключились на меня. А через несколько минут прицепятся еще к кому-нибудь, вот увидите.

— Но не лорд Селлоуби, — заметил Исмал. — Он похож на человека, который определился.

— Вы очень наблюдательны, Эсмонд, — проследила за его взглядом Лейла.

— Не будьте таким занудой, — заявила Фиона. — Селлоуби неисправимый болтун и к тому же убежденный холостяк. Я знаю его с незапамятных времен, чуть ли не с пеленок. Он мог бы быть еще одним из моих братьев.

Исмал бросил на Лейлу заговорщический взгляд:

— Мадам, вы уже очень давно никого не сватали. Вы же не хотите, чтобы ваши умения покрылись ржавчиной из-за недостатка практики?

— Нет, разумеется.

— Лейла, ты не станешь… — запротестовала Фиона.

— Стану. Я должна что-то для тебя сделать.

Лейле достаточно было поймать взгляд Селлоуби, и она тут же подняла веер и поманила лорда к себе.

67
{"b":"6031","o":1}