ЛитМир - Электронная Библиотека

Теперь на нем было синее с золотом одеяние. Оно означало, что приор одновременно занимает и пост главы магистрата. Справа от него стоял второй Созидатель, моложе возрастом и острее взглядом.

Слева расположился толстый купец-крысочеловек. Судя по всему, он не питал ни малейшего интереса к тому, что происходило вокруг, и был погружен в свои бумаги.

– Толстяк, судя по всему, нас и не замечает, – пробормотала Френки.

– Он всего лишь купец, а не волшебник. Его пригласили стать членом магистрата только для того, чтобы не оскорблять других жителей города. Реальной власти он не имеет и давно с этим смирился. Тогда к чему ему делать вид, будто он участвует в обсуждении? Гораздо разумнее заняться конторскими книгами. Держу пари, он сейчас проверяет баланс своей собственной лавки. К городской казне его вряд ли допускают.

Приор закончил свою гневную речь и уставился на меня сверху вниз.

– Один из основных навыков, которым учат молодых эльфов-аристократов, – пробормотал я, обращаясь к Френки, – это высокомерно глядеть снизу на тех, кто стоит на возвышении.

И в самом деле – стол, за которым восседали главы магистрата, находился на несколько футов выше пола. Так всегда делают в подобных местах, чтобы посетитель смог прочувствовать свою ничтожность.

Не на того напали.

– Высокий Конклав эльфов никогда не вмешивается в дела других государств, – мягко произнес я.

Приор счел, что это слова прощания. По всей видимости, он и вправду не совсем пришел в себя.

– Прекрасно! – прогрохотал он. – Тогда уезжайте. Стражники проводят вас до ворот.

– Странно, – заметил я. – Много веков в вашем» городе не было ни одного стражника. Скажу больше – у вас даже и ворот-то нет. Просто въезд, который нечем закрыть на ночь. Тяжелые для вас, наверное, настали времена, раз вам пришлось нанимать гвардейцев.

Я бросил взгляд на людей Корбурга, несших караул у входа в залу магистрата.

– И опасность, поди, была очень серьезной, раз вам пришлось приглашать первую же банду разбойников, которая попалась под руку… Иначе вы бы подождали чуток и наняли профессионалов. Впрочем… Относительно ворот я был не прав. К чему запирать город, если твари рождаются в нем самом.

– Ты достаточно поупражнялся в остроумии, эльф, – отвечал приор. – Теперь можешь уезжать.

Слова его прозвучали немного двусмысленно. Стоило расценить их так, что я могу покинуть город только «теперь»; а вот если я задержусь немного, то и возможностей у меня поубавится.

– Разумеется, – кивнул я. – Будучи полномочным представителем Высокого Совета, я немедленно отправлю туда депешу с подробным описанием произошедшего. Поскольку эльфы находятся в долгих и дружеских отношениях с кентаврами, амазонками и, особенно, хобгоблинами – а ведь это они ваши ближайшие соседи – в столицы этих государств немедленно будут направлены послания. Мы обязаны предупредить союзников об опасности, которая зреет у них под боком. Так что…

Я развернулся.

– … Мы уезжаем. А вам стоит приготовиться встречать сразу три делегации. Полагаю, хобгоблины пришлют сразу три эскадры воющих бегемотов и ненавязчиво предложат вам – как теперь называют оккупацию? Ага, помощь в мирном урегулировании процесса.

Лило главного Созидателя замерло, словно он сам превратился в столь любезный его сердцу мрамор.

– Вы этого не сделаете, – прошипел он.

Я обернулся.

– Таков мой долг как полномочного представителя Совета.

Франсуаз прошептала:

– Майкл, тебе не кажется, что сейчас он прикажет нас убить? Или, по крайней мере, запереть в темницу.

Мы стояли достаточно далеко от стола и могли обмениваться негромкими репликами так, что главы магистрата нас не слышали.

– Во-первых, в городе нет темниц, поскольку тут уже несколько веков не было преступлений. А во-вторых… Если бы он мог прикончить нас тихо и незаметно, не думаю, что стал бы хоть мгновение колебаться. Но открыто выступить против Высокого Совета он не рискнет.

Я обвел глазами зал.

– Здесь слишком много свидетелей. Тимуридские наемники вряд ли умеют держать язык за зубами. Да и этот купец может проговориться. Придется тогда убивать их всех – нет, наш приятель в мантии попробует с нами подружиться.

Приор поднял голову. Было видно, что он принял решение.

– Быть посему, – сказал он. – Я расскажу вам всю правду.

9

– Таинство Созидания Храмов было открыто много веков назад, – произнес старик. – Некоторые говорят, что ему научили нас сами Небесные Бога, которые в те времена были гораздо ближе к людям, чем сейчас.

Он сцепил пальцы перед собой.

– Есть среди нас даже те, которые полагают – боги сделали это с особой целью. Наделив человека способностью созидать прекрасное из ничего, они хотели проверить, не используем ли мы полученный дар во зло.

Чародей вздохнул.

– Не знаю, правда ли это. Возможно, что наши таинства имеют такое же отдаленное отношение к богам, как и ворожба кикимор. Но основатели города были мудры – гораздо мудрее нас. Они сочли, что у них нет права рисковать – ни собой, ни всем человечеством.

– Так вы решили строить одни лишь храмы?

– Это правда. Нет ничего более далекого от войны и кровопролития, чем храм. Даже если вокруг собора бушует яростное сражение – только самые отпетые негодяи осмелятся ворваться с оружием в церковь. Конечно, находятся и такие…

Не все были согласны с решением наших основателей. Многие говорили – сила, дарованная нам, слишком велика, чтобы полагать ей границы. Мне рассказали об ужасном звере, который был вызван из священного озера – не нами и вопреки нашей воле. Однако взглянув на него, как бы он ни был ужасен, вы поймете – наш дар и правда не знает никаких пределов.

Не раз и не два вставал среди нас вопрос – не должны ли мы расширить круг творимых нами чудес. Городские стены, телеги для торговцев, обычные дома – что плохого в этих мирных сооружениях, которые принесут горожанам одну только пользу. Но раз за разом, после подробного обсуждения, мы отказывались от этих идей.

Ведь все светское можно использовать ради войны. Городские стены превратить в укрепления. Из телег составить армейский обоз. Дома перестроить в крепости и форпосты. Со стороны мы кажемся многим старыми фанатиками, которые выжили из ума и помешались на своих храмах. Но уверяю вас, Майкл, принятое нами решение имеет веские основания.

Существовала еще одна опасность, которая поджидала нас. Гордыня.

Наша власть, конечно, не сравнится с мощью богов. Однако тот, кто год за годом творит величественные соборы, сильно рискует впасть в соблазн искушения. Все претенденты на пост нового Созидателя проходят тщательный отбор и полную подготовку, в том числе нравственную.

Мы были уверены, что среди нас не окажется ни одной паршивой овцы… Но любое решение, которое принято человеком, может быть ошибочным. Ошибку мы совершили четырнадцать лет назад, когда приняли в свои ряды молодого волшебника, по имени Азраэль.

В начале он подавал большие надежды. Он обладал фантазией, которой затмевал большинство своих более старших коллег. Здесь, в узком кругу, я могу сказать даже больше. Его талант был более велик, чем у многих древних мастеров, чьи творения давно признаны каноническими. Он оказался гением – алмазом в наших руках, и я поклялся, что помогу юноше полностью раскрыть все его дарования.

Увы, гордыня настигла меня первым…

Тогда я не понимал, что человеку таких способностей будет тесно в узком кругу избранных магов. Нельзя открывать тайны могущественного волшебства тому, кто и без того наделен природой богатыми талантами. Груз подобной власти может сломить даже самого праведного из святых.

Теперь мои коллеги называют Азраэля отступником, ренегатом. Я с ними не согласен. Мы сами виновны в том, что произошло. Он же, скорее, жертва нашей беспечности, нашего самомнения… Два месяца назад он открыто выступил на нашем собрании, призвав создать армию механических монстров и завоевать соседние государства. Скажу вам без ложной скромности, что план его, при всем его богохульстве, был вполне осуществим.

71
{"b":"6032","o":1}