ЛитМир - Электронная Библиотека

Коридор опустел.

Я с трехголовым псом выглянула из-за гобелена и стала красться по коридору.

Убедилась, что это крыло доисторического дворца опустело. Сквозь пыльное окно я видела, как зеленые блуждающие огни шарят по саду среди кустов, «ища ветра в поле».

Мы припустили по коридору с удвоенной скоростью.

Впереди показалась большая двустворчатая дверь. Поднатужившись, я смогла слегка приоткрыть ее и просочиться в помещение. Теряя чешую, собак протиснулся следом.

Мое дыханье перехватило. У трех голов из пастей выплеснулся водопад слюней и стал заливать каменный пол.

В помещении стоял дымный смрад.

На широких плитах кипели и булькали котлы всевозможных размеров, кастрюльки, горшочки, плошки и чашки. К потолку спиралями поднимались головокружительные запахи специй, приправ и соусов. Запах и звук скворчащего мяса дурманил не только собачий нос. Мой желудок предательски заурчал, получив пинки и сигналы от глаз и носа.

Этот кулинарный рай на адской кухне сводил с ума.

В душном жарком помещении мы были не одни. Я подняла глаза выше. И выше. И еще выше.

Предо мной стоял кошмарно жирный, подпирающий потолок, судя по крохотной белой шапочке на макушке, повар. Из-под короткой, заляпанной подозрительными пятнами майки торчало тугое волосатое пузо. На нем был натянут маленький засаленный фартук.

Руки, больше похожие на два огромных окорока, рвали мясо на части. Он был небрит и заторможенно, лениво рубил топориком на деревянной доске нечто красное, отрывая куски и отбрасывая их в разные стороны. Они летели и со звуком «бульк» попадали то в один, то в другой котел за его спиной.

Услышав шаги, он медленно обернулся в нашу сторону.

Лицо адского повара не было искажено интеллектом. На плечах у кашевара висел грязный клочковатый меховой воротник. Присмотревшись, я увидела, как хвост этого воротника двигается.

Три головы поднялись и уставились на меня семью зенками одновременно, двумя и тремя парами разноцветных глаз.

«Это кот!» – поняла я. У блохастого мешка не было ни одной пары одинаковых глаз вообще. Ни один цвет не повторялся!

«Вот теперь я точно вляпалась, – подумала я. – Если не выберусь – прости-прощай родной город, друзья, подруги, работа!»

Повар терпеливо стоял и ждал.

– Э-э… извините, – пискнула я, – а как выйти отсюда?

Гигант молчал. Спустя минуту мышцы на его лице задергались, и он произнес:

– Ну-у… – потянул пузатый, как бы сомневаясь в ответе. – Выйти мо-ожно там. – И заторможенно указал пальцем на грязную дверь.

– Спасибо! – радостно пискнула я от облегчения, что не попала в меню, и потянула пса за собой. Но собака примерзла задницей к полу, а глазами к кастрюле с варевом. Я посмотрела туда, куда таращился пес. С бортика посудины свешивалось, подергиваясь, щупальце, вода только-только начинала закипать.

«Да черт с ним, с этим "Сусаниным", – решила я и бросила поводок. – Мало ли куда еще заведет. И так уже непонятно где!»

Толстяк все так же стоял покачиваясь и таращился на меня.

Я направилась к указанной двери, но, внезапно что-то сообразив, вернулась.

– Простите? – взгляд меланхолично оторвался от созерцания собаки, подбирающейся к кастрюле, и обратился ко мне. – Вашего котика случайно не Брысь зовут? – Я указала пальцем на воротник.

На каменном лице медленно, неуверенно засияла дрожащая улыбка, гигантский идиот расплылся:

– Вы знакомы? – прогремел он, растягивая слова.

– А позвольте спросить, как кличут его головы?

Большой ребенок ласково посмотрел на блохастого и, погладив первую, вторую и третью голову перечислил:

– Гадник, Шкодник и Блудник-Вредник!

– Спасибо! – поблагодарила за информацию я.

За противоположной дверью послышался стук копыт. В кухню кто-то шел быстрым шагом.

Я метнулась к спасительной двери, резко открыла ее и…

– А-а-а! – провалилась в темноту.

– Осторожно-о… – протянул повар. – Там высоко…

* * *

Падала я долго. Но приземлилась мягко. Прямо на давешнего знакомца. Красные руки крепко обняли мою талию, довольная морда уткнулась в обнаженную грудь. Я сползла по его лыбящемуся лицу вниз. Меня поставили на землю. И…

Наши взгляды встретились. Мир замер.

На меня обрушилась и скрутила волна соблазна и сладострастия. Тонна томления вкупе с непристойными мыслишками подкосила мою многолетнюю сдержанность.

Я непроизвольно застонала и, сдавшись в плен этой непонятной развратной магии, вцепилась в жгуче-темные волосы Демона. Последнее, что я запомнила, – его вытянутое, удивленное лицо.

Наши губы соприкоснулись. Я скользнула языком по его зубам, нежно укусила в губу. В нижнюю, потом в верхнюю. Прикусила, легонько потянула. Обвела язычком его приоткрытый, застывший в экстазе рот.

Страсть накрыла нас с головой, как волна, перевернула вверх тормашками и понесла в неведомые страны наслаждения.

Растерянные моим напором руки очнулись и прижали меня к себе крепко-крепко, до боли. Демон ответил на мой поцелуй со всей пылкостью ада. В глазах его загорелся огонь.

Наши языки встретились, нежно коснулись друг друга и сплелись в страстном танце. Еще никто так сладко не целовал меня, так искушающе развратно и умело.

Или это я его целовала? На мгновенье мне показалось, что мы с ним единое целое. Но только на мгновенье.

Краем ускользающего сознания я заметила, что язык Демона раздвоен, как у змеи, но это почему-то не остановило меня, а только заставило сильнее впиться поцелуем в его губы, требуя внимания, ласки и жара сильных объятий. Мужские руки скользили по моей спине, оглаживали мои голые бедра. Было все равно, что на мне нет ни клочка одежды. Я получала неземное наслаждение всего лишь от одного поцелуя.

Шаловливые Демонические пальцы опустились ниже, погладили мой голый животик и, не встретив преграды, скользнули в самое сокровенное.

Ноги сжались, перекрывая доступ вторжению.

Я разомкнула объятья и разорвала поцелуй.

Не понимая, что случилось, я отступила на шаг. Пелена спала с глаз.

Передо мной, тяжело дыша, держался за стенку испуганный Демон. Глаза его с жаждой и мольбой смотрели на меня. С расцарапанной мускулистой груди капали красные капли крови.

Несмотря на забытье, кажется, у меня случился провал памяти, чувствовалось странное довольство и спокойствие. Нестерпимо яркий красочный мир угасал в моих глазах, я довольно слизнула каплю крови с пальца.

«Как я оказалась здесь?»

Демонический соблазнитель потянулся ко мне. Красные культяпки нагло схватили меня за грудь, я задохнулась от возмущения! И уже было замахнулась рукой, чтобы отвесить наглецу оплеуху…

Над нашими головами раздался шум и грохот, зазвенела посуда. Приглушенные крики и лай сотрясли помещение.

Между нами, раскидав нас в разные стороны, приземлился на все четыре лапы пес Фу! В зубах чешуйчатая бестия зажимала извивающегося осьминога. Три пасти активно жевали резинового головоногого.

– Фу-у-у-у! Пакостник! Фу! – закричали мы в один голос.

Между нами, чуть не попав в собаку, вонзился топорик.

Пес не послушался ни меня, ни Демона и начал бегать вокруг. На топорик и беснующегося где-то наверху повара ему тоже было наплевать.

Я встала, увидела на полу растерзанный плащ (наверно, в пылу борьбы он слетел с Демона) и несказанно обрадовалась находке.

Прикрываясь плащом и указав пальцем на обидчика, выдала:

– Я… я напишу на тебя заяву в ментовку!

Из пальца вырвался хлипкий магический дымок, маленькая молния щелкнула Демона по приплюснутому, с горбинкой носу. Демон скорчил гримасу, покрутил клювом. Я удивленно посмотрела на свой палец.

Кутерьма, вертящаяся вокруг меня, остановилась. Собака села и удивленно наклонила голову на одну сторону. Демон – на другую, раздумывая над ситуацией.

Вроде бы это я на него накинулась первая, а не он. Мыслительный процесс исказил лицо потустороннего соблазнителя. Не найдя решения, он отступил и перешел к тому, что Демонам понятнее всего, к силе.

3
{"b":"603275","o":1}