ЛитМир - Электронная Библиотека

Комната теперь больше походила на бойню. Кровь густыми лужами собиралась на полу, вытекая из изуродованного тела. Обрубленные руки дергались, словно змеи, и Франсуаз успокоила их выстрелами из пистолета.

– Что-то ты не спешил, красавчик, – зло бросила она.

Я держал голову вампира на вытянутой руке. Его черные, безумно выпученные глаза поворачивались, а рот продолжал открываться, пытаясь произнести слова.

– Не старайся, ублюдок, – усмехнулась девушка. – У тебя уже нет горла.

С этими словами она уперла дуло пистолета прямо в лоб вампира и трижды спустила курок.

Голова твари, нафаршированная свинцом, перестала дергаться, и я бросил ее на пол. Она покатилась и замерла, окунувшись лицом в одну из луж застывающей крови.

Франсуаз вынула из второй кобуры медицинский пистолет и выпустила всю обойму в обрубленное тело твари.

– Поспи, придурок, – усмехнулась она. – Когда проснешься, мы поговорим.

Тело вампира, лишенное рук и головы, почти не двигалось. Только в талии, там, где торчал топор, тварь продолжала подергиваться.

– Действие крови закончится, когда он очнется, – произнесла Франсуаз. – Тогда он сможет отвечать на вопросы.

Вампир поднялся на ноги так быстро, что даже Высокий анклав не смог бы выдумать нового налога за такой короткий срок. Его плечи взорвались кровью и гниющим мясом. Бурлящий фонтан поднялся из его плеч, пачкая потолок.

Франсуаз тихо засмеялась.

– Это мне нравится, – сказала она.

Через мгновение вампир стоял перед нами, целый и невредимый; его черные глаза ворочались, восстанавливая фокус, а пальцы отлеплялись друг от друга с громким хлопающим звуком. Ногти на них еще не сформировались; они лезли из кожи, нарастая на нее, и загибались в высохшие когти.

– Есть вас будет приятно, – прорычал он.

Он согнулся, и его длинные скрюченные пальцы сомкнулись на рукоятке топора. Вампир выдернул лезвие из своего тела, причинив себе невероятную боль; несколько кусков отрубленной плоти вывалились на пол, и человек раздавил их, наступив ногой.

Он размахнулся, вознося над уродливой головой полукруглое лезвие, и погруженные в сталь руны засветились ярким золотым пламенем. Серые глаза Франсуаз вспыхнули алым огнем; девушка отступила назад.

– Не нравится, адское отродье? – прорычал вампир. – Что? Боишься освященного топора?

Светящиеся молнии, рождаясь в округлом лезвии, стекали по поднятым рукам вампира, охватывая их мелкой хрустящей сеткой. Франсуаз отступила еще на один шаг, ее губы кривились в торжествующей улыбке.

Яркие молнии спустились до плеч твари и обхватили их, вонзаясь все глубже в потемневшее тело. Только теперь вампир понял, что что-то происходит; он повернул голову туда, откуда слышался хруст, и увидел, что его рука объята золотыми нитями.

Вампир распахнул пасть в крике; его рот взорвался золотым светом, и гнилые зубы посыпались на пол, раздирая губы.

– Считай это шампунем от перхоти, – произнесла Франсуаз.

Вампир сделал шаг, с силой опуская лезвие. Он метил в голову девушки, но уже не мог прицелиться точно. Я перехватил рукоятку его топора, и вампир зарычал от неудержимой ярости. Он попытался стряхнуть меня, и лишь с большим трудом мне удалось устоять на ногах.

Я отпустил правую руку, удерживая топор одной левой. В черных глазах вампира, раздираемых болью, я прочитал торжество. Он резко поднял топор, и мне пришлось разжать ладонь.

В то же мгновение моя правая рука глубоко вошла в тело твари.

Я расслабил кисть и направил ее сквозь его ребра. Два из них, которые мне мешали, я сломал. Я проходил сквозь его мясо так же легко, как если бы это была вода. Тело вампира застыло, когда он ощутил, что мои пальцы обхватывают его сердце. Я сжал кисть и с силой выдернул руку.

Вампир пошатнулся; в левой стороне его тела зияла окровавленная дыра. Он посмотрел на меня и увидел свое сердце в моей руке.

Пальцы вампира разжались, роняя топор. Его рот, ставший бесформенным из-за разорванных губ, распахнулся, и наполовину откушенный язык вывалился из него.

Крупное сердце вампира продолжало сокращаться и пульсировать в моей ладони, с каждый толчком из него выплескивалась струя крови.

– Сделай это сама, дорогая, – сказал я.

– С удовольствием, – усмехнулась она.

Вампир рванулся вперед последним, отчаянным усилием. Его когтистые лапы вытянулись вперед и сомкнулись, хватая пустоту.

Я бросил сердце вампира, и Франсуаз наступила на него, давя и размазывая по полу.

– Боюсь, я разбила ему сердце, – вздохнула она.

Вампир поднес руки к тому месту, где еще минуту назад билось его сердце; он засунул пальцы глубоко внутрь и застонал. Его черные глаза закатились, став моментально желтыми и тускнея с каждой секундой.

В последнем усилии он перекусил свой язык и рухнул на колени.

Франсуаз подошла к твари и пустила ему в рот серебряную пулю.

– Не говори, что отпустили тебя голодным, – сказала она.

* * *

– Как я вижу, взять его живым вам не удалось, – произнес Маллен.

– Он не может сказать, что мы не пытались, – ответила Франсуаз.

– Он вообще уже ничего не сможет сказать, – взорвался полицейский. – Обязательно было его убивать?

– Не знаю, как высоко вы цените жизни тех людей, что ждали его на лестнице, – ответил я. – Но я полагаю, что лучше потерять убийцу, чем десять стражников.

– Я вас ни в чем не упрекаю, – сказал Маллен, хотя только что занимался именно этим.

– Сами бы попробовали, – проворчал я. – У вас есть носовой платок?

– Можете не возвращать, – буркнул Маллен. – Все еще хотите переговорить с теми двумя проститутками?

– Это может быть полезно, – согласился я. – Вызовите отца Карлоса из католической церкви в восточном районе. Пусть он позаботится о сожжении тела.

Франсуаз поправила волосы.

– Пусть ваши люди не прекращают поиски, – сказала она. – Этот недоносок не приезжал из Аспоники два дня назад. Значит, у нас еще два ублюдка ходят по улицам.

– Я всего лишь глупый полицейский, – огрызнулся Маллен, – но до трех я уж как-нибудь сосчитаю и сам.

Он вернул на место свой заряженный серебряными пулями револьвер, который так и не понадобился. После этого тяжело направился к двери.

– Держу пари, с каждым шагом он продавливает по квадратному футу в потолке внизу, – сказал я.

– Я всего лишь сказала, что два взбесившихся от крови вампира все еще ходят по улицам.

– Ты во всем можешь найти что-то хорошее, – заметил я.

– Встречаюсь же я с тобой, – улыбнулась Франсуаз.

– Никто сюда не заходит! – Маллен отдавал приказания, стоя в дверях. – Никого не впускайте, пока там все не уберут.

Окинув взглядом комнату, покрытую темными пятнами запекающейся крови и усыпанную отрубленными частями нечеловеческого тела, Маллен глубоко вздохнул и удовлетворился сознанием того, что все плохо.

Франсуаз сбежала вниз, целеустремленно, как горная лавина. Спецназовец, который до того заговорил со мной, отступил на шаг от стены и дотронулся до моего пиджака, желая что-то спросить.

В том настроении, в котором я находился, я был скорее склонен сбросить его через перила – тоже неплохой способ убрать его с дороги.

– Майкл, – тихо произнес офицер.

Его белесые усы в тусклом свете вкрученной в потолок лампочки походили на грязноватый пластырь, прилепленный под разбитым носом.

Если бы я в этот момент громко сказал ему «У», он бы сам кубарем перелетел через перила.

– Что? – спросил я.

– Не хочу тебя задерживать… – сказал он. Я кивнул. Такое начало показывало, что он и дальше намеревается занимать мое время.

– Ты что-то хотел спросить, Джесси? – поинтересовался я.

Он продолжал говорить тихо, хотя решительно все, стоявшие на лестнице, могли его расслышать; мало того, он еще согнул спину, пряча голову в плечи, точно полагал, что так его никто не заметит.

– Майкл, – спросил он шепотом, какой в театральных ремарках называют страшным. – Что, черт возьми, там произошло?

15
{"b":"6033","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Встреча по-английски
Луч света в тёмной комнате
Князь. Война магов (сборник)
Невидимая девочка и другие истории (сборник)
Здоровое питание в большом городе
Королевская кровь. Огненный путь
Пляска фэйри. Сказки сумеречного мира
Академия семи ветров. Спасти дракона
Женщины, которые любят слишком сильно. Если для вас «любить» означает «страдать», эта книга изменит вашу жизнь