ЛитМир - Электронная Библиотека

Темные глаза Филиппо, выпученные, как у больного, забегали, словно высматривая что-то на полу.

– А как насчет денег? – наконец спросил он. Эльмерих пожал плечами.

– У тебя есть выбор, Фил, – негромко сказал он. – Ты говоришь мне, в какую дыру забились кровососы, и я их беру. Или ты ничего не говоришь, а я распускаю на улицах слух, что один грязный наркоман слишком много знает и болтает об этом.

Эльмерих пожевал губами, словно пережевывал слова, которые собирался выплюнуть.

– Тогда кровососы придут сюда, и я накрою их здесь, – добавил он.

– Э, нет, лейтенант, – зачастил Филиппе, выбрасывая вперед руку. – Что это вы такое говорите? Вы же меня знаете.

– Вот почему мне плевать, что станет с тобой, – сказал Эльмерих.

Филиппе замотал головой, встряхивая черными косичками.

– Где? – спросил Эльмерих.

Информатор неохотно назвал адрес. Наверное, жалел, что денежки уплыли.

Эльмерих кивнул. Филиппе ошибся на несколько кварталов; но все равно он знал слишком много.

– Кто еще знает об этом? – спросил Эльмерих. Филиппо поднял глаза.

– Ты продаешь информацию всем подряд, – произнес лейтенант. – Всем, кто платит. Кому еще ты успел это продать?

– Никому, – заволновался доносчик. – Клянусь, ни единой душе!

Эльмерих не верил ему.

– Ты лжешь, – сказал он почти с сожалением. Настоящего сожаления Эльмерих уже давно не испытывал.

Филиппо понял.

Он не мог понять всего, но понял главное.

– Эй, лейтенант, вы что! – закричал он, увидев, как Эльмерих вытягивает пистолет. – Я никому не говорил. Я никому не скажу. Лейтенант! Не надо!

Эльмерих выстрелил дважды.

Пули попали в живот Филиппо; тот согнулся, прижав руки к цветастой рубашке, потом упал.

Эльмерих спрятал пистолет обратно за пояс. Оружие не было зарегистрировано. Он нашел его во время одной из облав и спилил номер.

Теперь, когда ствол засвечен, он его выбросит.

На внутренних деталях все еще оставались отпечатки прежнего владельца.

Филиппо знал слишком много; Эльмериху подумалось, что это был неплохой информатор.

Ничего, найдутся другие.

И не столь важно, даже если Филиппо успел кому-то рассказать, где прячутся кровососы. Это должно было случиться, раньше или позже.

А задача Эльмериха состояла в том, чтобы на это отреагировать.

Теперь оставалось сделать только одно – закончить работу. Один человек должен умереть; и это произойдет сегодня.

Два выстрела последовали друг за другом, почти слившись в один.

Я увидел, как Филиппо нагнулся вперед, словно там, под ногами, ему привиделось что-то крайне интересное – скажем, квадратный дюйм чистого пола.

Потом он упал.

Лейтенант Эльмерих спрятал пистолет за пояс и застегнул пиджак. Он не торопился; его рыбьи глаза еще раз медленно обшарили комнату, после чего он неспешно повернулся, чтобы уйти.

– Вы необычно трактуете слова «Служить и защищать»[4], – сказал я.

Он посмотрел на меня.

Я не Санта-Клаус, поэтому далеко не всегда глаза людей при взгляде на меня зажигаются радостью.

Но Мартин Эльмерих был как-то особенно расстроен.

Он попытался вынуть из-за пояса пистолет. Я отрицательно покачал головой, и его рука замерла. Я направлял дуло своего оружия прямо на него; я не хотел стрелять в Эльмериха, но мы далеко не всегда делаем только то, что хотим.

Он это знал.

– Эй, брат, – проговорил Филиппо, поднимаясь с пола.

Его два раза качнуло, и он поспешил приложиться к бутылке, которую держал в руках. Он обращался с ней бережно, так как боялся разбить.

– А если бы он мне в лицо выстрелил, брат?

– Здесь стало бы тише, – ответил я. – Сможешь сам снять жилет или тебе помочь?

Филиппо сделал три шага, кружа по комнате, наконец нашел устойчивую позу и обхватил губами горлышко бутылки.

– Я, брат, в нем похожу, – ответил он. – Пока что.

Я улыбнулся.

– Вы напугали нашего друга, мистер Эльмерих, – заметил я. – Простите, что уже не называю вас лейтенантом.

Мартин Эльмерих был спокоен; он оставался спокойным всегда, чтобы с ним ни произошло.

На такое способны только фанатики.

– Что здесь происходит? – тихо спросил он.

– Происходит? – произнес я. – Лейтенант полиции – теперь уже бывший – совершает покушение на убийство. Присяжным будет интересно узнать почему.

– У вас, наверное, много вопросов ко мне, мистер Эльмерих, – сказал я, поворачивая руль. – У меня они тоже есть.

Мартин Эльмерих сидел на заднем сиденье нашего автомобиля. Возможно, я поворачивал руль слишком резко, и ему следовало бы придерживаться рукой, но когда запястья скованы наручниками, это не так-то легко сделать.

– Я не ожидаю, что вы станете отвечать на мои, – продолжал я. – Этого и не требуется. Отдел внутренних расследований уже завел толстую папку, на которой написано ваше имя. Если вы приготовились играть в молчанку, играйте с ними.

– В чем они меня обвиняют? – спросил он.

– У вас свои представления о том, что такое правосудие, – ответил я. – Вы считаете, что главное – наказывать людей, а не помогать им.

– Я прав, – ответил он.

– Да? – спросил я. – В странах, где правят фашисты, исчезает мафия. Но далеко не всем по душе порядок, основа которого – штыки и виселицы.

Он чуть заметно передернул плечами.

– Быстро же вы нашли себе единомышленников, – продолжал я. – Да, мистер Эльмерих, я очень не советую вам пытаться выпрыгнуть из машины на ходу. Да, да, именно к этому вы готовитесь последние два квартала… Если вы попробуете играть в акробата, эта милая девушка прострелит вас насквозь… Не так ли, Френки?

Франсуаз кивнула и заерзала на заднем сиденье, устраиваясь поудобнее.

– После этого вы все равно останетесь живы, – продолжал я, – и вас вылечат в тюремном госпитале, прежде чем начнется судебное слушание. Поэтому ни тем, ни другим способом вам не удастся сбежать.

Эльмерих вновь дернул плечами, но больше не пытался переместиться поближе к дверце.

– Один из тех, кто разделяет ваши взгляды, – сказал я, – Ортега Илора, комендант тюрьмы строгого режима, что находится в Аспонике. Власть этого человека по ту сторону границы достаточно велика, но здесь, у нас, он бессилен, вот и прибегает к вашей помощи.

В стране Эльфов живет человек, которого Илора ненавидит; тот, кто, по вашему общему мнению, должен погибнуть во имя вашего так называемого порядка.

Убить его? Это было бы просто, слишком просто. Этот человек выступает за свободу и права человека; погибнув, он стал бы мучеником и навредил бы вашему крестовому походу еще больше.

Поэтому вы решили устранить своего врага так, чтобы при этом скомпрометировать дело, которому он служил. Если убийство совершат три вампира, сошедшие с ума от вкуса и запаха крови, люди начнут прислушиваться к вашим бесноватым речам.

Держу пари, это была ваша идея…

Когда вы узнали, что один из информаторов узнал, где прячутся вампиры, вы испугались. Их не должны были обнаружить прежде, чем будет совершено запланированное убийство, иначе его не удалось бы на них списать. Вот почему вы поспешили убить Филиппо.

– Складная история, – сказал Эльмерих. – Но далеко не всю ее удастся доказать. Откуда вы вообще ее взяли?

Я бросил взгляд на часы.

– Извините, что не везу вас сразу в управление полиции, – сказал я. – Мы едем в тот квартал, где в подвале заброшенного дома были обнаружены двое вампиров.

– Значит, Филиппе сказал правду, – произнес Эльмерих.

– Нет, – ответил я. – Беглецов нашли во время полицейской облавы. Ах да, вы же ничего об этом не знаете – я попросил комиссара не отвлекать вас от работы такими мелочами.

Вы удивляетесь, откуда нам столько известно; я могу просветить вас, пока мы едем. Прежде всего, мое внимание привлекло странное поведение наших беглецов. Известно, что опьяненный кровью вампир теряет рассудок. Лучшее место для него – дикая пустыня. В городе он слишком быстро попадается в руки полиции.

вернуться

4

Служить и защищать – девиз полицейских в США. 

43
{"b":"6033","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Долина драконов. Магическая Практика
Код 93
На грани серьёзного
#подчинюсь
Будни анестезиолога
Вечная жизнь Смерти
Круг женской силы. Энергии стихий и тайны обольщения
Стань эффективным руководителем за 7 дней
Трэш. #Путь к осознанности