ЛитМир - Электронная Библиотека

Я закрыл крышку мобильного телефона и отрицательно покачал головой.

Горы, поднимавшиеся над нашими головами, глушили сигнал.

– Местный доктор приедет слишком поздно. – Франсуаз зло поморщилась. – У несчастного разбиты все внутренности. Отойдите.

Она встала на колени перед телом священника. Ее тонкие пальцы пробежали по животу и груди старика.

Человек шевельнулся; его веки дрогнули, не в силах приподняться. Сдавленное хрипение, смешавшееся с обрывками неясных слов, вырвалось из его горла.

Федеральный шериф наклонился, силясь расслышать.

– Падре, – спросил он, – вы знаете тех, кто напал на вас?

– Он вам уже ничего не скажет, – буркнула Франсуаз.

Она расправила плечи и нанесла лежавшему перед ней человеку четыре резких удара.

Тело священника содрогнулось; из его рта вырвался вздох. Члены старика вытянулись. Его грудь больше не поднималась в тяжелом дыхании.

– Вы убили его, – воскликнул шериф.

– Почти.

Франсуаз жестко усмехнулась, выпрямляясь во весь рост.

– Я замедлила работу его сердца, передавив несколько нервов.

Она отряхнула руки.

– Это остановит внутреннее кровотечение до того, как приедет скорая. Машина достаточно оснащена?

Получив утвердительный ответ, Франсуаз сделала вид, что удовлетворена им. Однако на самом деле беспокойство девушки за судьбу священника немного улеглось лишь после того, как она помогла парамедикам погрузить его в машину.

На смуглом лице шерифа не появилось счастливого озарения, и я понял, что он не уверовал в медицинские способности моей партнерши. Но Франсуаз всегда выглядит такой уверенной, что перечить ей трудно.

– Никто еще не поднимал руки на священника, – произнес шериф.

– Если не считать коменданта Ортегу. – Я наклонился, чтобы приподнять четки, выпавшие из пальцев святого отца.

Я вложил их ему в руки.

– После того как его отец покончил с собой, Ортега пытался убить местного священника, отца Карлоса. Он винил во всем его. Вижу, вам не были известны эти подробности из его биографии?

Шериф стал холоден, как сосулька.

– По-вашему, комендант федеральной тюрьмы ответствен за нападение на священника?

– Не он.

Я прислонился к перилам лестницы и посмотрел в небо.

– Здесь есть звонарь или ризничий… какой-нибудь помощник падре?

– Звонарь Чучо, – подсказал лавочник. – Старая Мерседес послала его в горы за травами.

– Пусть придет к нам, когда закончит, – распорядился я. – И пусть заканчивает побыстрее.

– Чучо ничего не знает, – с сомнением возразил лавочник. – Он был в деревне вместе со мной, когда это произошло.

– Он знает, – заверил я торговца. – А если что-то забыл, один взгляд на падре дарует ему просветление.

Лавочник заторопился вниз по тропе, ведшей в деревню.

– Он не на шутку переживает из-за священника, – хмыкнул я. – Видно, его здесь любили.

– Падре был хорошим человеком, – подтвердил шериф.

– Надеюсь, он им останется. И все же на его совести, пожалуй, есть одно темное пятно. Шериф, вы наверняка получили сведения о человеке по имени Мартин Эльмерих, который разыскивается властями страны Эльфов?

– Полицейские ищут его в каждом городе.

– Пусть будут осторожны – тот, кто не посовестился избить беззащитного священника, сам уже не остановится. Бывшие подельники тоже хотят его прикончить, поэтому он вдвойне осторожен. Только вы не найдете его ни в одном городе, шериф.

Ледяные глаза шерифа сузились и стали походить на щели для монет.

– Вижу, вам известно много больше, чем вы рассказали мне, мистер Амбрустер, – сказал он. – Думаю, нам будет о чем поговорить в участке.

– Вам известно столько же, сколько и мне, – невозмутимо ответил я. – И даже больше. Это ведь ваши люди должны были следить за Мартином Эльмерихом в Аспонике, а нашли только тело мертвого контрабандиста.

– Мои люди тоже совершают ошибки, – ответил шериф. – Но я могу поклясться, что вокруг церкви нет ни одного доказательства того, что на священника напал именно Эльмерих.

– Они перед вами, – ответил я. – Только вы их не видите.

Шериф сухо спросил:

– Может быть, вы мне их покажете?

Я пожал плечами и кивнул в сторону неподвижного тела святого отца.

– Вы только что слышали, что его избивали так, как принято на улицах большого города. Люди разного происхождения ведут себя по-разному, в том числе и дерутся. Это работа городского, причем, скорее всего, из Дроу, а не из Аспоники.

– Эльмерих – не единственный, кто бежал сюда из страны Эльфов через границу.

– Но только он сделал это несколько часов назад. К тому же есть две причины, по которым это вряд ли был кто-то, кто живет здесь давно.

– И каковы же эти причины?

– Во-первых, мотив. У Эльмериха он был, и очень веский. Если нападавший – не он, тогда нам придется предположить существование второго человека, столь же лишенного совести, прожившего долгие годы в стране Эльфов, и которому понадобилось напасть на священника в тот же день и час, когда Эльмерих перешел границу. Почему не вчера, не завтра? Маловероятно, что это просто совпадение.

– Не совпадение, – возразил шериф. – Причина всего – ваше расследование. Из-за него Эльмериху пришлось бежать из страны Эльфов, а его местные сообщники запугивают свидетелей. Вы сами говорили, что боитесь за жизнь тех, кого арестовали мои люди. Возможно, священник многое знал.

Я покачал головой.

– Вы знали его лучше, шериф, но даже я понял, что он не из тех, кого напугают побои. Не такой он был человек. Или я не прав?

– Пожалуй.

– Будь он кому-то опасен, его бы убили сразу. Но главное не это, и здесь вторая причина, по которой сложно подозревать человека из местных.

– Какая? – спросил шериф.

– Его били так, чтобы причинить боль, – произнес я. – И это заняло гораздо больше времени, чем надо, чтобы напугать. На него напали не затем, чтобы заставить замолчать. Негодяй хотел обратного – чтобы священник говорил.

– Говорил?

– Да. Аспониканские сообщники решили избавиться от Эльмериха. Того разыскивает полиция, он стал опасен. Это наиболее вероятная причина, по которой он мог убить своего проводника. Спустя несколько часов мы узнаем, что кто-то пытал местного священника.

– Священник знал нечто, что поможет Эльмериху вывернуться?

– И, скорее всего, не очень хорошее, раз святой отец держал это в тайне… Я надеюсь, этот достойный сеньор, что ковыляет сейчас по тропинке, звонарь, поможет нам в этом разобраться.

* * *

– Звонарь определенно что-то знает, – сказал я, выходя из автомобиля перед полицейским участком. – Не стоило позволять ему уезжать.

– Он хочет побыть со святым отцом, – возразила Франсуаз. – Помощник шерифа проводит его до больницы и проследит, чтобы он не потерялся в бачке с использованной бумагой.

Шериф приблизился к нам. Свою машину он поставил у самого входа.

– Мне не нравится то, что происходит, – сказал он. – И я еще не разобрался, не из-за вас ли вся эта заварушка.

– Может ли лгать человек, – спросил я, – с таким открытым и честным лицом, как я?

Шериф мрачно направился к двери.

– С той минуты, как я тебя знаю, – заметила Франсуаз, – не было и дня, чтобы ты не солгал хотя бы трижды.

– Тебе я никогда не лгал, – возразил я. Франсуаз засмеялась:

– Это потому, что ты мне доверяешь, бейби.

Шериф не произнес ни звука, и все же я почувствовал, что что-то произошло.

Я вынул из кобуры свой пистолет и медленно взошел по ступеням.

Франсуаз покачала головой, давая понять, что это не лучший способ заходить в полицейский участок.

Я толкнул дверь.

Шериф стоял на одном колене, наклонившись над тем, что лежало на полу. Когда сноп света, хлынувший из открытой двери, коснулся его шляпы, он резко повернулся, в руках его был пистолет.

– Тише, шериф, – прошептал я. – Это всего лишь мы.

Он поднялся, его глаза вновь смотрели вниз.

64
{"b":"6033","o":1}