ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Эй, ты, зорз! – крикнул он противнику. Лекарь сверкнул исподлобья ненавидящими глазами и не откликнулся.

– Слышишь, зорз? – не унимался Патрик. – Почему вы сражаетесь с нами? Ответь!

Лекарь сделал два шага назад, дабы враг, если желает ослабить его бдительность, не достал его выпадом меча.

– Потому что нам нет рядом места на этой земле, – глухо сказал он. – Или вы, или мы. Победит тот, кто останется.

– Это мне ясно и без тебя, – вновь крикнул Книгочей, чем вызвал новый заряд злобы у Лекаря. – Почему с нами сражаетесь вы, а не ваши воины? Вон их сколько, дармоедов!

Говоря это, Патрик ничем не рисковал. Он сейчас понимал, что воины давно могли навалиться на них всем скопом, но их почему-то сдерживали зорзы.

– А ты еще не понял, знайка? – в тон ему откликнулся Лекарь и оскалился в злой усмешке. – Нам нужен паром. На ту сторону. Но собачий сын сдох, и теперь нужен другой перевозчик. Им будет один из вас.

– Почему?

– Потому что вы уже ступали на паром с разрешения его хозяина. А ступивший на Паром Слез становится его частью, и река пропускает его. Всех других – нет.

– Но ведь кругом уже лед, – чуть не засмеялся Книгочей, слыша сбоку звон отчаянной рубки и короткие, отрывистые вскрики дерущихся. – Вы думаете, мы вас всех на себе потащим? Где логика?

– Она рядом, друид, – зловеще ответил Лекарь, глядя на Книгочея в упор. – Ближе, чем ты думаешь. Чтобы переправиться на тот берег этой проклятой реки, не нужен весь проводник. Достаточно, чтобы с нами была часть проводника, та, которую знает река. Например, – зорз взглянул Патрику на ноги, – твоя ступня…

Книгочей похолодел. Но это продолжалось недолго – Лекарь вновь ринулся вперед, и теперь друида не покидала мысль, что зорз все время целит ему в ногу.

В какой-то миг Книгочей бросил взгляд на сражающегося рядом Шедува – он был все еще ошеломлен услышанным от Лекаря. Шедув заметил его и кивнул – отпущенник слышал все, что сказал зорз, и теперь подтвердил это.

Шедув оборонялся против наседающего Птицелова. Странная магия живого огня зорзов постепенно пересиливала удивительное боевое искусство отпущенника. Он сдержал уже несколько молний зеркалом, но это не могло продолжаться бесконечно. И в очередной раз, отражая огонь Птицелова, магическое зеркало треснуло и рассыпалось в руке отпущенника черными и серебристыми осколками амальгамы. А следующий удар огня сшиб воителя с ног, и Шедув распростерся на краю причала.

Он не издал ни звука, хотя и испытывал сейчас страшную боль. Но Книгочей боковым зрением увидел, что Птицелов на полусогнутых ногах, крадучись, подбирается к его лежащему товарищу, и кое-как отпихнув от себя вконец осатаневшего Лекаря, стремглав помчался к Шедуву, моля по дороге все на свете божества, чтобы он был еще жив. Патрик с разбегу налетел на Птицелова, и удар его тела был так силен, что он опрокинул зорза наземь! Если бы Книгочей остановился и воспользовался мечом, может быть, все дальше повернулось бы и по-другому. Но друид сам был ошеломлен неожиданным столкновением и еле удержался на ногах, чтобы не свалиться между причалом и бортом парома. Однако эта неожиданность сослужила ему неплохую службу.

Лекарю Книгочей сослепу от возбуждения весьма удачно заехал эфесом меча в лицо, и тот тряс головой, пытаясь проморгаться, в то время как один его глаз стремительно заплывал синюшным кровоподтеком. Птицелов также упал как-то неловко, на спину, и от удара о дощатый причал у него из груди сразу вышибло дыхание. Сейчас зорз медленно пытался подняться, судорожно хватаясь за горло и выискивая блуждающим взглядом врага. А Книгочей в эту минуту, бросив меч – свое единственное сейчас оружие, тяжело тащил Шедува, обхватив его за подмышки, на паром. Отпущенник был без чувств, от его одежды на груди остались обгоревшие и перемазанные в запекшейся крови лохмотья. Полумаска тоже была окровавлена, но Шедув еще дышал. На палубе Книгочей остановился на миг, сорвал ее с лица раненого и увидел, что губы отпущенника разбиты. В это мгновение они раскрылись, и какой-то звучный, чужой и невероятно далекий голос вдруг произнес:

– Он жив?

– Кто??? – выдохнул Книгочей.

– Неживущий по имени Шедув, отпущенный по воле обеих сторон бытия, – последовал ответ. Друид протер глаза грязными кулаками – устами раненого с ним говорил кто-то другой, и это мог быть только…

– Кто это говорит? – прошептал Книгочей.

– Его Повелитель, друид, – последовал ответ. – Ведь ты тоже, кажется, уже Неживущий?

Книгочей бросил отчаянный взгляд на причал; ему показалось, что зорзы уже стоят над ним, ухмыляясь, с поднятым оружием. Но картина, которая предстала перед ним, заставила друида обомлеть.

На краю причала в причудливых, неестественных позах застыли Лекарь и Птицелов. Первый уже занес ногу над темнеющей внизу водой, его рот был раскрыт в злобной гримасе или немом крике. Второй догонял его, еще касаясь рукой досок, зато с пальцев другой руки Птицелова стекали, мерно покачиваясь, пять сосулек, внутри которых пульсировало остановленное во времени пламя.

– Сейчас паром уйдет, – сказало никогда не виданное Книгочеем высшее существо устами Шедува, который по-прежнему был без чувств. – На той стороне они вас не достанут – Река не пустит. Сейчас мне нужен Шедув.

Существо помедлило. Затем с удивлением добавило:

– А теперь, выходит, что и ты. Ты делаешь Выбор?

Книгочей обернулся и посмотрел на тот берег. По ледяным торосам замерзшей Реки без Имени до него было уже не так далеко, как казалось прежде.

– Время истекает, – предупредил его голос Привратника. – Я не могу сдерживать его ход так долго. А без вас Река их не пропустит. Даже по льду.

– Но ведь там… – Книгочей облизнул пересохшие растрескавшиеся губы, чувствуя на языке вкус собственной крови. – Ведь там уже – Смерть?

– Не в твоем понимании, – терпеливо ответил Привратник. – Но, в общем, ты прав. Сейчас приходит время отступить, чтобы продолжить бороться дальше.

Книгочей молчал. Привратник ждал. А время тихо звенело, угрожая вот-вот рассыпаться совсем.

– Время истекло, – произнес далекий голос, и одновременно тихо застонал приходящий в себя, возвращающийся Шедув.

– Я останусь, – тихо сказал Книгочей. – Я знаю, что делать. Река замерзла не случайно. Время зорзам уже не остановить.

– Хочешь поймать их в ловушку? – с каким-то горьким удивлением спросил голос.

– А я могу убить их сейчас, пока они неподвижны? – в свою очередь быстро спросил Книгочей, оглядываясь в поисках хоть какого-нибудь оружия.

– Время стоит только, пока ты на пароме, – ответил Привратник. – Через несколько мигов оно оттает.

– Я все-таки останусь, – ответил Книгочей. Сейчас ему было очень страшно, но он чувствовал себя самым последним, кто еще в силах все изменить. И он шагнул обратно на причал.

– Тогда прыгай вниз, на лед, – велел голос. – И учти…

Что должно было учесть, друид не расслышал в страшном треске, с которым Паром Слез выломился из ледяного плена и стремительно покатился по сверкающей глади застывшей реки к другому берегу. А на краю причала ожили оба зорза.

Лекарь и Птицелов в недоумении смотрели на исчезающий вдали паром, мчащийся как самокатные сани из русинских сказок. Он уносил Шедува на Ту Сторону замерзшей Реки, в мир Смерти. И теперь Книгочей оставался один против всех.

Правда, воины на берегу и причале, похоже, давно разбежались, если только в этой призрачной стране было еще куда идти живым. Во всяком случае, зорзы стояли на причале одни, пытаясь сообразить, что же с ними только что произошло.

Книгочей прыгнул на лед.

Где-то далеко, на том берегу раздался странный серебряный звон, словно там кто-то быстро перетряхнул тысячи маленьких серебряных колокольцев. Друид не знал, что это паром достиг земли и рассыпался на тысячи льдистых осколков. И тут издали до него донесся тихий зов.

– Друи-и-и-д!

Это мог быть только Шедув. И он звал его к себе. На Тот Берег…

83
{"b":"6040","o":1}