ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Книгочей заколебался. Он сейчас видел, что зорзы примериваются спуститься к нему, на лед, но пока еще опасаются, не зная, как их встретит замерзшая Река. Все-таки берег был близко, рукой подать, а он все еще оставался для них проводником. Или не он весь, а всего лишь часть его. Оказывается, им не нужны были ни его бессмертная душа, ни его согласие. Им была нужна всего лишь его ступня. Даже отдельно от него. Как пропуск…

Патрик в замешательстве оглянулся. Что ж, он уже сделал свой выбор. Выбор Патрика Книгочея, уроженца острова айров, Зеленого друида и уже – не живущего в общепринятом смысле этого слова. Этот выбор Привратник назвал ловушкой для зорзов. Почему? И, кстати, кто он был – темный Привратник или светлый? Если он был повелителем Шедува, то, наверное, все-таки темный. Но это сейчас не имеет никакого значения. Сейчас вообще ничто уже не имеет значения, кроме времени. А сколько его еще осталось? И успеет ли он продержаться?

Лекарь мягко спрыгнул на лед, огляделся. С ним ничего не произошло, Река не испепелила пришельца огнем, не утопила, не заморозила. Она не сделала ничего, и тогда вслед за своим подручным с причала спустился Птицелов. На своем поясе Книгочей увидел невесть откуда взявшийся там меч Шедува. Привратник, подумал Книгочей и тут же оборвал себя. Нет, это слишком невероятно. Им нет дела до смертных. Скорее уж, он просто подобрал его в забытьи, не отдавая себе в этом отчета. И вот теперь настал час меча.

Книгочей шагнул назад, не оглядываясь. И еще – шаг за шагом он уходил вглубь ледяного покрывала, накрывшего реку за каких-нибудь два часа.

– И помни… – эхом раздался в его голове слабый голос Привратника. – Огонь обновляет все.

Патрик посмотрел вниз, себе под ноги. Там были синеватые наледи, полыньи, еще не схваченные в хрустальный плен на поверхности льда, а внизу, под ним бежали пузыри, изгибались длинные водоросли и ворочалось что-то темное, огромное, опасное… Патрик облизнул губы, которые уже совсем заиндевели, и крикнул зорзам.

– Ну, что же вы? Испугались? Давайте сюда, ко мне. Видите, Река-то вас не трогает? А все равно страшно, верно? Без проводника? Или просто – без его ноги? Идите сюда, я вас жду. Но имейте в виду – теперь я просто убью вас всех.

Больше всего он боялся, что зорзы не станут рисковать и уйдут. Они еще пока могли это сделать, но Книгочей чувствовал – время их на исходе. Зорзы это тоже знали, но искушение захватить проводника и тут же перейти с ним на противоположный берег было слишком велико. Даже всегда осторожный Птицелов заколебался. И тогда Патрик, чувствуя, что весы пришли в равновесие, бросил на одну из чашек свой последний аргумент.

– Сигурд, – прошептал Лекарь, не веря собственным глазам. – Он отбросил свой меч! Невероятно! Он безоружен…

– Тогда используем свой шанс, – решительно крикнул Птицелов. – Скорее! Хватай его!

Зорзы бросились с двух сторон на друида, но Книгочей не двинулся с места. Губы его медленно двигались, словно он шептал про себя слова молитвы. Серебристый меч отпущенника валялся неподалеку, как простая палка. Лекарь схватил друида первым. Следом подоспел Птицелов и, взявшись за рукав Книгочея, который и не думал вырываться из цепких рук торжествующего Лекаря, начал быстро говорить. Слова эти, взятые отдельно, не имели никакого смысла, вместе же они становились крепким мостом, по которому можно было смело шагнуть в Запредельное, не опасаясь, что он обрушится под твоими подошвами. Это было Заклинание Перехода, и Птицелов сейчас творил его Обряд. Внезапно Патрик медленно протянул руку и коснулся блестящей пуговицы, которая сейчас болталась на куртке Птицелова после его поединка с Шедувом, как говорится, на честном слове.

– Видишь, зорз? – вдруг усмехнулся друид и указал на пуговицу.

Но Птицелов продолжал нараспев выкрикивать слова заклинания. Ему оставалось произнести всего несколько магических фраз и последнее Слово, закрепляющее заклинание. Друид, не дождавшись ответа, коснулся рукой пуговицы уже вошедшего в экстаз зорза и, сильно дернув, вырвал ее «с мясом».

– Смотри, зорз, – сказал Патрик и вдруг… улыбнулся.

Лекарь, ожидая какого-нибудь подвоха, недоверчиво посмотрел на пуговицу, вгляделся и вдруг увидел проступающие на ее матовой поверхности… часы. Стрелки их уже стояли на двенадцати, и лишь секундная еще торопилась пробежать последнюю половину круга. Глаза Лекаря вылезли из орбит – он все понял в мгновение ока и, ухватив Птицелова за рукав, что было силы закричал ему прямо в лицо.

– Сигурд! Торопись!!!

Но было уже поздно. Над их головами раздался страшный гул и треск, словно раскололись сами небеса. А потом послышался серебряный звон. Это был Последний Удар Осени. Самая тонкая стрелка достигла самой высокой точки циферблата, и в воздухе что-то тоже зазвенело, только очень тонко, и тут же осыпалось на лед тучей льдистых кристалликов. Это замерзло, так и не успев обрести силу и жизнь в первый миг наступившей зимы, последнее слово Заклятья Перехода. Книгочей увидел перед собой разинутый в немом крике рот Лекаря, изумленное лицо Птицелова и умиротворенно закрыл глаза.

– Теперь я твой, – прошептал он реке, и откуда-то снизу, из глубины, ударил огонь, расплавив лед, разметав тела людей и растопив огромную прорубь. А потом огонь умер вновь, теперь уже окончательно, и повсюду наступила тишина.

ГЛАВА 10

КЛЮЧ ОТ СНЕГА

– Зорзы! – закричал Март, врываясь в избушку. Эгле вскочила с узкой лежанки как заведенная пружина, словно и не было у нее накануне трудной бессонной ночи у постели Яна. Коростель после возвращения из леса еще окончательно не оправился, его охватывали частые приступы слабости, а ночью он бредил, звал Снегиря, и его периодически бросало то в жар, то в холод. Травник был уже во дворе.

Вместе с Гуннаром они залегли за старой трухлявой поленницей, внимательно наблюдая за противоположным берегом озера. Там, на лесной опушке, прятались несколько воинов из союзных северных народов, главным образом, чудь, саамы, ильмы. Зорзы пока не показывались, хотя Травнику показалось, что за кустами у воды мелькнул высокий костлявый силуэт ближайшего подручного Птицелова по прозвищу Старик.

– Вот и пришлось свидеться, – Гуннар поиграл желваками, примерился, сжимая в руках арбалет, который он забрал у Коростеля.

– Ты прежде тоже встречался с зорзами? – сделал вид, что удивился, Травник.

– А ты думаешь, что только у тебя с ними счеты? – ответил ему в тон Гуннар. – Учти, что у моих, пожалуй, хвост подлиннее будет.

– Это у простого-то негоцианта? – усомнился улыбающийся друид.

– Да какая уж там торговля! – в сердцах махнул рукой Гуннар и тут же, чертыхнувшись, спрятал ее за краем поленницы. – Ты уже, наверное, и сам все давно понял.

– Все – не все, а только один твой подгорный приятель чего стоит, – пробормотал друид, осторожно выглядывая из-за укрытия.

– Эй, друиды! – прокричал кто-то с противоположного берега озера. – Есть разговор!

– Чего тебе надо и кто ты? – выкрикнул Травник, одновременно сделав Гуннару знак взять зорза на прицел арбалета. Гуннар на удивление слишком ловко для негоцианта управлялся с любым оружием, в том числе и с таким, как свейский миниатюрный арбалет, требующий немалой сноровки в обращении.

– Мы хотим говорить с вашим проводником, человеком по имени Ян! – откликнулся Лекарь – это был он.

– Наш проводник болен и просил его не беспокоить, – прокричал Травник и явственно услышал с противоположной стороны дома под забором смешок – там хоронился Збышек.

– Если он не выйдет, боли могут усилиться, – заметил зорз, и словно в пику Марту, за озером издевательски захохотали несколько голосов.

– Мы можем и вам поставить пару припарок, – запальчиво вступил в перепалку Март, и Травник неодобрительно покачал головой.

– Среди вас есть Травник? – раздался уже другой, такой знакомый, ироничный и чуть усталый голос. Симеон осторожно выглянул.

84
{"b":"6040","o":1}