ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Почему же ты не уклонилась от этой встречи, спрашивала себя старая друидесса снова и снова, наблюдая, как Клотильда появляется из лесной чащи, как идет, неуклюже обходя узлы магической энергии, щедро разлитой в природе повсюду и видимой только кошкам, духам и волшебникам. Ралина в свою очередь попыталась прощупать мысли своей зловещей сестренки и тут же натолкнулась на «черную шаль» – магический щит, одну из разновидностей невидимых колдовских защит при борьбе волшебников с себе подобными.

Ага, она тоже ждет нападения, усмехнулась старая друидесса, и причем давненько – «шаль» уже успела основательно уплотниться и затвердеть. Что ж, это лучше: только что наброшенная «шаль» вязкая, и мысленные посылы в ней обычно застревают. От этого сразу возникает неприятное ощущение насильственной связи обоих волшебников, и атакующий обычно норовит сам вырваться из медленно застывающей невольной ловушки.

Придется немного ее напугать, подумала старая друидесса и мысленно перебрала свой атакующий арсенал. Можно напустить на нее «комаров», можно – «дрожащее облачко», которое повисает перед глазами и мешает ориентироваться, умножая все окружающие предметы многажды. «Легкий огонь» Ралина решила приберечь на случай, если дело зайдет дальше, чем она предполагает, и придется отбивать пронзающие заклятья, специально выведенные якобы еще рыцарями-храмовниками против магических охранных щитов.

Драка двух женщин, увы, подчас напоминает грубую базарную свару, но бой двух волшебниц – это всегда битва, грандиозная, зачастую коварная и всегда – непредсказуемая, как и сама загадочная женская душа.

Клотильда стояла посреди полянки, пошатываясь на кривеньких старческих ножках, и медленно поворачивала глазки, следя за старой друидессой. В руках у нее была неразлучная корзинка, откуда выглядывал краешек маленького свертка. Ралина уперла руку в бок – другая покоилась у нее на груди под складками одежды – и властно смотрела на свою противницу снизу вверх, несмотря на довольно-таки приличное расстояние, разделявшее двух смертельных врагинь. Они были полной противоположностью друг другу: высокая, статная женщина, которую почти не согнуло время, и маленькая старушонка, в которой, казалось, еле дух держится. Но Клотильда явилась сюда сама, и, стало быть, была весьма уверена в победе. Это обстоятельство смущало Ралину более всего, и она, напустив на себя важный, даже высокомерный вид, пыталась прощупать сестрицу, проникнув в ее мысли. Но магическое воздействие было бессильно: почти дойдя до старушонки, оно неизменно разбивалось о невидимый щит, сотканный охранительным заклинанием, от которого веяло такой старой пылью, что у друидессы засвербело в носу. Ралина попыталась еще дважды, но заклинание было соткано на совесть, и она бросила попытки прочитать мысли маленькой ведьмы. Вместо этого она звучно высморкалась и, не удержавшись, чихнула.

Клотильда расцвела маленькой колючей улыбкой и склонила набок головку, тщательно укутанную платком.

– Будь здорова покуда, – прошелестела ведьма, щурясь от яркого солнца, что упорно пробивалось косыми лучами сквозь еловые ветви. – Здоровье завсегда пригодится, особенно той, кто будет потом выбираться из энтого лесочку. Чует мое сердце, не все у нее к тому времени будет на своем месте.

– Башку я тебе точно сверну, уж будь покойна, – уверенным, звучным голосом отозвалась друидесса, по-прежнему не двигаясь с места. Она с удовольствием отметила, что солнце сместилось и стало понемногу слепить Клотильду, в то время как сама Ралина стояла в тени, и лучи предзакатного солнца текли над ее головой. Сестрица ее, тем не менее, не сходила с места, хотя несколько раз уже мотнула сухонькой головкой, щурясь от яркого света. Друидесса насторожилась – она понимала, что долго против света ее противница не выдержит.

И не ошиблась. Клотильда ударила первой, не целясь, из-под руки, которую она поднесла ко лбу, якобы в очередной раз укрываясь от слепящих лучей закатного солнца. Стремительно вылетевшая из ее ладошки струйка огня перепилила стройную елочку над головой друидессы, осыпав ее кучей опаленной хвои. Старушонка выхватила из своей корзинки щепотку сухой серой смеси и бросила ее себе под ноги. В тот же миг там возникло движение, и пятеро стальных змей с металлическим звоном скользнули в зарослях низенького чахлого папоротника, просочились в траву и стремительно понеслись к друидессе.

«И отчего все друиды питают слабость именно к змеям?», недовольно поморщилась Ралина, вынимая из потайного кармана, спрятанного в складках ее просторного одеяния, горсть семян. «Причем даже – отвергнутые Служители? Те, кого однажды изгнал сам Круг, и кто по этой причине должны бы возненавидеть все, связанное с Лесным Служением, в том числе, наверное, и его магические приемы…» Потому что от любви до ненависти всегда один шаг, закончила свою мысль старая друидесса, отбросив воспоминания о том, когда ее вынуждали на подобные шаги, и чего ей стоило от них удержаться самой и остановить близких себе людей.

Ралина легонько подбросила семена, и они закружились в воздухе на легких сухих крылатках черными пылинками, подобно своим легкомысленным собратьям, так любящим магию солнечных лучиков. Затем семена опустились в траву, и по ней словно прошли волны в разные стороны от Ралины, охватывая место, где она стояла, широкой окружностью.

Стальную змею, первой достигшую границы незримого круга, мгновенно ухватили плети травы и злаков, невесть откуда выскочившие из земли. Змея изогнулась в отчаянных попытках высвободиться, но ее уже цепко обхватывали все новые и новые злаки, против магической силы которых были бессильны даже стальные кольца и острые зубы рептилии. Следующая змея высоко подпрыгнула в воздух, и волшебная трава промахнулась. Взметнулись еще две или три зеленых плети, и одна таки ухватила змею за хвост. Гадина дернулась, затем еще и еще. Раздался лязг, словно длинная и шершавая железная палка силой вырвалась из петли железного же каната, и в стальной хватке упавшей травы остался бешено вертящийся кончик черного хвоста.

Три оставшихся змеи ворвались в незримый круг, и в тот же миг его границы разом вспыхнули, так что пламя взметнулось выше пояса друидессы, которая и без того была высокой и статной женщиной. Пламя загудело, но Ралина так и не двинулась из центра пылающего круга. Сколько Клотильда ни всматривалась, она ничего не могла разглядеть за стеной бушующего огня. Когда же огонь утих и быстро ушел в землю, как впитывается дождевая вода в сухой песок, вокруг друидессы было всего лишь несколько бурунов вспученной травы, которые медленно опускались. Стебельки никли и разглаживали листики, укладываясь в прежний густой ковер заячьей капустки. Что произошло в кругу огня, какая злая судьба постигла созданных черным искусством Клотильды исчадий зла, ведьма так и не узнала. А в следующий миг ей уже пришлось защищаться – быстрым шагом к ней приближалась разгневанная старшая сестра.

В гневе Верховная друидесса балтов и полян была страшна. Несколько огненных шаров, наспех сооруженных Клотильдой, Ралина отбила на ходу тыльной стороной ладони, затянутой в узкую темную перчатку, на которой поблескивало несколько магических колец, способных отражать в малых количествах свет и огонь. Когда друидесса, защищаясь от огня, резко выпростала руку из складок плаща, Клотильда так и впилась в нее взглядом, но это была другая рука! Та же, которая интересовала сейчас Клотильду больше всего на свете, по-прежнему была скрыта одеждой. Ведьма даже специально швырнула напоследок два ничтожной силы сгустка огня, направив их в разные плечи сестры, но Ралина один отразила тою же рукой, что и прежние, а от другого, более коварного, искусно увернулась на ходу, ни на миг не сбавив шаг. Тогда Клотильда дождалась, пока сестра не достигнет незримой условной черты, которую она мысленно провела для себя посередь поляны, и быстрой скороговоркой произнесла новое заклятье.

В тот же миг Ралина остановилась. Она даже пошатнулась и сделала движение, словно хотела стереть образ, появившийся перед ней. Клотильда не знала, да и не могла знать того, что сейчас видела перед собой ее сестра. Но заклятье Образа всегда действовало безотказно: чары, проникавшие в душу того, против кого были направлены эти несколько непонятных и странных непосвященному уху слов, проникали в саму душу заклятого. Они каким-то непостижимым образом черпали и вынимали из самых потаенных уголков образы, могущие произвести на человека, подвергнутого заклятью, самое неожиданное воздействие. Бывали случаи, когда образы, вынутые из души, производили на человека пустяковый эффект, бывало, когда он отступался от своего врага, мастерски владеющего заклятьем Образа, случалось, что заклятый и сходил с ума, тут же, во время магического поединка. Но никто из владеющих Искусством никогда не использовал это заклятье в бою, потому что магия Образа могла, и это случалось почти всегда, обернуться и против наложившего морок. Клотильда же этого не опасалась: уже многие годы она была больна безумием, хотя того и не сознавала.

54
{"b":"6041","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Естественная история драконов: Мемуары леди Трент
Ты меня полюбишь? История моей приемной дочери Люси
Эрхегорд. Старая дорога
Заботливая мама VS Успешная женщина. Правила мам нового поколения
Бессмертный
На первый взгляд
Привычки на всю жизнь. Научный подход к формированию устойчивых привычек
11 врагов руководителя: Модели поведения, способные разрушить карьеру и бизнес
Как я стал собой. Воспоминания