ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Ей стало интересно, что же такое сейчас видит ее сестра, что испытывает, что происходит с ее душой. В действенности заклятья Образа Клотильда не сомневалась. Теперь нужно было ждать, когда магия Образа либо одолеет друидессу, в чем Клотильда, честно говоря, сильно сомневалась, либо ослабит ее настолько, что Клотильда сумеет за то время должным образом подготовиться, дабы бросить в бой свое главное оружие. То, что лежало сейчас в ее корзинке, и о чем сестра-предательница до сих пор еще даже не догадывалась.

Ралина вновь покачнулась и едва удержалась на ногах. Клотильде показалось, что ее соперница вдруг в одночасье ослепла и сейчас невидяще шарит рукой вдоль прозрачной стены, в которой для нее одна за другой открывались двери, за которыми стояло Страшное. И она поняла: пора. Сейчас – или никогда!

Клотильда подхватила корзинку и осторожно вынула из нее маленький и узкий сверток. Это был мумифицированный отрезанный палец человека, завернутый в кожу редкого в этих краях животного, известная среди всех колдунов тем, что совершенно не пропускала никаких магических излучений ни снаружи, ни изнутри. В свое время этот кусочек шкурки обошелся Клотильде весьма недешево. И минувшей ночью Клотильда потрудилась над ним на славу. Палец был весь испещрен следами уколов, которые безумная ведьма наносила на сильно натянувшуюся кожу своим излюбленным пыточным инструментом – остро заточенной спицей. Мертвая плоть плохо пропускала магию, и Клотильде пришлось открыть для нее немало пор в затвердевшей высушенной плоти. С пальца был аккуратно снят ноготь и вставлен в глубокий разрез, как лезвие топора в центр пенька. Ноготь был одним из самых трудных мест в темной магии зорзов, которой воспользовалась Клотильда, но, в конце концов, она справилась с ним, и ноготь под воздействием особенно мощного заклятья сам погрузился и ушел в глубь мертвой плоти. Сам палец олицетворял собой тело человека, на которого направлено заклятье Кости, а ноготь – острие заклятья, которое должно было проникнуть Ралине прямо в ее мерзкое и лживое сердце.

Ведьма развернула палец и аккуратно спрятала кожаный лоскут обратно в корзинку. Затем сотворила огонь и воспламенила основание пальца, просто подув на него. К этому времени этот своеобразный амулет был уже так напичкан магическими эманациями, что огонек вспыхнул без промедления. Клотильда, краем глаза видя, что Ралина уже немного пришла в себя и сейчас, пошатываясь от слабости, силится разглядеть, что делает ее противница, быстрым движением затушила пламенеющий палец, словно свечу, чувствуя, как теперь внутри него медленно, но верно уже разгорается ужасный фитиль. «Она справилась с заклятьем Образа», – сокрушенно подумала Клотильда, – «но при этом она неимоверно ослабла. Это мне сейчас и нужно, прежде всего. Теперь можно впустить в ее сердце немного страха».

– Эй, сестрица! Остерегись! – весело прошамкала Клотильда, но из-за отсутствия немалого числа зубов во рту это обращение к врагу оказалось похожим больше на скрипучий крик диковинной птицы, нежели на боевой клич. – Думаю, ты знаешь, что у меня в руках?

Ралина ответила не сразу. Она готовила магический ответ, полагая, что после наведения столь мощного заклятия Образа Клотильда нуждается в отдыхе. Они обе ошибались, но только для одной из противниц ее ошибка обещала стать роковой.

– Что ты еще задумала, дешевая ведьма? – прошептала Ралина, пытаясь разглядеть в наступающих сумерках очередной козырь, приготовленный Клотильдой на этот раз. «Эта изобретательная стерва явно хорошенько готовилась к нашей премиленькой встрече», – мелькнула в ее озадаченной голове какая-то растрепанная мысль, но лишь на одно мгновение – друидесса готовила противнице достойный ответ.

– Разве тебе незнакома эта вещица? – Клотильда издевательски улыбаясь, подняла свою жуткую свечу, чтобы продемонстрировать ее сопернице во всей ее мрачной красе. Старая друидесса, прищурившись, всмотрелась получше, кляня свою старческую подслеповатость и чуть не сплюнула от омерзения.

– К чему тебе эти некромантские штучки? Неужто ты всерьез хочешь меня этим напугать? – скривилась Ралина. Она не была слабонервной женщиной – долгие годы пути по дорогам Высоких Искусств и особенно – их обочинам давно приучили старую друидессу держать в узде свои чувства и эмоции. Но все, связанное с некромантией, обрядами над мертвецами и тем паче – использованием в магии мертвой человеческой плоти – всегда казалось ей отвратительным, и она обычно в таких случаях с трудом удерживала себя от тошноты.

– А ты покажи ручку! – вкрадчиво пробормотала Клотильда. – Во-он ту, что вечно скрываешь от чужих глаз! Можешь?

Ралина побледнела и инстинктивно еще глубже погрузила свою правую руку в спасительную глубину плаща. Клотильда сверкнула глазками и победно расхохоталась.

– Как видишь, ты тоже стеснительная натура. Хоть и не постеснялась в свое время взять и убрать меня с пути, как опасное препятствие. Как глупую, но преданную собачонку, которую отпихивают ногой, чтобы не лаяла, когда в ней уже отпадает нужда. Когда уже построены и без того крепкие стены! За которыми, как ты думала, так легко можно отгородиться от собственной совести!

Клотильда перевела дух. Ралина молча стояла в двух десятках шагов от нее. Двух десятках шагов маленьких женских ног.

– Но теперь у меня есть кусочек тебя, сестрица! – взвыла Клотильда. – Твоей мерзкой плоти! А это значит, что отныне у меня есть власть над тобой. И ты больше уже не властна надо мной, предательница! Старая ведьма!

Друидесса переводила непонимающий взгляд от лица младшей сестры на ее руку, сжимающую дымящийся палец. И правая рука Ралины тихонько шевелилась у сердца, скрытая одеждой и ее маленькой тайной.

– Сейчас ты узнаешь мою силу! – расхохоталась Клотильда. – Или ты не слыхала прежде в своих глупых и напыщенных Скитах о заклятье Костей? Неужели даже в Смертном скиту о нем тоже не упоминали?! Ну, пусть даже и не вслух? Хотя бы шепотком, на ухо друг другу? Никогда, знаешь ли, не поверю!

Маленькая коричневая палочка в руке Клотильды тихо запульсировала, стала быстро нагреваться и постепенно приобрела темно-багровый оттенок. В сумерках это мрачное орудие магии зорзов засветилось, так что казалось, будто в руках Клотильды расцветает столбик черного огня.

«Вот и время подошло», – шепнул Ралине кто-то, с кем она уже столько лет вела нескончаемую беседу, в которой ни за кем пока не осталось последнего слова. В руках Клотильды – теперь она уже с трудом удерживала тускло светящийся палец в обеих ладонях – вспыхнул столбик ослепительного огня. Одновременно с этим Клотильда выкрикнула формулу охранительного заклятья от всех видов известной ей магии, опасаясь, что столб огня, который сейчас должен был в мгновение ока испепелить проклятую сестру, перекинется и на нее. И огонь ударил, но не в Ралину, а вверх – гигантский столб пламени вырвался из рук Клотильды. В то же мгновение старая друидесса мгновенно выпростала из своих одежд тщательно скрываемую там правую руку и что было сил метнула зажатый в ней нож.

– Ведьма!!! – раздался душераздирающий вопль.

Клотильда судорожно всплеснула обожженными руками, но отразить нож друидессы или хотя бы заслониться от него уже не успела. Массивное лезвие с гудением вонзилось ей в грудь, ломая ребра и кости по-птичьи узкой и хилой грудной клетки. Невидимые, но прочные щиты от множества видов колдовства, боевой магии и прочих Высоких Искусств Знающих не были рассчитаны на обыкновенный кусок заточенной стали, вложенной в костяную рукоятку искусством обычного человека в фартуке, с молотом и кузнечными клещами. Клотильда глухо вскрикнула и повалилась на спину.

– Ткач… – шевельнулись ее губы. – Будь ты… проклят…

Ралина подошла к ней не сразу. Она все еще опасалась подвоха, хотя и была уверена, что выбрала для броска единственно возможный момент, когда защитные заклятия направлены против некромантии – всегда одного из самых могучих потаенных искусств, хотя и столь мрачного толка. К тому же Ралина никак не могла понять, что же только что произошло, и чего все-таки хотела добиться Клотильда. Так и не придя к сколько-нибудь разумному решению, старая друидесса отряхнула плащ от копоти, посетовала на прожженные дыры в плаще, которые уже не имело смысла штопать, после чего внимательно оглядела свои руки, прежде чем их отряхнуть. Руки как руки, недоуменно пожала плечами друидесса. Пожалуй, только за исключением правой, как всегда опасливо подумала она. Друидесса быстро и воровато оглянулась, не видит ли кто, хотя знала, что в этом уже темнеющем лесу всегда будет безлюдно. Клотильда валялась поодаль, запрокинув голову, с торчащим из груди ножом, и уже начинала хрипеть. Ралина осторожно стянула перчатку с правой руки и пошевелила кистью.

55
{"b":"6041","o":1}